Ева Фёллер – Волшебная гондола (ЛП) (страница 34)
Можно ли загипнотизировать Тассельхоффов и заставить их вспомнить все? В родном времени я слышала о том, как людей под гипнозом погружают в транс, пробуждая у них воспоминания о прошлой жизни. Некоторые якобы прожили даже не одну. Чисто теоретически это могло сработать и в обратном направлении. Почему бы кому-то, живущему в прошлом, не вспомнить о своей будущей жизни? Тем более что в этом конкретном случае речь точно будет идти не о мистификации, а о неоспоримой реальности.
Конечно, для этого понадобится профессионал, который разбирается в гипнозе. Сама я, к сожалению, понятия не имела о том, как это делается, разве только видела что-то по телевизору: «
– …как раз начались строительные работы в нашем новом доме, – сказал Маттиас, прервав мои размышления. – Он будет намного больше старого, и у него будет роскошный фасад.
– Звучит впечатляюще, – вежливо сказала я с отсутствующим видом. В фильмах сеансы гипноза обычно кончались предложениями вроде: «Я посчитаю с десяти до одного, и когда ты услышишь „ноль“, ты проснешься и будешь чувствовать себя легко и свободно…»
– В качестве архитектора папа смог нанять выдающегося Мауро Кодуччи. Для наружной отделки и росписи фасада он тоже привлечет лучших мастеров. Через год палаццо Тассини будет уже построено.
Мы поднялись по лестнице и подошли к портику. Родители Маттиаса уже смешались с остальными гостями. Я нервно вытянула шею, опасаясь, что увижу, как Альвис бродит где-то неподалеку. Нужно не забывать о том, что он еще здесь. Возможно, он ждет второго шанса, чтобы заманить в засаду Тревизана. Или меня.
– Мама считает, что это бесспорно будет самый красивый дом во всем городе, – сказал Маттиас.
– Прелестно, – рассеянно сказала я. Пока что Альвиса, его брата или отца нигде не было видно.
– Мне нравится наблюдать за стройкой, – рассказывал Маттиас. – Сначала нужно соорудить плотину, чтобы отвести воду. Затем в землю вбивают тысячи дубовых кольев, чтобы возвести на них фундамент. Возможно, ты тоже захочешь как-нибудь посмотреть. Я могу все тебе показать.
– Что именно мне стоит посмотреть? – Я внимательно рассматривала все вокруг. Большой зал был набит битком, свободного места почти не оставалось. Музыканты играли пьесу, от звуков которой так и хотелось пуститься танцевать. Во всяком случае, некоторые гости кое-где уже начали весело подпрыгивать.
– Как строят палаццо Тассини.
Ответ Маттиаса привел в движение пару шестеренок в моей голове, и мои мысли забавным образом переключились на исландские гейзеры. Потом у меня перехватило дыхание. В толпе появилось знакомое лицо.
Себастьяно вернулся.
От безмерного облегчения я ощутила пустоту внутри.
– Прости, – сказала я Маттиасу. – Мне нужно срочно поздороваться с одним знакомым.
– Но…
– Я обязательно посмотрю, как строится ваш новый дом, – крикнула я через плечо, уже направляясь к Себастьяно.
Увидев, кто стоит рядом с ним, я заторопилась еще сильнее. Мариетта, прекрасная как Белоснежка, вцепилась в него, будто между ними что-то было.
В платье из сверкающего синего шелка она выглядела как топ-модель.
Добравшись до них двоих, я ощутила странное стеснение. Я не могла произнести ни слова. Возможно, дело было в том, что я запыхалась из-за того, что торопилась. Или в том, что оба великолепно выглядели. Особенно Себастьяно. На нем был бутылочно-зеленый камзол – без вышивки, но настолько удачно подогнанный по фигуре, что я задалась вопросом, всегда ли плечи Себастьяно были такими широкими.
– Покинутая сиротка, – сказала Мариетта. Она явно не ожидала увидеть меня здесь. – Вас выпустили из монастыря без сопровождения? Или вы оттуда сбежали? – Она осмотрела меня с головы до ног. – Вырез у этого платья – не слишком ли глубокий для юной девушки? Возможно, мне не стоило класть его в ваш сундук вместе с остальными вещами, как ты думаешь, Себастьяно?
Опять обо мне говорили так, будто меня здесь не было. И, что еще хуже, Мариетта была на пол-головы выше меня и смотрела на меня буквально сверху вниз. То факт, что я была одета в платье, которое когда-то носила она, тоже не упрощал ситуацию. Рядом с высокорослой куртизанкой я чувствовала себя Золушкой.
Я откашлялась и попыталась выглядеть невозмутимо.
