Ева Бран – Я - плата зверолову (страница 21)

— Иди, не волнуйся за меня.

— Вот, — охотник протянул мне портальный камень. — Если меня долго не будет, переносись в деревню.

Я кивнула и спрятала артефакт в карман платья. Валтэор присел на корточки и ласково погладил меня по волосам.

— Я люблю тебя, Лора, — сказал тихо, а потом поднялся, не дав мне ничего ответить, и быстро вышел из пещеры.

Глава 17

В пещере я провела три дня. Валтэор оставил мне достаточно пищи и дров. Большую часть времени я дремала и просыпалась лишь для того, чтобы поесть и облегчиться. Зверолова всё не было, поэтому в душе зашевелилась тревога, и я решила выбраться из убежища, отправившись в родную деревню. Естественно, помня о коварстве врага, переместилась в лес недалеко от селения. Огляделась, прислушалась. Вроде здесь всё было мирно. Но всё равно шла к избам, сжимая портальный камень вспотевшей от страха ладошкой. Вновь оказаться в руках изуверов не хотелось. Слава небесам, здесь, и правда, всё было спокойно.

Меня встретила мачеха и всплеснула руками. Я знала, что тёплых чувств она ко мне не испытывает, но перед людьми искусно отыгрывала роль примерной матери.

— Флорания! Где ты была? Цела?

— Цела, — ответила скупо. — Как люди?

— Зря ты их сюда привела, — мачеха поджала губы и покосилась на соседний дом. — Как бы беды на наши головы не навлекла. Слышала я, что в прошлых двух селениях случилось.

— Нам некуда было идти, — ответила виновато.

— Ладно, чего уж теперь? Если твоему мужу удастся свершить переворот, то мы останемся в плюсе, а если нет… Полетят наши головы, — мачеха досадливо вздохнула. — Но он ведь теперь свободный? Это я тоже слышала. А это означает, что сила к нему в полной мере вернулась. Вдруг сдюжит? Ты уж тогда замолви за нас словечко перед муженьком-то. Пусть отблагодарит за помощь.

Матушка себе не изменяла, выискивая выгоду во всём. Что же, не колотит и на том спасибо.

— Твоя комната свободна, — бросила она, открывая дверь отчего дома. — Располагайся, а потом в теплицу наведайся. Твои растения плохо себя чувствуют.

— Даже с кристаллом? — не смогла удержаться от колкости.

Мачеха глянула на меня хмуро, но смолчала.

— Ванну хоть сделать?

— Не отказалась бы.

Удивительно, но матушка напрягла родную доченьку, чтобы та купель мне наполнила. Что творится? Мир с ног на голову перевернулся? Не могла же она меня пожалеть или так перед зятем выслуживается? А может, попросту боится его?

Опустившись в горячую воду, облегчённо вздохнула. Будто и не уходила никуда, да только многое в моей жизни поменялось, включая меня саму. Уже, как прежде не будет. Я взглянула на татуировку. Кожа хоть и зажила, но безобразный рубец остался. Не смогла регенерация справиться с вырванным куском плоти. Части печати теперь не доставало. Я тронула пальцем рисунок. Он спас мне жизнь. Хотя, если бы Валтэор не увёл меня из родного посёлка, возможно, я бы и не попала в такую переделку. И печать рабскую с него не сняла бы. Возможно, все люди, которых знаю, и успела полюбить, были бы уже мертвы. Нет, всё же хорошо, что так вышло. Пусть мне пришлось пройти через ад, зато сколько душ удалось сберечь.

Я прикрыла глаза, и сама не заметила, как уснула, а проснулась в объятиях Валтэора.

— Это уже превратилось в некую традицию, — проговорила тихо, поняв, что зверолов не спит.

— Разбудил тебя?

— Нет. Как дела?

— Уже лучше. Мы потихоньку отлавливаем верхушку. Понятно, что времени понадобится много, но, думаю, уже перешагнули критический порог. К нам все охотники подключились и практически весь простой люд и много магов, поэтому случился перевес в нашу пользу. Иначе не сдюжили бы.

— Хорошо, — поёрзала, устраиваясь поудобнее, и услышала, как дыхание Валтэора сбилось, стало более частым, как и стук его сердца. И только сейчас осознала, что лежу в его объятиях под одеялом абсолютно нагая.

Присмотревшись, поняла, что зверолов тоже искупался и побрился. Сейчас на нём была надета чистая рубаха и пахло от него пряным мылом.

— Я волновалась, — призналась своему мужчине, глядя на его лицо. Такое красивое и такое близкое.

Валтэор тоже, не моргая, смотрел на меня, сглотнул натужно и поцеловал в лоб.

— Спи, Лора, — погладил меня по спине, а я впервые поняла, что не хочу, чтобы между нами снова осталась некая стена. Охотник выполнял обещание, данное мне, и не позволял себе лишнего, ждал моей готовности.

Протянув руку, погладила его по лицу, затем запустила пальцы в волосы и надавила на затылок, вынуждая наклониться ко мне ещё ближе, а затем сама к губам припала. Застыла, не зная, что делать дальше. Я ведь не умела ничего. Лишь раз мы с Валтэором целовались и то всё быстро закончилось.

