Ева Енисеева – Забытая истинная в Академии Тьмы (страница 25)

— А с того, что это Катарина Ростра, — закатила глаза кудряшка, кивая на свою подругу.

— И? — нахмурилась я, пытаясь выяснить точно, почему меня просят пересесть с середины.

Что я упустила? Может, Катарина плохо видит или ей необходима помощь и я зря думаю, что они просто наглые девицы?

— Нам нужны места в центре и рядом друг с другом, — высокомерно заявила кудрявая, подняв брови так, словно это требование не подлежало обсуждению.

Ага, значит, я ничего не перепутала.

Я демонстративно села ровнее и отвернулась к сцене, решительно игнорируя их.

— Ау! Нам нужно это место, — позвала меня кудрявая ещё раз.

— Так сядьте друг другу на коленки, — предложила я, мысленно возмущаясь. — Тем более, если сядите отдельно, то придётся молчать, а не трещать, как два гремокуля, поэтому я сделаю одолжение всем остальным, если не подвинусь.

— Гремокуль? — недоумённо спросила третья девушка, которая стояла рядом с Катариной и разглядывала меня, словно изучала редкий экспонат.

— Это северная птичка, — пояснила я, всё ещё глядя вперёд. — У некоторых болтливых девушек мозги примерно такого же размера, как у неё, — добавила, подмигнув кудрявой.

Окружающие тихо захихикали, а я почувствовала лёгкое удовлетворение от того, что смогла хоть немного поставить их на место.

— Не обращайте внимания на эту невежественную деревенщину, девочки, — заявила Катарина, игнорируя меня с демонстративным пренебрежением. — Лара, найди себе место в другом ряду.

Кудрявая Лара аж покраснела от негодования. Видимо, не привыкла к тому, что не все люди исполняют её приказы.

Порыв ветра прошёлся по двору, встрепенув флаги факультетов.

— Уважаемые первокурсники и их родные! — раздался голос профессора Островского, усилившийся магией, и все замолкли.

Я повернулась к сцене и больше не обращала внимания на девушек. Они, наконец, расселись по местам, перестав приставать ко мне.

— Сегодня знаменательный день для каждого из вас, — начал профессор серьёзно. — Мы собрались здесь, чтобы приветствовать тех, кто решился провести следующие несколько лет в Академии Тьмы!

Холодок прошёлся по спине…

— Первый день занятий, — продолжил он, — это одновременно праздник для студентов и возможность для гостей ощутить дух нашей Академии. Поэтому мы стараемся сделать каждое посвящение незабываемым событием.

Как по команде, стая птиц, таившаяся среди ветвей круглых деревьев, взмыла в небо. Я вдохнула запах сырой земли и свежей осенней листвы, чувствуя, как волнение нарастает.

— Мы гордимся нашей Академией, её историей и достижениями, людьми, которые здесь учатся и трудятся. Вместе мы создаём будущее Лесарии, — говорил Островский.

На сцену вышел ректор Академии — Питер Стивенсон. Высокий и худощавый артефактор с осунувшимся лицом и чёрными волосами до линию челюсти. Его аура излучала уверенность и силу.

— Благодарю, Юлий, — он коротко кивнул профессору Островскому, прежде чем обратиться к студентам и гостям. — Как вы все знаете, год назад Академия Тьмы поглотила Академию Света. Это событие стало важной вехой в нашей истории и в очередной раз показало, что сила дружбы — это самое могущественное звено, способное объединять даже самые разные миры.

Ректор осмотрел присутствующих, и его взгляд словно коснулся каждого, кто был в толпе. Но тут я услышала за спиной шёпот:

— Ага, дружба. Он из кабинета-то выходит? Лучи и тени ненавидят друг друга...

Я попыталась обернуться, чтобы увидеть, кто это сказал, но в этот момент мир окутала кромешная тьма.

Она опустилась так резко, что я не успела даже моргнуть. Кто-то вскрикнул, кто-то удивлённо и испуганно вздохнул. Я, напротив, застыла в восхищении, пытаясь разглядеть хоть что-то в этом мраке, но даже пальцы рук различить не могла.

— Тьма нуждается в свете, — голос Островского прозвучал с новой силой, как будто его слова тянули за потайные струны в душах всех присутствующих. — Так же, как и свет нуждается во тьме.

Над нашими головами засияла яркая энергетическая сфера. Она осветила двор, и в тот же момент, словно по волшебству, тьма и свет слились в танце — сфера взорвалась мириадами огней, которые, кружась, растворялись в воздухе, так и не долетая до земли.

Двор наполнился звуком аплодисментов, а на сцене оказались второкурсники, среди которых стояла приветливо улыбающаяся Милана, Финар, смотрящий хмуро, но с хитринкой, и Кристина, та девушка, которую я видела рядом с Марком в первый день в Академии, у неё ещё глаза подведены по-кошачьи. Там было множество других студентов, с кем я ещё не успела познакомиться! Это они создали тьму и свет.

