Ева Иллуз – Почему любовь уходит? Социология негативных отношений (страница 23)

ВИРЖИНИ: Мужчины и женщины просто не хотят одного и того же. Может, лишь в какой-то определенный момент. Но когда отношения начинаются, возникает ощущение, что у них разные цели.

КОРР.: Какие же?

ВИРЖИНИ: ОК. Позвольте мне привести вам пример. Я пошла на новые курсы писательского мастерства. Вместе со мной занимается один молодой парень. Когда я говорю «молодой», я имею в виду очень молодой, ему двадцать три. Так вот, на прошлой неделе, после занятий, мы остались и немного поговорили, и в какой-то момент он сказал мне: «Послушай, я хотел бы заняться с тобой сексом». Я ответила, что он мне нравится как человек, но я не уверена, что хочу заниматься с ним сексом, и сказала, что нам нужно поближе познакомиться. После моих слов он встал, заплатил за свой кофе и ни с того ни с сего, взял и ушел. Как только я сказала, что хочу разобраться во всем. Он сказал: «ОК, спокойной ночи!» — и ушел, оставив меня одну, словно салфетку, брошенную им на пол за ненадобностью.

Как только эта женщина изменила систему отсчета, мужчина ушел, что указывает на то, что точка входа в сексуальные отношения является весьма спорной, поскольку иногда женщины воспринимают случайную сексуальность как настоящее удовольствие и как источник свободы действия, а иногда как пренебрежение к их личности («брошенная за ненадобностью салфетка»).

Многие женщины, с которыми я разговаривала, расценивают сексуальность как утрату возможности быть признанной как личность. Случайный секс иногда превращает свидание в игру в одни ворота: в стремление (потенциального) партнера женщины к своему сексуальному удовольствию в ущерб ее чувству собственного достоинства, основанному на взаимности и признании. В то время как в патриархальных традиционных обществах показателями достоинства женщины являются ее классовая и сексуальная добродетель, в режиме сексуальной свободы, где все еще преобладают двойные стандарты, локус ценности женщины становится расплывчатым и неопределенным. Автономизация сексуальности создает предопределенную неуверенность в отношении самого локуса ценности, в возможности эмоционального взаимодействия, в самом определении взаимоотношений, в их телосе и последовательности, и в самом статусе эмоциональных, несексуальных личностей. Вот почему отношение большинства женщин к случайному сексу более неоднозначно с культурной точки зрения, чем отношение мужчин.

Действительно, как показывают исследования, случайный секс является предиктором сексуального сожаления среди студенток колледжа, особенно если половой акт имел место менее чем через двадцать четыре часа после знакомства с мужчиной и если за этим ничего не последовало²²⁵. Основываясь на обзоре соответствующих исследований²²⁶, Элейн Эшбо и Гэри Гут утверждают, что женщины гораздо чаще испытывали «сожаление о сексуальной связи», чем мужчины (которые, как правило, сожалеют о том, что связи не имели), и что женщины-участницы намного чаще, чем мужчины, «раскаивались или чувствовали разочарование»; они также были более склонны размышлять о мимолетном сексе и впоследствии испытывать чувство стыда и неуверенности в себе. Мужчины, напротив, гораздо чаще чувствовали себя «удовлетворенными»²²⁷. Эти выводы, судя по всему, еще раз подтверждают, что случайный секс более соответствует мужской форме сексуальности. Гендерные различия также встречаются среди лесбиянок и геев²²⁸, причем женщины-лесбиянки более ориентированы на создание отношений, чем мужчины-геи. В многолетнем исследовании женщин, никогда не имевших секса («девственниц») а затем вступивших в сексуальные отношения, Грелло с соавторами обнаружили, что в результате сравнения подростков, испытавших романтический секс, с теми, кто испытал случайный секс, последние гораздо чаще страдали от симптомов депрессии, становились объектами насилия или сами совершали преступления²²⁹. В главе, посвященной депрессии и подростковым романтическим отношениям, авторы пишут: «У молодых женщин-подростков, вступавших в половые сношения как в случайных связях, так и в любовных отношениях, наблюдался самый высокий уровень депрессивных симптомов как до, так и после начала сексуальной активности²³⁰». Другие исследователи обнаружили, что у студенток колледжей, имевших случайный секс, наблюдался более низкий уровень самооценки, чем у женщин, состоявших в романтических сексуальных отношениях или, что еще более удивительно, у тех, которые вообще не имели сексуального опыта²³¹. Кроме того, авторы предположили, что чувство вины, которое некоторые женщины испытывали во время случайного секса, в свою очередь, могло вызвать чувство неловкости или смущения, что, вероятно, связано с низкой самооценкой²³². Еще более удивительным, возможно, является тот факт, что, вопреки предсказанию авторов о том, что сексуальный двойной стандарт приведет к снижению самооценки у женщин после мимолетного секса, авторы обнаружили, что уровень самооценки снизился и мужчин. Во многих исследованиях взаимосвязь между низкой самооценкой и случайным сексом являетсяярко выраженной²³³, и хотя ученые спорят о направленности этой взаимосвязи, можно сказать, что независимо от ее направления случайный секс не повышает самооценку женщин (а иногда и мужчин), несмотря на то что сексуальность стала новой формой капитала для обоих полов, тем, к чему они стремятся ради получения удовольствия и ради статуса. Сексуальность женщин остается «укорененной» в социальных отношениях, в то время как мужская сексуальность чаще и с большей вероятностью вырывается из них, даже перерастая в то, что называется «бессмысленным сексом». В удачной формулировке Гамильтон и Армстронг женская сексуальность формируется «отношенческим императивом»²³⁴ (взгляд, который они, однако, отвергают, поскольку считают его эмпирически некорректным и нормативно нежелательным).

