Ева Енисеева – Забытая истинная в Академии Тьмы (страница 2)
Всегда. До сегодняшнего дня.
Выбежала на улицу, завернула на тротуар и поторопилась домой, не понимая, как теперь дальше жить!..
Длинная юбка мешала быстро переставлять ноги, и я впервые согласилась, что наша северная мода устарела. На юге Лесарии девушки давно уже носили более короткие платья и юбки, у нас же всё, что выше щиколоток, считалось неприличным. Да какие тут теперь приличия?..
Я перебежала городскую площадь и нырнула в переулок. Ноги сами несли меня по знакомым дорожкам родного Приозёрья.
Сердце все еще щемило от боли. Я торопилась, практически не замечая ни людей, ни домов вокруг, сосредоточившись лишь на том, чтобы продолжать двигаться, ведь стоит мне остановиться, как всё это горе прольётся солёными слезами!..
Когда я наконец добралась до нашего с тётей дома, то подняла спрятанную корзину с покупками и вошла внутрь.
Меня встретил холодный ветерок, проскользнувший через незапертую дверь. В доме было темно и пусто, как всегда. Лишь крохотная лампа в углу, обложенная тканями, безразлично работала магическим огоньком, едва освещая угол комнаты.
Только я зашла, тут же услышала знакомые тяжелые шаги. Тётя Агата, как всегда, появилась внезапно, словно возникла из своих теней. Её резкий взгляд остановился на мне.
— Где ты пропадала? — спросила она, хлопнув дверью так, что я вздрогнула.
— Прости, тётя, я немного задержалась, — прошептала я, пытаясь не встретиться с ней взглядом и не разрыдаться прямо на месте.
— Ты должна была вернуться час назад. Сколько времени опять потратила на эти свои прогулки?
Она подошла ближе и, не дождавшись ответа, который ей был и не нужен, выхватила корзину с продуктами из моих рук. Каждое её движение было пропитано раздражением. Я стояла, опустив глаза в пол, чувствуя, как все внутри сжимается от её недовольного тона, от того, что мне и поделиться своей печалью теперь не с кем.
— Моя спина гудит, Зара, а ты как всегда безответственная. Всё приходится делать самой. — сказала она, кряхтя, но таща корзину ко столу. — Ты хоть представляешь, сколько мне пришлось работать, чтобы мы могли купить эти овощи?
Я кивнула, не поднимая глаз.
Ну конечно, а то, что это я сшила последние пятнадцать комплектов школьной формы, заказанной местной учительницей, это не важно.
Сил на спор просто не оставалось.
— Теперь иди, развесь бельё, и после этого приберись на чердаке. Я нашла там кое-что нужное, но это всё заросло пылью. Перебери вещи.
Я не сопротивлялась, ведь это было бесполезно.
Слова застряли где-то в горле. Тётя всегда требовала от меня больше, чем я могла дать.
Я проигнорировала бельё и молча отправилась на чердак, чувствуя, как тяжёлый комок боли в груди только разрастается и вот-вот хлынет слезами.
Путь к чердаку казался бесконечным. Каждый шаг отзывался мучительной тяжестью в груди, а каждый вздох грозился сорваться в рыдания… но я поднималась, потому что это было лучше, чем снова услышать скрипучее недовольство тёти Агаты. Лучше, чем вновь чувствовать себя обузой в этом доме. Как всегда.
Вздохнув, я принялась поднимать пыльные коробки и перебирать старые вещи, стараясь не думать о том, что ждёт меня дальше. В голове кружились мысли: может, жизнь, которую я знаю, всего лишь кошмар, который однажды закончится?
Слёзы всё-таки нашли выход, но плакала я тихо. Плакала и сразу стирала ненужную влагу со своих щёк.
Не знаю сколько времени прошло, но я перебрала все коробки, спина затекла, а за окном стало темно.
— Зара! — послышался оклик тёти Агаты.
— Иду, тётя! — ответила я и отправилась вниз.
— Спускайся, ужинать пора!
В её голосе мне почудилась едва уловимая нота сожаления, которую я редко слышала. Неужели она уже узнала про Джека и Катрин…
Когда я вошла на кухню, тётя накрывала на стол. Она посмотрела на меня снизу вверх, как бы оценивая мой вид, и наконец сказала:
— Ну что ж… ты, наверное, устала. Сегодня я сама накрою на стол. Тебе нужно отдохнуть.
Её слова прозвучали неожиданно мягко. Я шмыгнула носом и кивнула, присаживаясь за стол. Это была редкость, когда тётя проявляла хоть какое-то участие, и пусть даже её забота казалась мне холодной, я почувствовала благодарность к этой женщине.
— Спасибо, — прошептала я, чувствуя себя чуточку лучше.
— Не переживай об этом идиоте Джеке. Он мне никогда не нравился, этот размазня, — сказала она, а я замерла.
Неужели тётя Агата пытается меня успокоить?
— Хорошо, что я уже нашла для тебя другого жениха! — преувеличенно оптимистично сказала она и поставила передо мной миску со склизкой кашей.
