Ева Дамиано – Грешные каникулы (страница 2)
— А вот теперь, миа синьорина, можешь кричать и шептать мое имя, — милостиво разрешил он, когда она уже была готова сгореть от наслаждения. — Маттео...
— Маттео! — послушно выкрикнула она, чувствуя, как это имя тает на языке, словно самое умопомрачительное джелатто на свете: — Маттео...
Стелла плавилась в его руках быстрее, чем лимонный сорбет под безжалостным полуденным солнцем. В полумраке чужой спальни, где тяжелые бархатные шторы отсекали их от остального Рима, Маттео казался не человеком, а стихией — темным, неодолимым потоком. Его сильные, длинные пальцы с безупречными ногтями и серебряным перстнем, который холодил её кожу при каждом прикосновении, уверенно и властно очерчивали её бедра, сминая податливый шелк вишневого платья.
Чистый, концентрированный экстаз лишал Стеллу последних остатков воли. Каждый раз, когда его губы касались её шеи, а фиалковые глаза темнели от сладкого голода, она забывала, как дышать. Его прерывистый, хриплый шепот на итальянском вибрировал, превращаясь в запретные заклинания, от которых сладко кружилась голова. Он брал её так, словно имел на неё неотъемлемое право, заставляя Стеллу выгибаться навстречу его безупречному телу и кусать губы, хрипло выкрикивая его имя снова и снова...
Утро встретило Стеллу звенящей, почти осязаемой тишиной и узкой, ослепительной полоской золотого римского света, пробивающейся сквозь плотную ткань портьер. Пылинки лениво кружились в этом луче, подчеркивая покой огромной спальни.
Она сладко потянулась в безразмерной постели, запутавшись в прохладных простынях из дорогого египетского хлопка. Стелла зажмурилась, блаженно улыбаясь и заново переживая каждую секунду прошедшей ночи. Мышцы приятно поднывали, а кожа всё еще хранила тонкий, чарующий аромат его парфюма — этот сводящий с ума штрих горького цитруса, дорогой кожи и... ладана.
Стелла медленно повернула голову, предвкушая, как сейчас встретится взглядом с его невероятными фиалковыми глазами, как запустит пальцы в его растрепанные иссиня-черные волосы. Она уже приготовила дерзкую утреннюю фразу, но… слова застряли в горле.
Подушка рядом с ней была пуста. Её белоснежная наволочка сохранила лишь небольшую вмятину от его головы, но когда Стелла робко коснулась ткани ладонью, та оказалась совершенно холодной. Казалось, Маттео ушел давно, еще до рассвета.
Вся утренняя нега мгновенно испарилась, сменившись липким чувством тревоги. Стелла резко села в постели, судорожно прижимая к груди скомканную простыню. Ворох её собственного вишневого платья сиротливо лежал на полу у кровати.
— Маттео?.. — позвала она, и её голос прозвучал предательски тихо, растворившись в высоких сводах чужой квартиры.
Она прислушалась, надеясь уловить шум воды в ванной или звон кофейной чашки на кухне. Ничего. Ей никто не ответил.
Стелла перевела взгляд на прикроватную тумбочку из темного дерева. Ей отчаянно хотелось увидеть там клочок бумаги с небрежным почерком, визитку, номер телефона — хоть какую-то зацепку, доказывающую, что эта ночь ей не приснилась. Но тумбочка была пуста. На ней стоял лишь наполовину пустой стакан из-под воды со следами подтаявшего льда.
Воздух в комнате казался застывшим, и только легкий, едва уловимый шлейф церковного ладана медленно растворялся в утренних солнечных лучах, словно призрак. Прекрасный незнакомец, подаривший ей самую безумную, порочную и правильную ночь в её жизни, исчез так же внезапно, как и появился, оставив после себя лишь холодную постель и горькое послевкусие обмана.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.