Многие расценивали наличие отрицательных эмоций в случайном сексе у женщин как признак все еще мощной культуры, основанной на чувстве стыда в отношении секса, и показатель угрожающего присутствия двойного стандарта — мужчины могут заниматься случайным сексом практически безнаказанно. Основным достоинством этой оценки является напоминание нам о том, что власть патриархата все еще велика, что мужчины и женщины подчиняются различным сексуальным нормам, что мужчины обладают большей сексуальной свободой и что сексуальность женщин ограничена нормативным и сексистским давлением. Но это объяснение также имеет и недостаток, заключающийся в том, что сексуальность мужчины безоговорочно принимается за точку отсчета, в соответствии с которой следует оценивать сексуальность. В самом деле, как уже говорилось выше, случайная сексуальность сформирована на основе маскулинистского взгляда на сексуальность. Утверждение, что только секс без обязательств является освобожденным сексом, косвенно подтверждает эквивалентность между свободной сексуальностью и независимой сексуальностью, а также между мужской сексуальностью и свободной сексуальностью. “Укорененная сексуальность,” скорее всего, отражает положение женщины в сексуальной сфере не только потому, что традиционно женщины были более полно вовлечены в отношения — они обменивали сексуальность на нечто значимое, а именно, на экономические ресурсы и социальный статус, — но и потому, что мужчины и женщины занимают очень разные позиции в проявлении социальной заботы. Поскольку мужская идентичность не связана с деторождением или уходом за детьми, поскольку социальная организация патриархата делает мужчин объектом заботы женщин, а не теми, кто эту заботу обеспечивает, так как брак и материнство остаются для многих женщин решающими факторами их самосознания и социально-экономического статуса²³⁵, сексуальность женщин гораздо более склонна к вступлению в отношения, чем мужская. Для женщин забота и наличие отношений одновременно представляют собой и социальную роль (например, матери), и экономическое положение (например, медсестры или няни), и эмоционально-культурную идентичность. В этом смысле наличие отношений остается центральным элементом женской сексуальности, поскольку оно отражает тот факт, что женщины более активны в экономическом, культурном и социальном проявлении заботы²³⁶. Именно по этой причине мужчины и женщины, как правило, по-разному воспринимают случайный секс и занимают в нем разное положение, причем женщины чаще всего переживают его как процесс, противоречащий выстраиванию отношений и улучшению эмоционального состояния.

О противоречиях между режимами независимости и нацеленности на отношения можно судить на примере Клэр, генерального директора одной влиятельной французской фирмы. Ей пятьдесят лет, у нее нет детей, и у нее за плечами две стабильные связи, первая из которых длилась девятнадцать лет, а вторая три года. Она утверждает, что у нее было много сексуальных отношений с мужчинами.

КЛЭР: Видите ли, в данный момент моей жизни я ищу лишь мужчину, с которым можно переспать. Даже не очень часто. Раз в неделю было бы замечательно.

КОРР.: Вы хотите иметь сексуальные отношения с мужчиной раз в неделю?

КЛЭР: Нет, конечно же, это не то, чего я хочу. Я бы предпочла иметь полный набор, всю эту историю, любовь, совместную жизнь, но это кажется настолько сложным, что я готова согласиться на еженедельный секс.