Ева Бран – Я - плата зверолову (страница 10)

Но стоило мне войти в теплицу, все мысли о власть имущих тут же из головы испарились. Девушки показали, где я смогу посадить свои семена, а затем устроили экскурсию. Оранжерея была разделена на несколько зон. В главной и самой большой выращивались овощи, и такую агротехнику я впервые видела. Корнеплоды росли в объёмных деревянных ящиках, расположенных в несколько ярусов. В нижнем находилось нечто крупное, требующее больше почвы, чем выше — тем неприхотливее растения. В самом верху росли лук, чеснок и зелень. Этим культурам нужно было не так много плодородного субстрата.

Здесь я увидела и картошку, и морковь, и свёклу! Это лишь небольшая часть, что я смогла распознать.

— Тут у нас ещё есть редька, репа, корневой сельдерей. В этом углу разные растения, используемые в качестве острых приправ: хрен, листовая горчица, горький перец и настурция.

Далее шла зона с овощами, дающими поверхностные плоды. Здесь я увидела помидоры, огурцы, сладкий перец, кабачки и нечто мне неизвестное. Плод имел яркий фиолетовый оттенок. Девушки назвали растение баклажаном.

Огурца росли в высоких бочках и вились вверх, что экономило место внизу. Вокруг этих самых бочек прекрасно чувствовал себя сладкий перец. Но и зона с травами смогла меня поразить. Многие названия я лишь в книгах встречала, но даже представить не могла, как эти культуры выглядят и уж тем более пахнут. Розмарин, лаванда, душица, тимьян, кориандр, базилик, анис, кервель, любисток, тархун. От их ароматов кружилась голова. Единственный, показавшийся мне неприятным — это кинза. Хотя её семена пахли замечательно.

Целых десять квадратных метров были отделены для нейтральной зелени: шпинат, несколько видов листового салата и странного вида капуста. По словам местных работниц, этот вид рос крайне быстро, был богат на витамины и мог использоваться для множества кулинарных блюд. А ещё меня удивил зелёный горошек. Девушки сорвали плотный стручок, сказав, что это лакомство чаще всего только детям достаётся. На вкус необычное растение было сладковатым. Мне очень понравилось.

— Вообще, из этой культуры раньше много чего готовили: и супы, и котлеты, и пюре. Она богата белком, что полезно для организма.

В следующей зоне росли целебные травы и те, что использовались для чаёв. Здесь я обнаружила знакомые: ромашку, календулу и мяту. Но разнообразие данного блока растений тоже поражало разнообразием.

— Это всё мелиса — разные её виды, — рассказывали девушки, давая мне всё понюхать и пощупать. — А это шалфей. Зверобой, бессмертник, эхинацея, валериана.

Понятно, что всё запомнить я не могла, поэтому просто слушала и восхищалась буйством красок.

Так, постепенно мы подошли к зоне с фруктами. Здесь тоже всё было оборудовано дивно и непривычно. В несколько ярусов росла клубника. Мне сорвали красную ягодку, дав попробовать настоящее чудо. Этот взрыв вкуса, произошедшего на языке, я, наверное, никогда не забуду.

— Потрясающе, — прошептала, жмурясь от удовольствия.

А ещё здесь росли: малина, голубика, смородина и крыжовник. Я всего этого отродясь не видала.

— Как созреют, попробуешь обязательно. Пока не сезон. С помощью кристаллов мы стараемся воссоздать привычный цикл для этих культур. Понятно, что в самом начале, когда у нас ещё достаточного опыта не было, некоторые растения гибли, но сейчас всё в порядке.

— Кто же додумался выращивать культуры в несколько ярусов?

— Нам с Мирой эта идея одновременно в головы пришла. Как известно, умные люди мыслят одинаково, — рассмеялись девушки.

— А где вы достали все эти растения?

— Да, звероловы иногда из вылазок приносят разное. Так, мы и живым хозяйством обзавелись. Порой ведь зооморфы нападают не на селения, а на единичные постройки, расположенные в отдалении от основных человеческих деревень. Как правило, в них скрываются такие, как мы… — вздохнула Олания. Я чудом выжила. Всю мою семью на куски порвали. Я ещё подростком была. Отец успел спрятать меня в подвале. Но если бы охотник каким-то чудом не оказался поблизости, смерть пришла бы и за мной. Уже тогда у меня небольшая теплица была, а ещё у нас пара курочек жили. Вот так, хозяйство замка и пополняется.

— Мне жаль, — искренне посочувствовала девушке.

— Что уж теперь? Видимо, так суждено было…

Олания хотела сделать вид, что смирилась, но в её глазах застыла тоска. Наверняка она чувствовала горечь от несправедливости ситуации. Накопители, а заодно их семьи — изгои, вынужденные скрываться и выживать в нечеловеческих условиях. Удивительно, что кто-то из нас вообще уцелел. А ведь ни один маг не застрахован от рождения подобного ребёнка. Да, кто-то безропотно отдаёт своё чадо властям и тем самым сохраняет себе жизнь, но как родителям потом живётся с тяжким грузом? Терзает ли их чувство вины или сытое, безопасное существование стоит столь высокой платы?

