Ева Чейз – Сила монстров (страница 32)
– Могу я взглянуть? – тихо спросила я.
Глаза Доминика забегали. Он был удивлен и, возможно, немного встревожен.
– Ты хочешь…
– Увидеть их. Как следует. Увидеть
Прежде мне действительно не выпадало шанса их рассмотреть. Каждый раз, когда он выпускал свои щупальца, я либо была без сил, либо слишком отвлекалась на драку, чтобы обратить на них внимание.
После недолгого колебания Дом потянул за свой плащ и, осторожно сняв, положил его на край кровати.
Затем он повернулся в профиль и замер в напряженном ожидании моей оценки.
Он привык носить футболки с широкими вырезами. У этой был вырез на спине, чтобы дать больше места для щупалец. Они выступали примерно на дюйм по обе стороны от его спины, на полпути между шеей и верхней частью плеч.
Я наклонилась вперед и провела пальцами по обнаженной коже над воротником его футболки. Между спиной Доминика и его новыми отростками не было какой-то четкой границы.
Казалось, они были неотъемлемой частью его плоти. Примерно через дюйм от начала светло-коричневая поверхность приобретала пятнисто-оранжевый оттенок, но переход был постепенным.
Нижнюю сторону покрывали два ряда маленьких присосок – примерно на полфута вниз, до самых кончиков. Щупальца уже раза в два превышали длину его рук, но были достаточно тонкими, чтобы их можно было спрятать за спину.
Они не пугали, не наводили ужас. Просто отличались от привычных вещей.
Они были частью мальчика… мужчины, которого я любила и, возможно, все еще могла любить.
Я провела кончиками пальцев по основанию ближайшего щупальца. Доминик прерывисто вздохнул, и я отдернула руку.
– Прости. Больно?
Его щеки окрасил легкий румянец.
– Нет. Как раз наоборот.
По моему телу пробежала дрожь, между бедер потеплело. Не в силах сопротивляться, я снова протянула пальцы и нежно погладила основание щупальца.
Доминик закрыл глаза. Аромат витающих в воздухе феромонов подтвердил его слова.
Трепеща от предвкушения, я провела пальцами по всей длине щупальца.
Эта плоть была более мягкой, чем кожа на спине. Почти атласной. И когда я осторожно опустила большой палец прямо в одну из присосок, то обнаружила, что ее поверхность напоминает бархат.
Сердце бешено колотилось. Меня охватило внезапное желание, перед которым по неведомой причине я не смогла устоять.
Разве существовал более подходящий способ показать ему, что я полностью принимала все, чем он стал?
Обхватив щупальце пальцами, я притянула его к себе и, наклонив голову, запечатлела поцелуй прямо на одной из присосок.
Доминик задрожал, но вряд ли ему было неприятно, потому что воздух только сильнее наполнился желанием.
– Рива, – пробормотал он необычно хриплым голосом.
Мягкие присоски прижимались к моему рту, нежно обхватывая губы и словно целуя в ответ. Меня окутал резкий запах Дома, и мое сердце стало биться еще быстрее.
Я приоткрыла губы и провела языком по впадинке на одной из присосок.
Из горла Доминика вырвался сдавленный звук, а затем он повернулся ко мне и схватил за плечо. Он зарылся лицом в изгиб моей шеи, отвечая на мой поцелуй решительным прикосновением губ к чувствительной коже.
В груди стало горячо. Я повернула голову и оказалась нос к носу с Домом.
Наши губы встретились, и по моим венам разлилась волна жара и желания. Все, что я могла сделать, это что-то пробормотать и поцеловать его еще крепче.
Доминик обнял меня за спину и притянул ближе, осторожно раздвигая мои ноги, чтобы открыть для себя доступ. Одной рукой он прижимал меня, а другой водил по моей талии и бедру.
Его дыхание коснулось моих губ, и я притянула его для еще одного упоительного поцелуя.
Я хотела его. Нуждалась в нем. Дикая тьма, бурлящая в моей крови, толкала меня вперед.
Жажда была такой же сильной, как тогда, с Андреасом.
Несмотря на бушующий внутри ураган, мое тело вдруг напряглось.
Доминик замер и начал отстраняться, но я схватила его за футболку.
– Нет, – пробормотала я, оставаясь в нескольких дюймах от его губ. – Я…
Слова от меня ускользали. Я наклонила голову вперед, и он, прижав ее к своему плечу, снова меня обнял.
Его потрясывало. Должно быть, разрывающее меня на части желание находило отклик и в нем.
Но он оставался неподвижным и ждал меня.
Уткнувшись в его рубашку, я заговорила срывающимся голосом:
– Я была настолько близка с кем-то всего два раза, и в обоих случаях все закончилось очень плохо. В первый раз парень, которого я поцеловала, умер. Во второй раз я сама чуть не умерла из-за всего, что произошло сразу после.
Доминик еще крепче прижал меня к себе.
– Не могу обещать, что у хранителей не припрятано других козырей в рукавах, – хрипло произнес он, – но у меня не осталось секретов. Ты знаешь обо мне все, что только можно, Рива. То, о чем я никогда не рассказывал другим парням.
Я обдумала его слова. И решила, что верю.
Но я была напугана. Чертовски сильно напугана – так страшно мне не было с той самой ночи с поездом.
Позволю ли я страхам овладеть мной или возьму то, чего на самом деле хочу? То, чего жаждала каждая частичка моего тела?
В моем сердце решимость переплеталась с желанием. Но меня удерживала еще одна вещь – беспокойство не за себя, а за мужчину, который заключил меня в свои объятия.
В моей памяти всплыли слова Андреаса, сказанные им тогда, когда он спрашивал меня о возможных последствиях нашей связи.
Я не хотела этого делать, не хотела напоминать Доминику об ужасах из прошлого.
– Дом, – решилась я. – Андреас сказал мне, что хранители… что после того, как нас разлучили, они привели женщину…
Этих слов оказалось достаточно, чтобы он понял, о чем речь. Я почувствовала это по тому, как напряглось его тело, крепко прижатое к моему.
– Было просто отвратительно, но, думаю, они быстро это поняли.
Борясь с нарастающим желанием, я еще глубже зарылась лицом в изгиб его шеи. В тот раз, с Андреасом, я ничего такого не обсуждала. Не думала, что это имеет значение. Теперь мне нужно было удостовериться.
– Ты… то, что мы сейчас делаем, не вызывает у тебя каких-то плохих воспоминаний?
Доминик прерывисто вздохнул:
– Да у меня особо и не осталось воспоминаний. Она отвела Андреаса в другую комнату, а потом…
Он замолчал, явно чувствуя неловкость из-за той темы, которую Андреас тоже не хотел обсуждать.
В тот день произошло что-то еще. Но, раз он не был готов об этом говорить, я не собиралась его допытывать.
– У меня с ней ничего не было, – продолжил он наконец. – Так что я никогда… не делал что-то такое. После того случая они по полчаса в день стали показывать порно на экранах в наших камерах, чтобы мы сбрасывали напряжение или что-то в этом роде.
Я вздрогнула:
– Звучит до жути неловко.