Эва Гринерс – Счастливый торт Шарлотты (страница 8)

– Я сыта, благодарю, больше ничего не нужно.

Малышка Ния с явным наслаждением уплетала вторую тарелку десерта. Вставали из-за стола здесь все одновременно, поэтому мы подождали, пока Ния закончит, и встали.

– Отец, если мы не нужны сейчас, ты позволишь нам с Шарлоттой пройти к себе? У нас очень много разговоров, я хочу рассказать ей о свадьбе.

Лливелин рассмеялся.

– Ну а ты, малышка, останешься со мной или у тебя тоже много важных разговоров? – обратился он к Ние.

Девочка подбежала к отцу, поцеловала его в щеку и метнулась обратно к нам. Конечно же разговоры о свадьбе двух полувзрослых леди ей были интереснее.

Отец развёл руками.

– Идите, развлекайтесь, девочки, приятного вам времяпрепровождения, госпожа Шарлотта. Вечером будьте добры не опаздывайте на вечернюю молитву, – чуть более строго добавил он. Хотя все равно было заметно, что после трапезы он стал податливее и мягче. Возможно, благодаря трем или четырем бокалам эля.

– Пойдём скорее, – заторопила меня Гвендолин и мы выскочили за дверь, ведущая в спальни. – Это женская половина, – пояснила Гвен, таща меня по коридору. Она пыталась последовать в спальню бегом, но во мне было помимо собственных килограммов лишнего веса, еще и плотный обед. В боку закололо.

– Гвендолин, давай помедленнее, – взмолилась я, почувствовав дурноту. – Давай ты мне уже начнёшь рассказывать. Итак, твой жених – какой он?

– Хорошо, легко согласилась девушка и пошла рядом со мной, подстраиваясь под размер моего шага. – Сэр Дилвин очень выгодная партия, его отец был таким же важным вельможей, как и наш отец. Он недурен собой и даже влюблён в меня, – она лукаво рассмеялась.

– Даже? Почему даже? – не поняла я.

Она пожала плечами.

– Ну потому что мы мало знаем друг друга, но он воспылал сразу, как только увидел меня! – горделиво произнесла она.

Я промолчала. Хотелось мне сказать, что пылкие юноши не всегда являются искренними влюблёнными, но естественно, пришлось эту горькую истину оставить при себе. Гвендолин была не только богатой наследницей, но и красавицей, так что всё могло быть.

Миновав мою спальню, через несколько шагов мы  достигли входа в комнату Гвен. Он был занавешен так же, как и мой, но занавес был гораздо роскошнее – какой-то плотный китайский шелк, с выбитыми бабочками, цветами и птицами. С внешней стороны он был желтым, со стороны спальни синим. Честно говоря не ожидала увидеть даже здесь такую роскошь. Это был именно занавес – с бахромой и кистями по бокам.

Заметив мой взгляд, девушка небрежно прокомментировала:

– Один из даров сэра Дилвина. Этот подарок дороже золота.

– Я вижу, невероятно! – искренне восхитилась я.

– Когда я выйду замуж, то заберу его с собой, – она нежно погладила плотную шелковую ткань и нырнула под неё. Я последовала за ней.

Войдя в комнату, я не смогла сдержать изумленного вздоха. Никакой грубой аскетичности, которая в моём представлении была признаком средневековья. Гобелены нежных расцветок, цветные стёкла в окошках с маленькими переплётами. Шкуры на полу преобладали молочных расцветок, как и на спальном месте. Уголок для личной гигиены и умывания был отделен полупрозрачной тканью. Там стояла небольшая деревянная лохань, размером с детскую ванночку.

– Вот это да! – выпалила я, чуть забывшись. Комната выглядела роскошно и очень уютно. Прямо игрушечные покои средневековой Барби.

Гвендолин рассмеялась. Затем, оглянувшись на Нию, которая, по всей видимости, привычно села к шкатулкам с драгоценностями сестры, примеряя их все одновременно, и зашептала мне на ухо:

– Когда родилась Ния, наша мать скончалась, тогда отец чуть с ума не сошел от горя, вот и стал задаривать нас. Только с Нией об этом не говори, никто из нас не говорит.

Я кивнула. Оглядывая восхитительную комнатку, я спросила:

– Расскажи, где будет проходить ваша с Дилвином свадьба? У него или здесь?

– О, сначала три дня мы будем праздновать здесь, будет большой приём, а потом мы поедем в наш дом и пригласим гостей, чтобы поздравили нас там, на новом месте. Там уже я буду их принимать, ну мы с Дилвином.

Подумав о свадебном банкете, я не могла не вспомнить ту отвратительную кашу на десерт, которой потчевал нас сегодня повар. В голове стали рождаться смутные идеи. Я задумалась, а потом кивнула сама себе. Кажется, я знала, как смогу отблагодарить сэра Лливелина, Гвендолин и Нию за доброту и гостеприимство.

– Послушай, а ты можешь показать мне кухню? – медленно спросила я.

Глава 6

Гвендолин недоуменно уставилась на меня.