Глава 8

Утром мы попрощались с Валтэором на неопределённый срок. Странное чувство засело в груди, когда я смотрела на то, как портал поглощает зверолова. Я оставалась одна хоть и в дружелюбной, но незнакомой среде. Всё время старалась проводить в теплице, лишь на трапезы выбираясь в общий зал. Там, в одно из посещений ко мне и подошёл Рабегор. Мальчишка поинтересовался, как я обживаюсь, и пригласил в библиотеку.

— Господин сказал, что вы любите читать. Мне тоже нравится. Здесь столько разных книг!

Вот так у меня появился третий друг в замке. С девушками из теплицы я тоже чувствовала себя непринуждённо и быстро стала считать их чуть ли не роднёй. Нас объединяла общая сила и общее дело, да и статус. Пока мы разговаривали на отстранённые темы, но я всё время хотела спросить у жены зверолова о интимной части супружеской жизни, но всё не могла побороть стыд.

Войдя с Рабегором в большой зал со множеством стеллажей, уставленных книгами, ахнула. Мальчик вёл меня за руку, взяв на себя роль гида. Это умиляло.

— Я знал, что вам понравится! — глаза ребёнка засияли. Он был доволен произведённым эффектом.

Чего в библиотеке только не было: и любовные романы, и книги по садоводству, исторические труды, философские, книги по психологии и ещё много всего!

Я схватила энциклопедию растений. В ней описывались все виды культур, выращиваемых человеком ещё до катастрофы. И на полдня меня поглотило чтение. Рабигор не мешал. Он тоже взял книгу и тихонько сидел с ней в углу, изредка шурша страницами.

Заметила, что библиотека была сконструирована таким образом, что дети не могли взять в руки чтиво, предназначенное для взрослых. Им я и заинтересовалась во вторую очередь. Взяв лестницу, полезла на самую высокую полку, где в пёстрых обложках стояли женские любовные романы. Схватив один из них, поторопилась повернуть книгу обратной стороной к Рабигору, потому что на лицевой красовалась парочка в весьма откровенной позе. Женщина лежала в объятиях мужчины, который запустил ей руку под юбку. От одной картинки мои щёки принялись пылать, поэтому я поторопилась отнести роман в спальню, планируя почитать его перед сном.

Естественно, во время работы в теплице не могла сосредоточиться. Всё время мои мысли уплывали в сторону парочки, страстно обнимающейся на обложке.

— Флорания, — ты сегодня какая-то несобранная, — одёрнула меня Мира, когда я чуть не угробила саженец клубники. — Иди-ка лучше в скотник и посмотри, как там дела с питательным субстратом для теплиц обстоят. Нам нужно тыкву и кабачки с огурцами подкармливать, а удобрений всё нет.

Кивнув, побежала к скотнику. Здесь работали мужчины. Они убирали в загонах и кормили зверьё.

— О, новенькая! — встретили мою персону дружными возгласами.

— Меня прислали уточнить по поводу удобрений.

— Да, готовы они, всё некогда отвезти. Сейчас отправим несколько мешков.

Я же пошла вдоль загонов, рассматривая обитающих здесь зверей. С мохнатыми быками уже успела познакомиться благодаря Валтэору, а вот ещё один вид рогатого скота увидала впервые.

— Кто это? — указала на небольшое, необычное животное.

— А, это коза, — улыбнулся парень, суетившийся поблизости. — Она молоко даёт, а ещё шерсть, пригодную для изготовления одежды. Эта приболела, поэтому сидит в отдельном загоне, а вообще у нас целое стадо. Там дальше пятнадцать голов. Молодые козлики идут в пищу, поэтому от этих зверей сплошная польза.

— А чем же вы всё это немалое хозяйство кормите?

— Да, очистками со стола и зерном, что звероловы приносят. Летом травой и сено заготавливаем, выбираясь на удалённые лесные поляны. Опять же, без охотников это было бы нереально провернуть. Всего пара месяцев, чтобы запасы для скотины сделать на затяжную зиму. Мы почти и не спим в это время. Женщины собирают ягоды, да грибы, занимаются солениями, вареньями. А мужчины сено сушат, да ветки с молодых деревьев в веники вяжут для бани и для прокорма скотины.

— Понятно.

Ещё в загонах я увидела небольших серых свинок, которые резво скакали по вольеру и забавно похрюкивали.

— Милашки, — улыбнулась.

— И вкусные, — добавил парнишка со смешком.

Стало жалко животину, но понимала, что иначе народу не выжить. Без животного белка и жира в студёные месяцы верная смерть. Даже наше селение тратило немалые усилия, чтобы запастись дичью в лесу.

После скотника шёл птичник. Здесь обитали куры, утки и гуси. Последние оказались чересчур шумными. Такие необычные… Я долго наблюдала за ними, размышляя над тем, что когда-то люди повсеместно держали хозяйства, и никто не удивлялся ни козам, ни гусям.