Ева Иллуз – Почему любовь уходит? Социология негативных отношений (страница 36)

Мужчины оценивают женщин и их внешние данные, поскольку находятся в конкурентной среде, где сами подвергаются оценке других мужчин. Об этом свидетельствует Адам, сорокасемилетний француз, возглавляющий исследовательскую группу на одном крупном фармацевтическом предприятии. Он состоял в отношениях с женщиной в течение трех лет. Но, как он признался мне во время разговора, несмотря на верность и преданность своей подруге, он не спешит знакомить ее с друзьями и со своими двумя детьми от прежнего брака:

КОРР.: Почему вы ее никому не показали?

АДАМ: Я уверен, что мой ответ вас шокирует.

КОРР.: Расскажите. Меня сложно чем-то удивить.

АДАМ: Мы познакомились на OK Cupid. Я посещал этот сайт, но находился в нерешительности. И тогда я увидел ее фотографию, на которой она выглядела очень, очень красивой. Мулатка, экзотической внешности, с красивым лицом, стройным телом, артистка, образованная, веселая. Мы встретились, но в момент знакомства она выглядела совсем по-другому, немного пухленькой, хорошенькой, но не великолепной. Я хотел немедленно расплатиться и уйти, но из вежливости, чтобы не задеть ее чувства, заговорил с ней и, к своему удивлению, получил огромное удовольствие от нашего разговора. Она оказалась умной и забавной, мы быстро нашли общий язык. Мне было хорошо с ней. Мы увиделись во второй раз, потом в третий, и не успел я опомниться, как мы уже были в отношениях. Кстати, и секс у нас тоже великолепный. Но я не смог заставить себя показать ее своим друзьям. Я просто не смог.

ИНТЕРВЬЮЕР: Можете объяснить, почему?

АДАМ: У меня всегда были красивые подружки. Мне важно, как окружающие посмотрят на меня, что они подумают обо мне, глядя на женщину, с которой я в отношениях. Прийти с пухленькой подружкой, хотя и хорошенькой, было нелегко. Это выглядело бы равносильно признанию в собственной несостоятельности.

Подобно Амбруазу, Адам признается в том, что сексуальная привлекательность женщин становится формой социального и символического капитала мужчин, осознающих, что они оцениваются своими соперниками в конкурентной борьбе за привлекательных женщин. Мужчины смотрят на женщин под пристальными взглядами других мужчин, так как сексуальность стала теперь показателем (мужской) социальной значимости. Роль пристального взгляда и мнения других мужчин тем более поразительна в случае с Адамом, который прекрасно чувствует себя в обществе своей подруги и с эмоциональной, и сексуальной точек зрения. Это свидетельствует о символическом могуществе рынка визуальной оценки и о его превосходстве над другими формами определения ценности. Обесценивание женского тела объясняется тем, что все происходит на арене мужской конкурентной борьбы, где мужчины оценивают друг друга исходя из внешности женщин, которыми они обладают сексуально.

Обесценивание посредством парцелляции

Другой механизм визуального обесценивания наблюдается в парцелляции. По умолчанию визуальная сексуализация предполагает способность отделять сексуальность от индивидуальности как центра, формирующего ценности, эмоции и цели, и акцентировать внимание на эротических органах. Деление индивида на половые органы приводит к тому, что они приобретают собственное влияние, что, в свою очередь, порождает новые способы восприятия сексуальных субъектов.

В своих впечатляющих когнитивных экспериментах исследователи смогли найти большое количество фактов, свидетельствующих о том, что, когда люди рассматривают объект в целом, им сложнее распознать и запомнить его, если этот объект перевернут. И наоборот, когда объекты рассматриваются аналитически, то есть как совокупность различных элементов, они одинаково хорошо распознаются и запоминаются независимо от того, вертикально они изображены или перевернуто. На основании проделанной работы исследователи смогли показать, что не имеет значения, как изображаются женщины — вертикально или в перевернутом виде, — тогда как мужчин труднее проанализировать и вспомнить, когда их изображения перевернуты. Это, в свою очередь, свидетельствует о том, что к женщинам априори относятся как к набору разрозненных частей тела, в то время как мужчины рассматриваются целостно³⁵⁷. Это является мощным эмпирическим подтверждением последствий сексуализации, которая, как правило, сосредоточена на половых органах и тем самым делит женские тела на части. Именно так мужчины чаще всего смотрят на женщин и вступают с ними в отношения (рассматривая их как «груди», или «попку», или «ножки»), однако подобное деление также становится обобщенной чертой распространения образов в технологической культуре в целом. Парцелляция является ключевым когнитивным механизмом пренебрежительного отношения к женской индивидуальности.

Энджи двадцать шесть лет, она из Британии, но живет в Берлине; работает ассистентом режиссера и сценаристкой.