– Она пришла на праздник не одна.
– Кто? – озадаченно спросила Мариетта.
– Покинутая сиротка. Ее сюда сопроводили.
Выражение лица Мариетты отчасти примирило меня с этой невыносимой ситуацией. Как и ухмылка Себастьяно.
Хотя его веселое расположение духа быстро улетучилось. Он с укором посмотрел на мой вырез.
– Это платье и правда
Я боролась с желанием прикрыть декольте рукой и вместо этого упрямо подняла подбородок. Мое платье было совсем не такое откровенное, как у Мариетты. Равные права для всех!
Себастьяно прищурился и пристально посмотрел на меня.
– Какого черта…
За два широких шага он оказался рядом со мной. Мариетта быстро растеряет свое хладнокровие, если он будет так резко отвлекаться от нее.
Он остановился вплотную ко мне и, взяв меня за подбородок, осторожно поднял его. Он неотрывно смотрел на мою шею. Когда он отпустил мой подбородок и взял меня за руку, в его глазах пылала слепая ярость. Не говоря ни слова, он повел меня через толпу.
– Я все равно хотела поговорить с тобой наедине. – Я пробиралась следом за ним, спотыкаясь и пытаясь ни на кого не налететь.
У колонны я увидела Барта и Клариссу. Барт выглядел очень хорошо, он явно недавно побрился и принарядился как следует. Сложно было не заметить, как он смотрит на Клариссу влюбленными глазами. Она тоже, в свою очередь, выглядела вполне терпимо, по крайней мере, она улыбалась, что случалось не так уж часто. Я решила, что это хороший знак. Ведь у них вполне может что-то получиться? Кларисса более чем заслужила перемены к лучшему. Я гордилась тем, что убедила ее пойти.
– Посмотри, вон Бартоломео и Кларисса, – сказала я Себастьяно. Проходя мимо, я подмигнула им, но они не заметили меня, потому что были погружены в разговор. Поговорить с ними у меня не получилось, потому что Себастьяно протащил меня мимо них.
– Я бы и добровольно пошла, – сказала я. – Ты можешь меня отпустить.
Он ничего не ответил. Свирепо сжав губы, он втащил меня в портик и толкнул к нише в стене. Затем он схватил меня за плечо и повернул к себе.
– Это сделал Альвис? – спросил он.
Я кивнула.
– Когда?
– Примерно десять минут назад.
– Проклятье! – выругался он. Мне даже показалось, что я услышала, как негромко скрипнули зубы. Почему-то это улучшило мое настроение.
– Я пнула его в колено, – сообщила я ему. – В то самое, в которое попал ты, когда он напал на тебя с ножом. Мне следовало бы как следует врезать ему в лицо, но тут появились Тассельхоффы, и Альвис улизнул.
Момент, когда он замахнулся мечом, я опустила – что было, то прошло, к чему подробности.
Я радостно продолжила:
– Себастьяно, я думаю, у меня все получилось! Я предотвратила ужасное событие и вернусь домой в следующий поворот луны.
С торжествующим видом я добавила:
– Я спасла Тревизана! Альвис и его братья заманили его в водный зал, сказав, что хотят показать ему подарок. Я последовала за ними и успела как раз вовремя. Они бы точно его пришили!
Себастьяно задумчиво рассматривал меня.
– Ты понимаешь, насколько ты на самом деле смелая?
– Я чуть не обделалась от страха, – возразила я. – Они явно попытаются снова. Нужно предупредить его. Если у него будет эта информация, он сможет взять Малипьеро за горло.
Себастьяно покачал головой.
– Это запретное знание, оно из будущего. Мы не можем ему ничего сообщить. Мы можем только пытаться защитить его.
Он в гневе нахмурил брови.
– И тебя тоже. Альвис теперь знает, на чьей ты стороне.
– Я смогу от него улизнуть. Почему вообще ты не вернулся раньше?
– Не всегда все получается так, как хочется, – его голос звучал тускло, и я внезапно заметила, как он бледен. Мне даже показалось, что он нетвердо держится на ногах. Он не был пьян, я бы это почуяла. Он явно крайне устал, но одним этим его слабость было не объяснить.
– Что с тобой? – перепуганно спросила я.
– Ничего особенного. Устал как собака.
Пьяный гость, шатаясь, прошел мимо нас и врезался в Себастьяно. Он вздрогнул и сдавленно вскрикнул.
Пьяница, не извинившись, побрел дальше.
Себастьяно, побледнев еще сильнее, прижал руку к правому боку. Когда он отвел ладонь, я увидела на камзоле темные пятна.
– Ты ранен! – в ужасе произнесла я.