– На кухню??? Зачем это тебе? Я и сама не помню, когда там была в последний раз.

– Ну я потом тебе объясню. Расскажи мне, кто у вас там служит?

Гвен, всё еще ничего не понимая, наморщила лоб и стала перечислять:

– Ну, во-первых, главный повар – Надд, потом еще его помощники, я не знаю кто именно сейчас, они меняются, да и ни к чему мне было знать. Всё-таки, почему тебе нужно туда?

Я подумала, что сделать это полным сюрпризом все равно не удастся – слишком уж это было необычно и решила сказать.

– Я бы хотела испечь для тебя свадебный торт.

Гвендолин приоткрыла рот, но так и не смогла ничего произнести от изумления.

– Понимаешь, – заторопилась я объяснить, – я очень хорошо умею это делать и это единственное, что я о себе помню, – чуть было не вляпалась со своей так называемой амнезией, но вовремя сообразила. – И мне хотелось бы сделать вам всем что-то приятное, я уверяю – тебе понравится.

Гвен недоверчиво покачала головой.

– Никогда не слышала, чтобы девушка нашего с тобой происхождения работала на кухне. Да еще и торты пекла. У нас в округе даже не сыщешь, кто мог бы уметь это делать, это считается очень редким мастерством. Наш Надд не умеет точно, я только раз в жизни пробовала сахарный торт, когда отец брал нас с собой в Кардифф.

Я облегченно рассмеялась.

– Это просто отлично, я придумаю для тебя и твоего жениха что-нибудь поинтереснее сахарного торта, хотя я и не имею понятия, что он из себя представляет. Ваша свадьба – она когда?

– В будущем месяце, – мечтательно закатила глаза Гвендолин.

– К нам приедут много-много гостей, – вступила в разговор малышка Ния. Но это я уже знала.

– Ну так что, идём? – Я встала – мне не терпелось посмотреть, с чем придется иметь дело.

Девочки встали следом за мной.

– Не представляю, как вообще это возможно, мне уже кажется, что ты разыгрываешь меня.

– Нет, дорогая, я серьёзно. Правда, мне нужно поскорее увидеть печь или плиту, кухонные принадлежности.

– Давай сначала спросим отца, – рассудительно ответила Гвендолин, – он должен дать распоряжение Надду, чтобы тот впустил нас и уделил время, мы же не можем ходить там просто так, это опасно. Везде эти громадные страшные котлы. Я один раз туда забежала, когда была много младше и ужасно испугалась.

Тут я испытала некоторую тревогу – а вдруг я слишком самонадеянна, уметь-то я конечно умею, но вдруг здесь совсем примитивный уровень кухонь и мне придётся прослыть хвастливой врушкой?

– Спросим побыстрее, ладно? Я теперь переживаю.

– Ну хорошо, давай сходим. Если отец еще не ушел к себе, то сейчас же и узнаем, не против ли он.

Сэр Лливелин выслушал мою странную просьбу с еще большим удивлением, чем Гвендолин.

– Госпожа Шарлотта, но где вы могли этому научиться? – настороженно спросил он, потирая подбородок и с сомнением глядя на меня.

– Я не помню, – вздохнула я, чувствуя себя всё более и более глупо. Если сейчас окажется, что я просто не смогу выполнить то, о чем говорила, пусть я провалюсь под землю на глазах у изумленной публики, пожалуйста.

– Что ж, я готов удовлетворить ваше любопытство, вы можете посетить нашу кухню, хоть мне и кажется это очень странным. – принял Лливелин решение.

От такой реакции на мою просьбу я уже пожалела о ляпнутом так необдуманно, но отступать было поздно.

Сэр Лливелин позвал слугу, чтобы тот сопроводил нас. Тот, услышав приказ хозяина тоже сделал удивлённое лицо, но естественно, комментировать не стал, а молча повёл нас вглубь дома.

Коридор, ведущий на кухню выглядел, как огромный тоннель. Слышалось лязганье, а воздух стал почти горячим, как будто мы спускались в преисподнюю. Девочки, обычно хихикающие и возившиеся, как котята, притихли. Мне и самой стало жутковато. Наконец, мы достигли места назначения.

Нашим глазам открылось немыслимых размеров помещение и уютным назвать его было нельзя.

Я поняла, что это была самая крупная комната в замке, у стены был устроен очаг. Дым выходил через дыру в потолке. На деревянной балке висел большой котел. А под ним, прямо на углях и разогретых камнях очага, стояли глиняные горшки. У разделочного стола работал мужчина – в настоящий момент он обмазывал большую рыбину глиной.

–Надд! – окликнул его слуга. – Леди, с разрешения сэра Лливелина желают осмотреть кухню. Надд – очень высокий и крупный румяный мужчина, вытер руки и подошел к нам. Если он и был недоволен тем, что его отвлекли от работы, вида он не показал.

– Что прикажете показать? – он едва заметно склонил голову в знак почтения.

– Я бы хотела осмотреть печь, на которой вы готовите и вообще…всё. – запинаясь, произнесла я.