Ева Эшвуд – Жестокие сердца (страница 28)

16

Уиллоу

Мы втискиваемся обратно в лифт, и я чувствую, что все присутствующие на вечеринке обращают на нас внимание, как мы заходим внутрь. От того, что мы выставлены напоказ, у меня учащается пульс, но я стараюсь не показывать этого – по крайней мере, внешне.

Я держу голову высоко поднятой, расправляю плечи. Мэлис нажимает кнопку нужного нам этажа, позволяя дверям лифта закрыться.

Как только мы оказываемся вне поля зрения, я с облегчением выдыхаю. Никто не говорит ни слова. Мы сделали то, зачем пришли, но пока не выйдем из здания, расслабляться небезопасно.

Парни держатся поближе ко мне, окружая меня, как будто они – своего рода живой щит.

Мы выходим из здания, проходим мимо поста парковщика и направляемся к машине. Я чувствую, как в воздухе между нами нарастает напряжение, когда мы подходим к нему. Все невысказанные слова, которые мы держали в себе с тех пор, как оставили Оливию и Коуплендов позади, вырываются наружу.

Вик открывает для меня одну из задних дверей, и я ныряю в машину, подвинувшись на сиденье, чтобы он мог сесть рядом со мной. Мэлис садится за руль, как и всегда, а самый младший из братьев – возле него. Как только все двери захлопываются, Рэнсом запрокидывает голову и издает победный возглас.

– Да чтоб вас! – Он сжимает одну руку в кулак, глаза горят азартом и гордостью. Он практически подпрыгивает на сиденье от избытка адреналина. – Ты видела их лица? Ты была просто невероятна, ангел.

– Естественно, – подхватывает Мэлис, вставляя ключ в замок зажигания. – Она гребаная королева, и теперь они в этом убедятся.

Рэнсом все еще посмеивается, качая головой, словно ему в кайф заново переживать каждый момент нашей стычки.

– Ох уж эта самодовольная рожа Оливии, когда она вызвала копов. Прям уверена была, что нас утащат в наручниках прочь. Как жаль, что она не единственная, кто имеет шантажировать людей.

– Это было особенно приятно наблюдать, – соглашается Вик, слегка улыбаясь.

– И ты был прав. Идеальное место, чтобы встретиться с ней лицом к лицу. – Рэнсом слегка вытягивает шею, чтобы посмотреть на нас. – Двух зайцев одним выстрелом. Донесли Коуплендам новость о том, что их сыночек, гребаный насильник, мертв, да и к тому же дали понять, что у нас есть компромат на них, который мы используем, если они попытаются помешать Уиллоу заявить права на то, что принадлежит ей. Просто, блин, блестяще.

Мэлис, в свойственной ему манере, вмешивается, чтобы отвлечь всех, пока празднование не затянулось слишком надолго.

– Да, да, было классно, – говорит он, выезжая на улицу. – Но нам нужно быть настороже. Мы только что вывели их из себя, и я сомневаюсь, что они так просто это оставят. Мы не знаем, какой шаг они предпримут в следующий раз.

– Он прав, – кивает Вик. – Нам нельзя слишком расслабляться.

– Да знаю, знаю. Просто хочу немного насладиться победой, – говорит Рэнсом, но становится серьезнее.

Я слушаю их сквозь шум в ушах, все мое тело гудит, как оголенный провод. От всего, что только что произошло, во мне бурлит столько адреналина, что я чувствую, будто могу выскочить из машины, помчаться пешком в отель и все равно опередить парней. Встреча с Оливией внушала ужас, но в то же время и освободила меня.

Теперь у меня есть обязательства.

Оливия знает, что Трой мертв и что у нас есть доступ к его деньгам и долям в семейном бизнесе. Шанс сбежать от бабушки упущен, и я в некотором смысле рада этому. Бегство и не было постоянным решением. Даже если бы нам удалось ускользнуть от нее – что было бы непросто, – я бы всю жизнь оглядывалась через плечо. Я бы не смогла так жить.

Так что сейчас я пойду до самого конца.

Пока Мэлис ведет машину, мы вчетвером обсуждаем, что будем делать дальше.

– Единственный недостаток использования активов Троя в том, что теперь тебе придется сотрудничать с компанией его семьи. – Рэнсом морщится. – Мне ненавистна сам мысль о том, что ты будешь находиться рядом с этими ублюдками дольше, чем это необходимо.

– Так нужно, – говорит Вик и тянется через сиденье, чтобы взять меня за руку. Это простой жест, но для него даже самые незначительные прикосновения всегда значат так много. – Я знаю, это будет неприятно, но ты не просто так заставила Троя все это подписать.

Закончив говорить, он смотрит на меня, и я киваю.

– Верно. Я понятия не имею, как во всем этом разобраться, но знаю, что должна это сделать.

– Не волнуйся. Я помогу тебе подготовиться. У меня есть вся информация, которая нам понадобится. А если и нет, то найду.

Я улыбаюсь Вику, всегда благодарная за его помощь и участие.

