Ева Иллуз – Почему любовь уходит? Социология негативных отношений (страница 47)
Когда две (или более) цели находятся в активном конфликте, они часто создают довольно близкие решения, то есть решения, в которых альтернативы кажутся обладающими весьма схожей практической ценностью. Таким образом, метафорически «весы принятия решений» более или менее сбалансированы. Именно в этих случаях незначительные (и, возможно, не имеющие отношения к делу) сигналы в окружающей среде могут склонить чашу весов426.
Когда субъекты сталкиваются с многочисленными вариантами выбора и противоречащими друг другу целями, они с большей вероятностью используют несущественные, случайные или незначительные детали для принятия решения, например, между вступлением в отношения или отказом от них. Я предполагаю, что в случае конфликта целей субъекты с большей вероятностью откажутся от отношений, поскольку отказ, по-видимому, является самым простым решением конфликта между самооценкой, независимостью и привязанностью. Это пример, когда независимость вступает в конфликт с привязанностью и порождает стратегию выхода, основанную на, казалось бы, незначительных деталях, как и предрекали когнитивные психологи.
Посмотрим, что скажет человек, называющий себя goal12:
Мы с моей бывшей девушкой расстались 2 месяца назад по моей вине,
В этом примере любовь женщины представляла угрозу мужской независимости и противоречила его потребности в привязанности. Не осознавая конфликта целей и не в силах его урегулировать, он порвал с ней, сам не понимая, почему. Разрыв из-за того, что «денек выдался трудный», можно рассматривать как пример того, что, по мнению когнитивных психологов, произойдет с человеком, попавшим в неосознанный конфликт целей, как стратегию ухода от сложности и конфликта. Выход из отношений и их разрыв, таким образом — это решение неосознанного конфликта целей и потребности в сохранении независимости и собственной значимости.
Выход из отношений без права голоса
Свобода вступления в отношения сопряжена со свободой выхода из них. Фактически выход является прерогативой договорной свободы отношений. Как писал в 1965 году восточногерманский диссидент Вольф Бирман: «Я могу любить только то, что вправе свободно покинуть»428. Такое определение свободы, безусловно, отличается от определения, которое предлагал Гегель, великий сторонник свободы в любви и браке. Действительно, философ строго смотрел на прерогативу индивида беспрепятственно оставлять брак. Для Гегеля только высшие этические институты, такие как церковь или суд, могли расторгнуть брак (см. главу 6 о разводе). В этом смысле культурные представления о свободе, договоре, браке и любви претерпели значительные изменения: из свободы входить в них она превратилась в основную свободу их покидать. Выход из отношений, причем неоднократно, заложен в сексуальном договоре. Но раз выход заложен в договоре, это неизбежно меняет восприятие отношений как до их установления, так и в процессе и подрывает саму возможность их формирования.
Разрыв отношений в какой-то момент стал одним из элементов повседневной жизни до такой степени, что многим или большинству отношений свойственно предчувствие их конца. И это, как теперь уже очевидно, прежде всего относится к дивному новому миру интернет-знакомств, где люди обычно не отвечают на телефонные звонки, не приходят на встречи, прерывают переписку без объяснения причин, резко уходят со свидания и прекращают отношения с объяснением или без него. Для многих из моих собеседников, особенно для женщин, это, похоже, стало обычной платой за отношения. Росс, сорокаоднолетний англичанин, работающий учителем, приводит следующий пример:
На прошлой неделе я позвонил женщине, чья анкета мне очень понравилась. Мы начали разговаривать, и беседа оказалась очень приятной. Она рассказала, что каждый день проезжает по тридцать миль на велосипеде в самом городе [Лондоне] и за его пределами. Она также призналась, что ездит без шлема. И тогда я сказал, что ей следовало бы надевать шлем. А в третий раз, когда я на примере попытался доказать, что ей следует носить шлем, вполне дружелюбно, на мой взгляд, она сказала: «Извини, мне надо идти». И добавила, кажется, уже в СМС: «Не думаю, что мы подходим друг другу».
Современные субъекты развивают свою индивидуальность как с помощью потребительских вкусов, так и благодаря психологическому самообразованию и, таким образом, тонко настраиваются на мельчайшие различия стиля, что, в свою очередь, способствует быстрому расставанию. За очень немногими исключениями большинство людей, состоящих и не состоящих в браке, в установившихся или зарождающихся отношениях, скорее всего, испытывали в своей жизни разрыв или отказ отношений, либо мягкий — как в случае с Россом — либо значительный, либо односторонний и резкий, либо по обоюдному согласию. Интересно отметить, что меж тем, как в иных сделках выход влечет за собой нарушение договора, а иногда даже штраф, выход из уже установленных сексуальных и романтических отношений происходит без каких-либо символических издержек или общественного осуждения уходящего. Эмоциональные и сексуальные договоры уникальны тем, что они практически лишены наказаний за выход из них. Примером тому служит практика «гостинга», широко обсуждаемая в массовой культуре (от
Кто такие привидения?
Слово «привидение» чаще всего ассоциируется с Коулом из фильма
Кто это делает?
Этот термин уже вошел в лексикон корреспондентов, проводящих опрос общественного мнения: в октябре 2014 года опрос YouGov/Huffington Post среди 1000 взрослых показал, что 11 % американцев стали “привидениями” для своих бывших партнеров. Менее официальное анкетирование журнала
Гостинг — это привилегия свободы в любой момент разорвать сексуально-романтический договор. Как специфическая форма одностороннего прекращения отношений, она не требует объяснений или сохранения репутации. Гостинг, по сути, является выражением того факта, что выход из отношений становится довольно привычной и стандартной практикой и что люди чувствуют себя все менее и менее обязанными давать какие-либо объяснения своему уходу. Сара, пятидесятидвухлетняя израильтянка, очень эмоционально рассказывает о том, насколько снизилась ее самооценка из-за подруги, исчезнувшей, как привидение.
Мы встречались в течение года, нет, даже в течение полутора лет, а потом она прислала мне SMS, сообщив, что все кончено, что она прекращает наши отношения. Она сделала это с помощью SMS! Я попыталась ей позвонить. Но она не ответила. Невозможно смириться с унижением, когда кто-то бросает тебя таким образом! Она даже не удосужилась поговорить со мной. Я пыталась дозвониться до нее много раз, но она, конечно же, не ответила ни на один из моих звонков, даже когда я позвонила с незнакомого ей номера. Я не могу прийти в себя от боли и унижения. А потом через общего знакомого я узнала, что она познакомилась с кем-то. У нее даже не хватило порядочности сказать мне об этом.
И других опрошенных бросили подобным образом (в моей выборке только женщины, но это, безусловно, не зависит от пола).
Поскольку этика согласия является основным и почти исключительным нравственным дискурсом, регулирующим любовь и отношения, согласие делает законным выход из отношений в любой момент, как только меняются эмоции. «Снижение влечения» или «знакомство с кем-то другим» дает право выйти из отношений по собственному желанию, часто не прибегая к «оправданию». Собственно, если и существует одна поразительная характеристика эмоциональной договорной свободы, так это то, что выход из отношений может быть лишен какого-либо режима оправдания430. Конечно, иногда люди дают какие-то объяснения, но они чувствуют себя все более свободными от обязательств.
Выход из отношений настолько распространен, что создает эффект домино на всем пути их зарождения и формирования. Тара, сорокавосьмилетняя скандинавка, профессор химии, обратилась ко мне по электронной почте, чтобы поделиться некоторыми размышлениями о своих впечатлениях от знакомства через интернет. Вот какими поразительными метафорами она описывает свои переживания: