Ева Фёллер – Волшебная гондола (ЛП) (страница 32)
Кларисса коснулась моей руки.
– Пойду поищу уборную, – сказала она.
Я с отсутствующим видом кивнула, едва обратив внимание на то, как она скрылась в портике.
Пока Альвис и Джованни удалялись, шагая через зал, я вполуха слушала разговор между Доротеей и мессиром Малипьеро.
– Вы выглядите очень молодо для человека из Совета Десяти, – сказала Доротея.
– Мне почти пятьдесят.
– Ну, тогда вы на самом деле очень молоды! – заключила Доротея. Казалось, ей ни в малейшей мере не мешает, что он был достаточно стар, чтобы сгодиться ей в отцы. Впрочем, у нее уже был опыт общения со старыми мужчинами – в особенности с богачами.
– Шесть месяцев назад я приехала в Венецию с моим супругом, – сообщила она, хотя ее никто не спрашивал. – Он хотел вести здесь торговлю шерстью. К сожалению, он умер вскоре после нашего прибытия. С тех пор я проживаю в монастыре и жду приезда родственников, которые хотят забрать меня обратно в Неаполь. Там вся моя собственность. Но я совсем не уверена, хочется ли мне обратно. В Венеции так много возможностей!
Подняв взгляд, Малипьеро пристально посмотрел на нее. От его внимания не ускользнуло, что он произвел на нее впечатление.
Тем временем Альвис и Джованни вышли из зала через одну из боковых дверей. Я решила последовать за ними. Лучше не спускать с них глаз. Кто-то должен позаботиться о том, чтобы они не осуществили свои убийственные замыслы.
Помещение, в которое они вошли, кишело людьми, вероятно из-за того, что тут раздавали еду. Этот зал представлял собой что-то среднее между спальней и столовой. С одной стороны почти все пространство занимала кровать с резными столбиками по углам, вдоль другой стены располагался стол, который был почти в два раза больше – за ним помещалось по меньшей мере сорок человек. Посещая палаццо еще в своей родной эпохе, я запомнила, что подобные многофункциональные комнаты часто встречались в прошлом. Не было комнат, которые использовались исключительно как столовая, – столы просто ставили там, где это было удобно, и в конкретном случае этим местом вполне могла оказаться спальня. Что было вполне практично, в особенности для декадентствующих дворян, которые таким образом сокращали затраты сил на утомительные перемещения. От еды до сна было лишь несколько шагов. А если кто-то ждал гостей поутру, можно было остаться прямо в постели и приказать сервировать стол в той же комнате.
Через заднюю дверь сновали туда-сюда слуги, выставляя на стол блюда и тарелки, полные всяческих кушаний. Пахло жареным мясом и крепким вином. Кроме того, в воздухе висел запах экзотических пряностей, которые в это время были воплощением роскоши. Человек, который в пятнадцатом веке владел парой пакетиков перца, считался состоятельным. Душистый перец, корица и шафран ценились на вес золота. То, что в будущем продавалось в любом супермаркете за пару евро, в прошлом нужно было сначала доставить с Востока в ходе многомесячного и опасного морского путешествия, поэтому приправы и ценились соответственно. Колбаски с пряным соусом не только еще не изобрели – даже если бы они существовали, вряд ли кто-то смог бы их себе позволить.
В соседнем зале заиграл оркестр – из-за незнакомых инструментов пьеса звучала странно, и я подумала, что к этой музыке еще нужно привыкнуть.
Первые гости уселись за стол и принялись накладывать еду себе на тарелки. Все больше людей входили через портик в большой зал. Похоже, вечеринка по-настоящему начиналась лишь сейчас, поскольку слуги принялись разносить вино. Мне тоже подали полный бокал. Я осторожно пригубила его, стоя в дверном проходе и наблюдая за Малипьеро.
Альвис и Джованни присоединились к высокому широкоплечему мужчине возрастом около сорока, похожему на Харрисона Форда в старинном костюме. Он приятно улыбался, а его глаза жизнерадостно поблескивали.
Братья Малипьеро стояли спиной ко мне и пытались его в чем-то убедить. Из-за музыки мне не было слышно, что они говорили. Альвис при этом жестикулировал так энергично, что вино выплескивалось из стакана.
Я невольно подошла к нему на пару шагов и расслышала конец последнего предложения:
«…не опуститься вниз, Тревизан? Это явно продлится недолго».
Ага. Это и есть Тревизан. Мужчина, которого Малипьеро взяли на прицел.
– Вы совершенно серьезно ожидаете, что я пойду смотреть свою новую лодку, прежде чем поприветствую своих гостей? – с усмешкой спросил Тревизан.
– Ну, дело не в новой лодке, а в подарке, который там находится. Подарок для вас от нашей семьи, позволю себе заметить. Моему отцу не терпится вам его показать. Моему брату и мне самому тоже.
Тревизан поднял брови.