– Как думаете, Оливия попытается что-то предпринять до следующего заседания правления? – спрашивает Рэнсом.

– Что она может сделать? – отвечает Вик. – Мы выиграли себе немного времени. Сейчас она наверняка пытается разобраться, где она облажалась, так что, думаю, на данный момент мы в безопасности.

Мы в лучшем положении, чем могли бы быть, но Мэлис прав. Нельзя терять бдительность. Тем не менее приятно наконец-то выиграть у Оливии хоть что-то. После нескольких месяцев ее побед, ее контроля над нами, попыток выяснить, что же она задумала дальше, мы наконец-то ударили ее в самое больное место.

Надеюсь, получится продолжить в том же духе.

Мы возвращаемся в отель, вылезаем из машины и направляемся внутрь. Парень на стойке регистрации с любопытством смотрит на нас, отмечая нашу одежду и то, как парни толпятся вокруг меня, но ничего не говорит.

Затем мы идем к лестнице. Поднимаемся на второй этаж, и там Вик впускает нас внутрь номера. Когда я переступаю порог, мое внимание привлекает кое-что странное. Неприметная картонная коробка, достаточно большая, чтобы вместить приличное количество вещей. Она придвинута к одной из кроватей.

Коробка выглядит достаточно невинно, но при виде нее у меня учащается сердцебиение. Она от Оливии или от Коуплендов? Они уже что-то предпринимают? И если да, то как, черт возьми, они притащили сюда эту коробку, пока нас не было? Даже они не могут так быстро перемещаться, верно ведь? В голове роятся сотни вариантов, каждый ужаснее предыдущего. Я замечаю, как на меня с беспокойством смотрит Мэлис.

– Солнышко? Что такое?

Делая шаг вперед, я указываю на коробку.

– Что это? Это от родителей Троя или от Оливии? Могли ли они…

Я замолкаю, когда на лице Мэлиса появляется странное выражение. Он выглядит немного смущенным, но это не может быть правдой. Я никогда раньше не видела у него такого выражения лица.

Он прочищает горло, переводя взгляд с коробки на меня.

– О. Это не от них.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что это от меня. Я сбегал пораньше, пока ты собиралась.

Мэлис подходит и ногой придвигает коробку поближе ко мне, и, когда я в замешательстве смотрю на нее, он потирает затылок, вздыхая.

– Это для тебя. Я… просто открой.

Он поднимает довольно тяжелую на вид коробку и ставит ее на кровать. Все еще не понимая, что здесь происходит, я сажусь рядом с ней и открываю крышку. Мои брови взлетают вверх, когда я рассматриваю содержимое.

Книги.

Множество книг.

Я беру одну и переворачиваю, чтобы разглядеть обложку, затем перевожу взгляд на Мэлиса.

– Любовные романы?

Он кивает.

– Да. Ты можешь их прочитать, если хочешь.

– Но… почему?

Теперь он действительно выглядит смущенным. Ужасно интересно наблюдать за этим выражением на его обычно суровом и решительном лице.

– Нашей маме они очень нравились, – объясняет он, проводя рукой по подбородку. Сегодня он побрился, так что щетина исчезла. – А когда мы спросили ее, почему, она ответила, что любит их за счастливый конец. Не важно, через какое дерьмо прошли главные герои, они всегда останутся вместе и в конце концов будут счастливы. Так что, наверное, от них ей становилось спокойно на душе. Книги помогали ей, ведь на работе она видела много смертей и боли. К тому же наш папаша был куском дерьма. Может, так она спасалась и от него.

Его голос становится немного грубоватым, и я самопроизвольно опускаю взгляд на его руку. Татуировка с именем Диана вьется над его плечом и на данный момент прячется под рубашкой.

– Короче, – продолжает он, – я подумал, что, может, они тебе понравятся по тем же причинам, что и ей. Не для «побега» от нас, а чтобы в конце героев ждало гарантированное «долго и счастливо». С тобой столько всего случилось, поэтому я просто хотел, чтобы ты помнила, что… хорошие вещи существуют.

– Оу. – К горлу подступает комок, его слова захлестывают меня волной, и это все, что у меня получается выдавить из себя. Я переворачиваю книгу в руках, понимая, что его поступок тронул меня больше, чем я могу выразить словами. – Спасибо.

Мэлис снова пожимает плечами, его темно-серые глаза устремлены на меня.

– Я знаю, что тебе пришлось через многое пройти, поэтому просто хотел помочь. У меня не очень хорошо получается говорить о таких вещах.

– Ты справляешься лучше, чем думаешь, – говорю я ему, вспоминая наш разговор несколько дней назад, после того как я очнулась от того кошмара.

Уголок его рта приподнимается в улыбке, и какое-то время мы молча смотрим друг на друга. Затем Рэнсом смеется, нарушая момент.

– Вик, помнишь, как мама купила ту новую книгу, и та пропала, прежде чем она успела ее дочитать? – спрашивает он.

– Помню.