Я растерянно подняла взгляд на тётю. Какой ещё жених?...
— Толстый Гард давно за тебя сватался, — довольно улыбнулась тётя. — Вот и сыграем свадебку на следующей неделе!
Глава 3 Толстый Гард
На следующее утро я проснулась с чувством, будто весь мир вот-вот обрушится на меня.
Вчерашний разговор с тётей о "женихе" — Толстом Гарде — звучал в моей голове, как ужасный кошмар.
Я надеялась, что это было просто дурное сновидение, но когда на столе за завтраком меня ожидала свежая миска со склизкой кашей и довольное лицо тёти Агаты, стало ясно — это реальность, от которой я не смогу сбежать.
— Сегодня мы принимаем гостей, так что приведи себя в порядок, — сказала тётя не терпящим возражений тоном, и налила себе вкуснопахнущий кофе в большую керамическую кружку. — Гард придёт к нам после обеда.
Только недавно моей главной проблемой было, как поскорее закончить курсы швеи, чтобы я могла принимать заказы официально, а не через тётю Агату. А теперь!...
Невозможно поверить, что моя жизнь могла так быстро скатиться в бездну. Я потеряла Джека, единственного человека, к которому испытывала настоящие чувства, потеряла Катрин, с которой делилась всем-всем!.. И меня хотят выдать замуж за отвратительного старика, которому удалось пережить уже пять жён...
Тётя Агата, по своему обыкновению, и не думала смотреть на меня, пока методично поглощала свой кофе. Дорогой напиток, между прочим!
А мои руки дрожали, и я машинально двигала ложкой в тарелке, хотя аппетита не было вовсе.
В голове пульсировала мысль о побеге, но куда? У меня не было ни денег, ни места, куда бы я могла убежать. Всё, что я знала, вся моя жизнь была привязана к этому дому, и тётя Агата была единственной, кто хоть как-то заботился обо мне…
Когда настал полдень, тётя приказала мне убраться в доме и привести себя в порядок. Я делала всё механически, будто тело само выполняло привычные действия, тогда как разум улетал куда-то далеко, в попытке убежать от предстоящего ужаса.
К приходу Гарда я уже почти не ощущала себя в этом мире. Просто кукла, следовавшая инструкциям, марионетка в руках судьбы и тёти…
— Я же хочу тебе только добра, Зара, — объяснила мне она, — Выйдешь замуж, нарожаешь маленьких Гардигов. Сошью им всем по одеялу в колыбельную!..
Толстый Гард явился в тот самый момент, когда часы на кухне пробили три. Я услышала его тяжёлые шаги по деревянным доскам крыльца и тут же почувствовала, как в животе всё сжалось от отвращения.
Он вошёл в дом без стука, как будто ему здесь всё принадлежало, и я с трудом заставила себя повернуться к нему, когда тётя заохала, в самой большой комнате нашего покосившегося домика.
— Проходи, проходи! Располагайся!
Гард был невысокого роста, из-за этого его массивный живот казался ещё больше. Лицо его было бледным, с сальными блестящими пятнами на лбу и щеках. Взгляд его маленьких, поросячьих глазок был неприятным, а улыбка обнажала чёрные, гнилые зубы, которые, казалось, вот-вот выпадут изо рта. Одет он был в грязную рубаху и тёмные штаны, которые явно видели лучшие времена.
— Ну, здравствуй, красавица, — проскрипел он низким голосом, и я почувствовала, как по коже пробежала дрожь от отвращения. — Будущая жёнушка!
Я глупо хлопала глазами, не понимая, как вообще так получилось, что жадный взгляд Толстого Гарда сейчас изучает меня с головы до ног, словно разглядывает тушу в лавке мясника, не понимая, что именно висит перед ним на крюке – кролик или толстая крыса.
Он сделал шаг вперёд, и я невольно отступила на полшага назад.
— Не бойся, милая, — сказал Гард, обнажив ещё больше гнилых зубов. — Я ведь знаю, как обращаться с женщинами!
О да!... Он знал, ведь как-то он «обращался» с предыдущими пятью жёнами! И этот факт пробуждал во мне первобытный страх, который я пыталась подавить.
Как я могу выжить, если окажусь в его руках?
Нет-нет-нет-нет…. Я не могла себе этого представить. А что если убежать прямо сейчас? Лучше умереть в лесу, чем выйти за него замуж!
В горле стоял ком, и мне хотелось кричать, но от ужаса я не могла вымолвить ни слова.
— Что ж, моя девочка, ты должна быть благодарна своей тётушке за такую честь, — продолжил он, приближаясь ко мне ещё на шаг. — У меня есть дом, трактир и деньги. Ты будешь жить как королева!
От его слов меня передёрнуло. Жить как королева в трактире, где мужчины, напившись, нередко хватали подавальщиц за все… части тела? Где каждый день случались потасовки?
Он подошёл ещё ближе и протянул ко мне свою пятерню с толстыми пальцами.