– Почему бы вам не принести его с собой?
– Невозможно. Вам придется спуститься вниз, в водный зал. Лодка находится прямо там.
– Теперь вы вызвали у меня настоящее любопытство. Вы настоящий мастер убеждения.
Тревизан положил руку Альвису на плечо.
– Ну ладно, я пойду с вами и посмотрю, что там. Хотя бы ради того, чтобы я мог достойным образом поблагодарить за это вашего отца.
Я с беспокойством наблюдала, как он вместе с обоими братьями вышел из зала через заднюю дверь.
Рядом со мной внезапно появилась Кларисса.
– Уборная – истинная роскошь, – сказала она. – У них там даже хлопковые платки, чтобы подтираться. И чаша с лавандовой водой. Ты обязательно должна на это посмотреть.
– Несомненно, – рассеянно сказала я на полпути к задней двери.
– Э, уборная в другую сторону, – крикнула она мне вслед.
– Я сама найду! – крикнула я ей через плечо. По пути я поставила свой стакан с вином на стол, чуть не сбив с ног слугу, который тащил тяжелое блюдо с рыбой. Он едва успел уступить мне дорогу, пролив при этом кому-то из гостей соус на камзол. Тот вскочил из-за стола и принялся отчитывать бедного слугу. Я тут же вмешалась и объяснила, что это исключительно моя вина. Мужчина тут же повернулся ко мне и стал явно дружелюбнее:
– А что это тут за миленькая кошечка? Не хочешь отчистить соус с моей рубашки?
– Не проблема, я только пойду принесу тряпку.
И я тут же ускользнула через заднюю дверь. Я оказалась на другой лестничной клетке – более тесной и низкой, чем та, через которую мы вошли. Узкие ступени вели вниз. Дважды мне пришлось прижиматься к стене, пропуская слуг, которые несли добавку из кухни наверх. Наконец я добралась до коридора, по которому можно было пройти в водный зал, минуя хозяйственные помещения.
Под каменным сводом пахло гнилью, и музыка доносилась сверху будто откуда-то издалека. В галерее было темно, только тусклый дневной свет падал на стену, так что можно было видеть на пару шагов вперед. Из водного зала доносились мужские голоса. Я осторожно приблизилась к выходу из коридора и навострила уши.
– Где же подарок? – раздался мелодичный голос Тревизана.
– Вон там, прямо у ворот, – сказал Альвис. – Вам нужно поближе подойти к воде.
Мне показалось, что я слышу его мысли.
У меня отчаянно чесалась шея, но я героически подавляла искушение поскрести ее ногтями. Вместо этого я выпрямилась и, придерживая развевающиеся юбки, ворвалась в водный зал.
– А где тут уборная? – воскликнула я.
Трое мужчин обернулись и уставились на меня. Тревизан стоял у самого края открытой галереи. Еще один шаг, и Альвис легко смог бы столкнуть его в воду, предварительно пронзив ножом.
– Дорогуша, – улыбнулся Тревизан, – уборная у большой лестницы. Попросите лакея, и он покажет вам путь.
Я собрала всю свою смелость и подошла ближе.
– На самом деле, раз уж я тут, я бы хотела сначала с вами поздороваться. Доброе утро, мессир Тревизан, и спасибо за приглашение.
Я говорила, запинаясь, но все-таки добилась своей цели. Пока я стою здесь, Альвис не сможет осуществить свой подлый план.
– Добрый вечер, – смущенно сказал Тревизан. – Он слегка поклонился. – К сожалению, я не знаю…
– О, на мне маска, разумеется, вы меня не узнаете.
Я неестественно рассмеялась, обмахиваясь воображаемым веером.
– Разве это не горничная Доротеи? – спросил Джованни.
– Это лишь мой костюм, – сказала я как можно высокомернее.
– И правда, она не выглядит как служанка, – с улыбкой сказал Тревизан.
– Верно, не похожа, – протяжно согласился Альвис. Его глаза по-прежнему пугающе блестели. Мне было страшно, и шея чесалась не переставая. Опасность еще не миновала.
Тревизан посмотрел на водные ворота.
– А теперь скажите мне, наконец, где подарок, чтобы я мог вас поблагодарить и снова вернуться к моим гостям.
Альвис, прищурившись, посмотрел на меня.
– Странное дело, – сказал он. – Я приказал нашему гондольеру подплыть на лодке прямо к водным воротам, чтобы его можно было увидеть отсюда. Этот дурень, похоже, снова напился допьяна.
Тревизан вежливо кивнул, хотя по нему было видно, что его терпение иссякло.
Он повернулся, чтобы уйти.
– Дорогие господа, вы сможете преподнести мне подарок позже. Невелика разница, порадуюсь я сейчас или через час.
Проходя мимо, он одарил меня улыбкой.
– А вам я желаю замечательных развлечений сегодня вечером, кошечка.
И в следующую секунду он скрылся в коридоре.