Ева Финова – Капитан Хук (страница 22)

Увы, уверенности в этом не было никакой, когда граф вместо привлечения внимания учиненным скандалом из-за проявленного неуважения, наоборот, заблудился, очутившись в темном безлюдном коридоре. Там, где только треск огня факелов, висящих на стенах, вторил стуку его шагов, когда он, Анжи Мейн, услышал странный интригующий скрежет.

Заметив архикнижника в темно-синем балахоне, полы которого выглядывали из-под серого шерстяного плаща, граф остановился и изумленно выдал:

— Фалькас? Ты ли это, дружище?

Не сказать, чтобы граф Мейн по-настоящему считал его другом, он лишь использовал оборот речи, позволяющий как можно скорее преодолеть очередную моральную преграду очередного собеседника, представшего перед взором опытного манипулятора. Подобный маневр часто ему помогал втереться в доверие того или иного аристократа, или, что еще проще, аристократки. А для этого он зачастую даже пускал в ход и более сомнительные трюки: объятия, похлопывания по плечу и прочие уловки, требующие физического контакта.

— Э… — архикнижник вначале смутился. Но тотчас нашелся и поднял палец к губам. — Тсс.

— А, ты тут инкогнито? — Несмотря на вопросительную интонацию, граф кивнул. — Рассказывай, что тебе нужно? И куда направляешься?

— Я только что от Ее Высочества. — Фалькас воровато огляделся по сторонам. — Иди сюда. Никто не должен нас видеть вместе.

Спрятавшись за каменную колонну из белоснежного гранита, коих в этом коридоре было бесчисленное множество, архикнижник решил все-таки поделиться.

— Грия все еще грезит о встрече с Натаниэлем. Чем наша госпожа и хочет воспользоваться. Выторговать скрижаль.

— Вот как? — Анжи сделал вид, будто услышанное его ничуть не задело. — И ты думаешь, я об этом не знаю?

— Нет! Конечно же нет! — Фалькас поспешил вернуть интерес графа, поэтому тотчас закинул удочку словами: — Но мне так же известно, будто она объявила крупную награду тому, кто предоставит информацию о его местонахождении.

— Хм… — Мейн склонил голову вниз и нарочито медленно поправил белоснежные рукава. Голос его звучал холодно и надменно: — И сколько же она дает за этого предателя-рыцаря?

— Сто золотых… — соврал Фалькас.

По его подсчетам, даже двести дилоров ему будет достаточно, чтобы успокоить совесть от сотрудничества с ненавистным араморским соблазнителем. Особенно если большая часть работы будет выполнена чужими руками. Однако же риск был велик.

— Одно не пойму, — Анжи не спешил делиться информацией, — почему Ирмин молчал об этом в нашу последнюю встречу? Я даже позволил ему увидеть скрижаль, а он утаил от меня подобное? Особенно если учесть, что это я укрывал интересующую всех личность столько времени.

Навострив уши, Фалькас впился жадным взглядом в лицо аристократа.

— Вы не шутите, граф?

— Я серьезен как никогда, — надменная гримаса на прекрасном лице блондина изменила кривизну, оголив острый неприятный взгляд умелого лгуна. — Вам ли не знать, что я вхож в каждый дом Арамора? Чем с немалой выгодой для себя пользуется мадам, а иной раз ваш собрат из Паноптикума?

— Тсс! — архикнижник поспешил напомнить графу о необходимой предосторожности. — Никаких имен собственных, мы не у себя дома.

— Ах, да. Все забываю, что здесь мы не можем говорить свободно. — Анжи Мейн вздохнул. — А знаете что? Скажите мне, где вы остановились, и я вас сегодня навещу, чтобы обговорить детали выгодной сделки, о которой вы мне так любезно сообщили.

— Боюсь, это невозможно… — Фалькас поспешил спрятать взгляд, дабы не дать повода сомневаться в искренности архикнижника. — Ирмин отбывает завтра на рассвете в Фармар, после того как дождется решения Грии. Там он будет по делам более недели дожидаться прибытия пиратского корабля. Поэтому сами понимаете, секретность нам жизненно-необходима.

— Гм, — аристократ призадумался. — Решения Грии... я так понимаю, это об Изумрудной Скрижали? Да, понятно. Но разве ваши не приняли решение остаться в Донлере еще немного?

— Увы, делами сплавов, как вам уже стало известно из прошлого разговора с его магичеством, будут заниматься другие люди.

Но Анжи Мейн не сдавался, он упорно вовлекался в планы Фалькаса, разжиться информацией за чужой счет, и сам того не подозревал.

— Знаете что? Давайте сегодня вечером встретимся на окраине города? Там и обговорим условия взаимовыгодного сотрудничества.

— Что ж, я согласен. — Архикнижник скупо кивнул. — Где?

— Помнится мне, в этом городе есть одна злачная питейная, кажется, под название «Стеклянная кость»?

— Э… — Фалькас недоуменно скривился. — Вы имеете в виду «Хрустальную ногу»?

— Да, ее самую.

— Что ж, хороший выбор. Тот район, насколько мне известно, патрули стражей неспроста обходят стороной.

Оба не сговариваясь хмыкнули.