— Старшекурсники, передайте символы факультетов вашим последователям! — скомандовал ректор, и они спустились и пошли по рядам, даря первокурсникам маленькие коробочки, обвязанные черно-белыми лентами.

Я затаила дыхание, так это было мило, и вздрогнула, когда перед мной оказался Финар.

Его улыбка была спокойной, но в ней скрывалась уверенность. Светлые волосы северянина слегка развевались от лёгкого осеннего ветерка, а его глаза сверкнули, когда он протянул мне коробочку с маленьким символом.

— Открой!..

Глава 33. Зов

Финар, с его платиновыми, почти белоснежными волосами выделялся в окружающей нас толпе. Мускулистый, сильный, с самоуверенной, почти наглой ухмылкой. Он посмотрел на меня с искрой в глазах, подмигнул и подал коробочку.

— Северяне должны держаться вместе, — сказал он, и я не смогла скрыть лёгкую усмешку в ответ.

Я медленно потянула за ленты и, открыв коробочку, увидела крошечный значок — свеча, символ факультета Света.

Она переливалась, словно настоящая, словно внутри горел крошечный огонёк. Я смотрела, заворажённая. Финар, заметив мою реакцию, легко взял значок из моих рук и аккуратно прикрепил его на лацкан моего платья.

— Свети, Зара.

Жест был столь неожиданным и личным, что я даже немного замешкалась.

— Я обязан проводить тебя на расквадровку, — с улыбкой добавил он и подал мне локоть.

Я растерянно приподняла бровь, удивлённая его манерами, и немного медлила, но Финар не давал мне шансов на отступление.

— Ну же! Ещё мгновение — и моё эго воспримет это как объявление войны, — весело подмигнул он, что вызвало во мне искренний смех.

Я закатила глаза и, хохотнув, приняла его руку. Мы двинулись в сторону стадиона, а вокруг нас поток студентов направлялся к той же цели. Издали доносились рычание и огненные вспышки.

— Только не говори мне, что это дикая виверна! — восхищённо произнесла я, услышав ещё один раскатистый рев.

— Ага, любит ящеров, я запомнил, — довольно ответил Финар, и мы ускорили шаг, чтобы оказаться первыми.

Впереди, на стадионе, нас ожидала кипа чистых свитков, которые разлетелись к своим обладателям, как только студенты приближались. Я поймала свой отрез свитка и сразу же развернула его.

На чистой бумаге медленно проступали чернила, отображая моё расписание. Финар, естественно, не удержался от того, чтобы заглянуть через плечо.

— Я отзеркалю, если ты не возражаешь, — заявил он, готовя свой магический браслет.

— Возражаю! — резко ответила я, сворачивая свиток, но было уже поздно. Он насмешливо подмигнул и свернул магическое зеркало.

— Не любит вторжение в личную жизнь, я запомнил, — сказал он с улыбкой и растворился в толпе.

На сцену вышел ректор Академии — Питер Стивенсон, высокий, худощавый артефактор снова сразу же собрал внимание студентов. Убрал чёрные, как вороново крыло, волосы с лица и начал речь.

— В этом году мы попробуем новую систему разделения студентов, — его голос был спокоен, но твёрд, с лёгкой ноткой авторитета. — У каждого из вас индивидуальное расписание, но вы будете разделены на квадры. В каждой квадре — два второкурсника, первокурсник и преподаватель. С разных Факультетов. Чтобы укрепить межфакультетские связи. Участники квадры будут в ответе друг за друга.

Как только он сказал это, на моём запястье тут же материализовался кожаный плетёный браслет, простой, без знаков отличия.

— Студенты и гости Академии, — продолжил ректор, — официальная часть посвящения объявляется закрытой. Теперь гостей ждёт фуршет на лужайке у главного фонтана, а студентов — встреча со своими квадрами.

В небе начали кружиться разноцветные дымные завесы, оставляя за собой изящный рисунок, который мне напомнил какой-то необычный цветок. В этот момент я почувствовала лёгкое притяжение от браслета, словно он пытался увести меня куда-то.

— Отлично, — пробормотала я, следуя за этим невидимым зовом. — Надеюсь, в моей квадре не будет Катарины.

Я шла по коридорам Академии, снова оказавшись в тёмных извилистых проходах серой башни. Вокруг витал лёгкий холодок, стены отдавали старой пылью и магией.

И только бы не попасть в Изнанку прямо сейчас!

Браслет притянул меня к серой башне.

— Опять? — пробормотала я, поднимаясь по лестнице, ведущей в просторную аудиторию на самой вершине.

Когда я вошла в комнату, то увидела, что здесь уже собрались остальные члены моей квадры.

Там не было Катарины. Это плюс.

Там не было девушек вообще. Это минус.