КОРР.: У вас есть парень?

ЭНДЖИ: Я только что порвала с ним. Думаю, так и останется какое-то время, потому что я не могу заставить себя вернуться в Тиндер, чтобы кого-то искать.

КОРР.: Почему?

ЭНДЖИ: Как только я снова войду туда, начну получать фотки членов. Просто с души воротит от этого.

КОРР.: Что вы получите?

ЭНДЖИ: Фотографии членов. Что здесь непонятного?

КОРР.: Не совсем понимаю, что вы имеете в виду.

ЭНДЖИ: [Смеясь] Они присылают изображение своих членов.

КОРР.: Вы имеете в виду, что мужчины, с которыми вы связываетесь, присылают вам фотографии своих пенисов, а не лиц?

ЭНДЖИ: Да. Только фото членов. Именно так люди назначают сегодня свидания.

КОРР.: Вот так люди назначают свидания?!

ЭНДЖИ: Совершенно верно. Добро пожаловать в эру Тиндера.

КОРР.: И вам это не нравится?

ЭНДЖИ: Нет конечно!

КОРР.: Можете объяснить, почему?

ЭНДЖИ: Может, это не круто так говорить, но я считаю отвратительным выбирать мужчину по размеру его члена. Как будто больше нам похвастаться нечем, кроме половых органов. Это просто унизительно. Несмотря на то что это я должна сделать выбор, я чувствую себя униженной, когда выбираю парня по размеру или форме его пениса. Я понимаю, что меня как феминистку меньше всего это должно беспокоить, но, честно говоря, меня это очень беспокоит. Это кажется унизительным. Не знаю, почему.

Секстинг — обмен СМС-сообщениями сексуального характера — делит тело на половые органы, не только изолируя их от индивидуальности, но и ломая целостное представление о самом теле. Визуализация и сексуализация тела, таким образом, разобщают тело и личность, превращают его в объект быстрого, моментального взгляда, причем объектом взаимодействия становится какой-нибудь орган. Мужчины, о которых упоминает Энджи, отправляющие отдельные снимки своих причинных мест, сигнализируют о своем отношении к женщине как к набору отдельно взятых частей тела. Энджи сложно объяснить свою собственную реакцию: «феминизм» требует от нее оставаться невозмутимой (то есть отстраненной), но подобное предписание невозмутимости сталкивается с ее ощущением того, что выставлять напоказ половые органы — «отвратительно». Такая самосексуализация, согласно глубокомысленному высказыванию Розалинды Гилл, отличается от прежних и более ранних форм сексуальной объективации тем, что она представляет собой ответ на феминизм, кажущийся игривым и искушенным, со стороны женщин, которые чувствуют себя вправе играть с маскулинистскими кодексами и применять их в отношении мужчин³⁵⁸. И последнее, но, возможно, самое интересное, мы не имеем точного представления о том, кто является субъектом, а кто объектом в этом взаимодействии. Является ли мужчина со своим членом независимым субъектом или они отделены от индивидуальности таким образом, что становятся объектом присвоения со стороны женщины? Как здесь расценивать член — как объект или как субъект? Трудно сказать, поскольку он выполняет одновременно и ту, и другую функцию. Самопрезентация мужчины с помощью собственного пениса является зеркальным отражением его представления о своих потенциальных партнерах, как о комплекте половых органов. Выбор члена предлагает женщинам такой тип взаимодействия, в котором власть принадлежит мужчине, поскольку они более способны к отстраненности. Однако и женщин он побуждает к той же самой отстраненности.

Визуализация личности и новый скопический режим, который она подразумевает, являются процессами объективации, поскольку они влекут за собой разделение личности на отдельные части и распространение этих «частей» на рынке, где задействованы высокоскоростные формы определения ценности, для того чтобы разобраться в изобилии конкурирующих половых органов, превращенных в товар. Учитывая, что сексуализация разделяет тело на половые органы, она имеет обыкновение отделять его и от других источников социальной идентичности, отражая и усиливая двойственность и разобщение между телом и личностью человека. Этот процесс лежит в основе все более распространенной практики секстинга. Кэти Мартинес-Пратер и Донна Вандивер изучали первокурсников Университетского колледжа в одном небольшом южном университете в Соединенных Штатах и обнаружили, что «примерно треть участников признались в том, что еще будучи в средней школе отправляли другим людям СМС-сообщения со своим сексуальным изображением»³⁵⁹. Ли Мюррей с соавторами, изучив молодых людей (в возрасте от восемнадцати до двадцати лет) из различных учебных заведений Сиднея выяснил, что 47 % опрошенных молодых людей признались в секстинге³⁶⁰. Такие практики объединяют сексуальность, визуальность и интернет-технологии и разделяют тело на части.