Однако мой мужчина сразу взял инициативу в свои руки. Он со стоном наслаждения нырнул языком мне в рот, заставляя забыться под его натиском. Горячее дыхание и откровенные движения сводили с ума. Руки осторожно скользили по телу. Я чувствовала его напряжение. Он боялся напугать.

— Ты уверена? — спросил хрипло, на мгновение разорвав поцелуй.

Мне сразу стало неуютно и одиноко. Я хотела этого мужчину. Хотела его всего. Жаждала его поцелуев и прикосновений. Мне нравился его вкус, его запах, его голос.

— Да, — ответила настолько тихо, что это больше было похоже на всхлип, но Валтэор всё понял и снова припал к моим губам, сплетая наши языки. Это было так необычно и так чудесно. И совсем нестрашно. — Мачеха! — спохватилась, когда зверолов скинул с себя рубаху.

— Я попросил их сегодня переночевать в другом месте.

— Как ты мог знать, что я?..

— Почувствовал. Не могу объяснить. А может, просто надеялся, — усмехнулся он.

Я скользнула ладонями сначала по плечам, исполосованным рубцами, а затем по спине. Под пальцами чувствовались напряжённые мышцы. Интуитивно развела колени, пуская Валтэора, обвила его ногами и замерла. Но мой мужчина не торопился. Он нежно принялся целовать шею, заставляя запрокидывать голову и жаждать новых ласк. Затем спустился на ключицы, грудь, живот и ещё ниже.

И тут я стыдливо зажалась, пытаясь прикрыться руками. Неужели он собирается?.. Додумать мне не дали, решительно убрав ладони от сокровенного места, а потом обжигая нежную кожу горячим дыханием. Когда его язык коснулся лона, я не смогла сдержаться и громко застонала. Ощущения были невероятными. Откровенные ласки Валтэора сводили с ума и заставляли метаться по кровати. Я комкала простыни, выгибалась, хватала его за плечи, не понимая, что происходит с моим телом. Внизу живота горело и болезненно, но так сладко тянуло.

Валтэор жёстко сжал мои бёдра, не давая ёрзать, надавил на какую-то чувствительную точку, и мир взорвался яркими огнями. Я закричала, сотрясаясь в судороге блаженства, а потом обмякла в его руках, ощущая приятное облегчение.

— Девочка любимая, — ласково произнёс Валтэор и снова умостил свои бёдра меж моих колен.

Он не двигался, давая мне пережить тот ураган чувств, что разом обрушились на тело. И лишь когда я вяло зашевелилась, обвивая его шею руками, резким толчком вошёл, заставив застонать от боли. Но она длилась недолго, а затем низ живота снова начал скручиваться в тугую, горячую пружину. Я сама подавалась бёдрами навстречу, суматошно целуя Валтэора: его лицо, плечи, шею, грудь. Он стонал со мной в унисон, наши тела сплелись в страстном танце, став целым, и это было прекрасно. Кажется, врали бабы о том, что с мужьями в постели женщинам суждено лишь муки испытывать. Я наслаждалась каждым мгновением и желала, чтобы эта ночь не заканчивалась.

Уснули мы под утро, измождённые, разморенные и счастливые. Меня так и не выпустили из крепких объятий. И пока засыпала, слышала, как Валтэор нашёптывает разные нежности, гладит меня по волосам и целует в макушку. Я тоже хотела бы выразить свои чувства словами, но пока стеснялась, поэтому лишь теснее прижималась к своему мужчине, чтобы он понимал, что доверяю, что люблю, что он мне дорог и нужен. Кажется, Валтэор понимал.

Утро после ночи любви не выдалось каким-то особенным. Мир не перевернулся, королевская свита не исчезла, снега не растаяли, но на душе всё равно было светло и приятно. Даже опостылевшие сугробы сейчас воспринимались иначе — не такими тягостными.

— Скоро весна, — протянула задумчиво, грея пальцы о кружку с чаем и глядя в окно.

— Надеюсь, к этому времени мы сможем обеспечить полную безопасность людям.

Да, до первой оттепели оставалось чуть больше месяца.

А потом Валтэор ушёл. Ему нужно было воевать, мне же оставалось лишь дожидаться его и молиться небу, чтобы он вернулся невредимым, а ещё заниматься привычным делом. Как только проводила мужа, пошла в теплицу. Растения без моей руки потихоньку загибались. Какие-то заболели, какие-то просто начали увядать, какие-то перестали давать цветы и плоды.

— Вы мои бедные, — погладила каждый росток по чахлым листикам. — Совсем вам худо…

Я принялась рыхлить, поливать, подвязывать, выщипывать ненужные пасынки, и на глазах мои зелёные детки начали отходить, протягивая ко мне свои руки-листья.

Так прошла неделя, за ней ещё одна, а потом и месяц минул. Нас никто не трогал, и люди постепенно успокоились, занявшись привычными делами. К этому времени морозы начали спадать, появились первые проталины, и мы с женщинами всё чаще стали выходить на промысел: первые коренья, ростки и целебные почки — кладезь витаминов.