Ева Финова – (Неу) Дачница, или Зомби-семейка наведёт порядок (страница 5)

– Он что, хозяина похоронить хочет?

– Да от него горстка пепла и осталась. – Бек неприятно ухмыльнулся и, словно для несмышлёной, всё разжевал: – Некроманты, они ж договор заключают с Хидом, и после смерти их душа попадает в плен к богине ужаса и страха. Во всяком случае, так гласят здешние легенды.

– И зачем они это делают?

– Как зачем? Ради увеличения магического запаса, нескольких десятков атакующих гадких заклинаний и, конечно же, видимого бессмертия. Во всяком случае, болезни обходят их стороной. Потому что зараза к заразе не пристаёт.

– Ну-ну.

Осмелев после услышанного, я намылилась вперёд, за широкий ствол дерева, где скрылся зомби.

– Ты куда? – окликнул меня Бек. – Совсем сдурела?

– Поговори мне ещё, – огрызнулась я. – Вообще-то в прошлой жизни мне было пятьдесят девять.

– Мне пятьдесят два.

– Ха, мелкий ещё совсем!

Пользуясь оглушающим эффектом сказанного, заспешила вперёд, чтобы не слышать отборный русский, которым меня наверняка наградят, и пускай он киргиз, матерятся они наверняка получше некоторых наших.

Но нет, ругать меня никто не спешил. Только и услышала хмык за спиной.

– Ладно, иди, я тебя подстрахую, – проворчал мой новый компаньон (судя по всему). Вот сразу бы так. А то цену себе набивает, умничает направо и налево. Я тоже так умею. Просто ещё не успела добраться до гильдии и впитать полезную информацию. Честно признаюсь, очень скучаю по рекламе и телевизору, именно в таком порядке. Иной раз идёшь по городу, смотришь на рекламные щиты… и по количеству ошибок, да в целом и по глубине идеи понимаешь, что ты ещё что-то смыслишь в этой жизни.

Ствол дерева, до которого я добралась, был весьма широкий и внушительный, а за ним трудолюбивый зомби уже успел вырыть палкой ямку шириной в два локтя.

– Давай помогу, – проронила я, глядя на сердобольную нежить. – Как-никак он был твоим хозяином.

Вот чего не ожидала, так это странного жеста, с которым он кивнул на землю и топнул ногой с очередным «бгы!».

– Кажись, он его не особо любил.

– Тогда зачем закапывает? – задалась вопросом я.

Бообек пожал плечами, но, как и я, подошёл и стал ногой сталкивать кучку пепла в вырытую яму. Зомби стоял и утвердительно качал головой, будто так и надо.

– Слушай, может быть, это ритуал такой? Чтобы он не возродился, например?

– Бгы-бгы! – воодушевился Моня. А я прям возгордилась за свою догадливость. Спасибо Вовке, все уши прожужжал про монстров в данжах и прочие словечки из онлайн-игрушек, которыми любимый внучок увлекался.

Вот вроде и рада должна быть, что не шляется по подворотням, а сидит за компьютером. Но иной раз он казался мне каким-то инопланетянином, особенно когда по микрофону общался в одном приложении.

«У меня сегодня стрелка в чате, ба, не мешай!» – частенько слышала я, когда заходила в комнату, чтобы пригласить его поесть.

– Слушай, а у тебя дети, внуки есть? – обратилась я к помощнику, чтобы скрасить общее муторное дело разговором.

– Если б были, я бы за квартиру с машиной так не переживал!

Вот и поговорили.

Глава 3

В Гогтаун мы вернулись вместе, потому что я тоже успела проголодаться, а тратить невеликий провиант из котомки не стала, посчитав, что лучше напрошусь к караванщикам или ещё к кому, направляющемуся в ту сторону.

Моня, как и было с ним оговорено, остался ожидать снаружи возле конюшен, а мы с Беком зашли в местную харчевню подкрепиться.

– В общем, такие вот дела. – Мой, образно говоря, земляк, не морщась, работал ложкой. Уплетал между ниочёмным разговором рагу, разваренное до состояния каши. Я ела хлеб с ветчинной нарезкой и попивала разбавленный ягодный морс, больше похожий на слабенький компотик. Желудок за сухомятку спасибо не скажет, зато есть то же, что и знакомый эльф, я вряд ли смогу. Эксперименты со здоровьем в этом мире могут оказаться слишком дорогими.

– Так говоришь, институт бросил? – Я поддержала разговор, припоминая недавние слова собеседника.

Бек замер, ложка тоже, кусок мяса неаппетитно сполз в тарелку, шлёпнулся и отправил несколько капель путешествовать по столу и даже половинчатому доспеху Бека. Ну, ему можно. Стёр жир с металлической пластины, и снова чистенький. А мне надо быть аккуратнее.

– Да, – сухо ответил Бек. Я снова наступила на больную мозоль? – Вынужден был. Отца похоронил, и мать слегла.

– Извини. – Я придала лицу суровый вид. Жаль его стало, но что могу поделать в этой связи? Выразить соболезнование? Или молча послушать дальше?

