Ева Енисеева – Забытая истинная в Академии Тьмы (страница 23)
— Что вам нужно? — спросила жёстко.
— Я не могу просто отправить тебя в свободное плавание, как бы ни хотел этого, — сказал он. — На факультете Теней я организую присмотр за тобой.
Холодок пробежал по моему телу.
— Зачем за мной присматривать?
— Всё пошло не так, как было задумано, поэтому пиши прошение и не бери в руки книгу!
— Какую книгу? Это как-то связанно с моим прошлым? — спросила я.
— А ты никогда не думала о том, что прошлое и будущее неразрывно связаны настоящим, Зара Фонтиналис?
Он схватил меня за руку, открыл откуда-то взявшуюся дверь и втащил меня в свою комнату.
Несколько секунд рылся в бумагах на столе.
— Вот!
Передо мной лежал листок:
— Расписывайся! — гневно прорычал он, будто ему надоело со мной возиться.
Несносный, ужасный, грубый, самодовольный архимаг!
Целует, хватает, унижает!
Я выпрямила спину и села за его стол.
— Откройте занавески, пожалуйста, мне плохо видно, — сказала вежливо.
Пока он отходил к окну, я быстро оставила несколько штрихов на бумаге и сложила из них птичку простым заклинанием, которое выучила ещё несколько лет назад в школе.
— Запускай, — грубо сказал он, подходя ко мне.
— Как скажете, архимаг!
Я запустила птичку и та растаяла облачком пепла, оставив от себя аромат сожжённых воспоминаний и истлевших надежд…
— Так будет правильно, — жестко припечатал Марк, а потом открыл дверь, приглашая меня на выход. — Вон. И старайся не приближаться ко мне.
Запястье привычно ныло без прикосновения архимага.
— С превеликой радостью.
Добравшись до своей комнаты, я села на белый плед на своей кровати, посмотрела в окно со странным знакомым лесом.
На подоконнике лежал фолиант в старой кожаной обложке…
Глава 30. Книга
Когда я вошла в свою комнату, взгляд тут же привлекла странная книга, лежащая на столе.
Её обложка была черной, матовой, она словно поглощала свет, и никак не сочеталась с моей маленькой уютной комнатой.
Что эта книга вообще здесь делает? Я точно не приносила её сюда.
Замерла на пороге, не решаясь подойти ближе. Вспомнились слова Марка: "Не бери в руки книгу!"
И вот она передо мной. Явно она!
Эта книга словно дышала рядом со мной, и её присутствие заставляло меня нервничать.
Подойти или нет? Мои пальцы невольно сжались в кулак, как будто пытались удержать меня от опрометчивого решения. Всё внутри кричало: "Не трогай её!"
Но с другой стороны... Что плохого может быть в простой книге? Я сделала шаг вперёд, затем ещё один. Рука потянулась к обложке, но в последний момент я остановилась.
— Нет, — шепнула себе, быстро убрав руку и отступив назад. — Не сейчас. Не хочу рисковать.
В комнате стало как-то тесно с этой книгой на подоконнике. Я не могла здесь больше находиться.
Отступив, я бросила последний взгляд на фолиант и повернулась, чтобы выйти.
Когда я уже собиралась закрыть дверь, заметила на ней выжженное новое объявление.
Расквадровка? Слово я уже слышала от Островского, но значения его не знала.
А форма… Что именно я должна подготовить?
Вопросы роились в моей голове, а вот ответов не было.
Я пошла к единственному человеку, который отнёсся ко мне по-доброму.
Дверь в комнату Миланы была открыта, я подошла ближе и остановилась в дверях.
Милана была явно расстроена, суетливо пыталась поправить на себе белую блузку, а та явно была ей велика.
Я постучала костяшками пальцев о косяк.
— Входи, — пригласила она, даже не взглянув на меня.
— Проблемы с одеждой? — аккуратно спросила я.
— Ох, да вот, мама прислала мне форму, сшитую на заказ, но, как видишь, или мама, или портниха ошиблась с размерами.
Она недовольно дернула за рукава блузки, которые спускались почти до середины ладоней.
— Я пыталась сама что-то сделать, но... В общем, шитьё — явно не мой талант.
Я улыбнулась и посмотрела на её блузку:
— Позволь, я помогу. У меня с этим опыта побольше. Если хочешь, я подгоню её под твой размер.
Её лицо мгновенно просветлело.
— Правда? Ты бы сделала это?
— Конечно. Мне будет только в радость помочь.
Пока я занималась её блузкой, мы болтали обо всём подряд.
Милана оказалась удивительно интересной собеседницей, с её уст сыпались истории, одна ярче другой. Время пролетело незаметно. Я уже почти закончила подгонку, когда она вдруг улыбнулась и сказала:
— О, чуть не забыла. Мама прислала мне ещё несколько вещей, и они тоже не подошли. Я подумала, что тебе они могут понравиться.
Её щёки краснели. Ещё бы… я тоже ужасно смутилась.
— Она достала из сумки аккуратно сложенный свёрток. — Это платье слишком узкое для меня, а блузка вообще странного покроя. Может, тебе пригодится?
— Спасибо, Милана, — я приняла вещи с благодарностью, но смотря в пол.