А Мейн вначале выглянул из-за колонны, дабы убедиться в пустынности коридора, после чего заговорщицки прошептал:

— Тогда буду вас ждать там ближе к полуночи.

Архикнижник вместо ответа сделал знак рукой и первым вышел из укрытия, чтобы покинуть наконец угнетающие стены белоснежного каменного замка княгини Донлерской.

Несколько минут спустя, когда шаги последнего заговорщика стихли на лестнице, скрежет двери потайного хода повторился. Из темени секретного хода выглянула миниатюрная княгиня Грия, медленно и бесшумно ступая по плитам каменного пола в мягких плюшевых тапочках. Будучи в бархатном халате, она скрестила руки на груди и озадаченно нахмурилась, переваривая информацию, услышанную сквозь узкую щель, едва ли различимую простому человеческому взору.

«Неслыханная наглость! — думала так княжна, переводя взгляд к лестнице, туда, где еще недавно спускался Анжи Мейн. — Эти двое даже не подумали отойти подальше от двери».

Чересчур просто, на ее взгляд, она узнала о предстоящей встрече в «Хрустальной ноге», что заставило княгиню глубоко задуматься над мыслью: «А не специально ли ее заманивают в ловушку, обещая пролить свет на местонахождение Натаниэля?»

Определенно.

Ей нужно это обдумать. Наедине с собой.

Или…

Красный румянец выступил на ее щеках, когда она вспомнила об изначальном плане найти аптекаря, дабы вовремя предотвратить нежелательный эффект из-за недавней инкогнито встречи со вторым рыцарем княжества.

— Впору считать его первым, если факт предательства подтвердится, — Грия пробурчала себе под нос, тотчас прибавляя: — Ладно, аптекарь подождет. А пока нужно сделать кое-что поважнее.

Глава 15. Тетушка

Будуар мадам Бизрэ был исполнен в кричащих бордово-красных тонах, украшен перьями в высоких хрустальных вазонах, отделан бархатными драпировками стен в фигурных гипсовых рамочках, завешан богатым ярким текстилем.

Обитый войлоком пуф с позолоченными резными ножками, казалось, словно стонал под тяжестью одежды, наваленной сверху настоящей горочкой. А в зеркале на стене напротив, чуть выше консоли, отражались сразу двое, укрытые одеялом.

Женщина затихла первой, выравнивая шумное дыхание после понятного приятного действа. Любовник же будто и не выдохся вовсе. Просто замер, лежа на широкой дубовой кровати.

— Ты бесподобен, — проворковала мадам Бизрэ гнусавым надменным голосом. — Впрочем, как всегда.

— Ваша оценка мне льстит, мадам, — мужчина ответил на комплемент.

— Скажи, а Вайлштейны все такие стойкие?

— Не могу знать, — любовник знаменитой на весь континент женщины еле заметно напрягся. А взгляд его приобрел несвойственную остроту.

— Ой, только не дуйся, — тоненький указательный пальчик, унизанный сразу двумя золотыми кольцами, прочертил соблазнительную линию вдоль рельефной грудной клетки подтянутого мужчины. — Я лишь пытаюсь понять, это у вас семейное, или ты один такой неповторимый.

Несмотря на попытку, оправдание нужного эффекта не возымело.

— И как мне расценивать подобное изречение? — Мужчина крепкого телосложения сел в кровати и бросил многозначительный взгляд на гору одежды, будто собирался тотчас привести свой внешний вид в подобающее состояние, чтобы покинуть даму. — Вы хотите попробовать соблазнить вначале моего брата, а затем и племянников, чтобы сравнить?

— Леонардо! — выкрикнула женщина. — Не смей принимать мои слова всерьез, я же пошутила!

— Откуда мне знать, Сьюзен? — любовник поднял руку и схватил даму за подбородок. После чего заставил ее запрокинуть голову, чтобы в губы прошептать: — Вы опасный соперник, который держит в узде весь Паноптикум, откуда мне знать, какая роль отведена для герцогской семьи Вайлштейнов? Какие мысли штурмуют эту маленькую кучерявую рыженькую головку умелой куртизанки, а?

— Я никогда не была куртизанкой, Лео! — Сьюзен надменно отвернулась. — Не стоит так меня называть, если не хочешь столкнуться с последствиями.

— И все-таки моего вопроса это не меняет, — любовник лишь пожал плечами и откинулся на подушки. — Тебе нужны мечи, я прав?

— Да, мне нужен хороший союзник и его армия, дабы сокрушить наконец Грию Донлерскую. — Прямо призналась владелица ордена Ночных бабочек. — Вся эта мишура, — кивок в сторону двери, — лишь прикрытие.

— А Паноптикум? — упорствовал дядя Эфайно. — Он-то тебе зачем понадобился? Ведь ты ради чего-то даже стала их главным спонсором…

— Мне было сложно пройти мимо этой развалюхи, которая вот-вот издохнет от безденежья, — Сьюзен тоже откинулась на подушки, а взгляд ее устремился далеко за пределы этой комнаты. — Грия совсем их задушила всего-то лишь за несколько лет противостояния. Но знал бы ты, сколько выгоды я получила от сотрудничества с ними, так бы не ухмылялся.