– Долги, – опомнился Бек и снова продолжил есть и рассказывать между делом. – Лечение, пропитание, проживание. Всё это стоит денег, я не мог тянуть учёбу и работу, поэтому бросил. И пошёл в шахтёры, там платили прилично и на образование особо не смотрели. Умей только соблюдать технику безопасности да следи за буровой установкой и станком, лопатой подгребай, поручения выполняй.

– Понятное дело, ты быстро втянулся. – Я насытилась и теперь уже сидела и просто слушала Бека. – Ну а как же личная жизнь? Неужели совсем никого не осталось там, снаружи, так сказать?

– Не-а. – пожал плечами Бообек. – Подруги были, но я давно разошёлся с одной, другой, непостоянное это всё. С моим графиком работы, жизненными проблемами и тяжёлым характером никто не выдерживал. Скандалы, ссоры, ругань, и пошла вон из моей квартиры. Итог был один.

– То есть ты не желал притираться и выгонял женщин со своей территории, – сделала вывод я. – Поэтому и остался один.

Не знаю почему, но мне вдруг захотелось помочь Беку найти корень проблемы, чтобы дважды не наступал на одни и те же грабли, поэтому и рубила сплеча правду, которую видела по его разговорам.

– А как иначе? – недоумённо уставился он на меня. – Зачем терпеть и что-то ломать в себе?

– Чтобы не чувствовать боль от одиночества.

Я и сама научена горьким опытом. Десять лет одинокого кукования в небольшом домике в Подмосковье многому меня научили – философскому отношению к жизни, что ли. Тот же Пётр Иванович не сразу стал жить у меня, поначалу просто приходил в гости и задерживался допоздна. Он, как и я, потерял свою вторую половинку и тоже не отчаялся, а жил дальше.

– Выбирать из двух зол меньшее? – спросил Бек, чем отвлёк меня от воспоминаний. – Взвешивать решения?

– И это тоже. – Вздохнула и положила на стол пять медных монет. – Ладно, удачи тебе, Бообек. Пойду заберу Моню и решу, где сегодня разместиться. Попробую всё-таки найти провожатых до Бронхейма.

Встала и собралась уходить, но эльф меня остановил:

– Погоди, есть идея.

И почему при этих словах у меня возникают ассоциации с гиблым делом? Но пересилила себя и подарила земляку ещё немного своего времени.

– Я могу проводить тебя до развилки, – обрадовал меня Бек. Расплатившись, он подошёл и подхватил под локоть, а заодно шепнул тихонько: – Идём, ночлег устроим в лесу. А Моня может нас посторожить.

– Уверен?

– Более чем, – утвердительно кивнул эльф. – Попусту тратить деньги ни тебе, ни мне не с руки.

Что ж, в этом он прав. У меня не так много монет осталось, а сумарь некроманта я ещё даже не открывала.

Поэтому согласилась, не подумав, удобно ли будет спать под открытым небом. Бек казался мне надёжным малым и злости ко мне не проявлял. А ежели хотел обчистить, то сделал бы это после убийства некроманта. Правильно, зачем тянуть? Нет, тут другое. Похоже, я его немного зацепила.

Вздохнула и поспешила забрать послушного Монтия, пока он не переполошил чужих ездовых животных, потому что с интересом заглядывал в их кормушки.

Уморительно было смотреть на то, как альпака утаскивала подальше в угол зелёные кусты, которые щипала с таким остервенением. Можно подумать, зомби травой питается, ага. Кстати, об этом. А они вообще питаются? И если да, то чем? Почесала затылок, но так ничего толком не придумала за пять минут молчаливого следования позади нашего провожатого.

Эльф шагал быстро, опережал, но иногда останавливался или же сбавлял шаг, чтобы поравняться со мной. Но молчал. Открывал и снова закрывал рот, будто не решался в чём-то признаться.

– А ты почему о себе мало рассказываешь? – наконец ворчливо упрекнул он.

Мы к тому моменту уже вновь миновали крепостные ворота и вступили на тракт, но в этот раз ведущий к подбрюшью Такшайских гор. Время близилось к полудню. Солнышко немного припекало.

– Тут самая приятная местность и меньше тварей в лесах, – оправдывался Бообек. – Ну так расскажешь о себе или подозреваешь меня?

– Да что рассказывать. Я одинокая старушка в прошлом, съехалась с соседом, чтобы не скучно было. Вот и вся история.

– А дети? – подсказал настырный мужик.

– Овдовела я десять лет назад. Дочь у меня есть, у неё сын, мой внук Вовка, колледж по-новомодному заканчивает, по-нашему техникум, что ли? В универ поступать в следующем году будет.

– И ты вот так спокойно себе живёшь и назад не рвёшься?

Я хмыкнула.

– А что мне там делать? Грядки вскапывать – это я и здесь могу. Вот Петю бы найти. Да дочери передать, что всё у меня хорошо. А так… Дачу мою наверняка продадут скоро. Но вначале объявят пропавшей без вести. Выждут срок положенный. И ведь вот какая штука, мы с Иванычем специально не расписывались, чтобы проблем с наследованием не возникло. У него целое скопище претендентов на имущество. У меня дочь и ещё есть двоюродные родственники. Не хотела жизнь осложнять родным.