Эшли Джейд – Сокрушенная империя (страница 49)
На его лице странное выражение, которое мне непонятно.
– А то, что он переехал в это здание? Ты знала об этом?
Блин.
– До сегодняшнего дня нет.
Стоун кивает, кажется, удовлетворенный ответом.
– Хорошо. Я тебе верю. – Расслабившись, он приобнимает меня. – Ты же знаешь, как сильно я люблю тебя, правда? Так сильно, что я бы сделал ради тебя все что угодно.
– Знаю, – шепчу я ему в грудь. – Но ты напугал меня сегодня. Я как будто и не узнала тебя. Словно это был не ты.
И мне безумно не понравилась эта его сторона.
Стоун целует меня в макушку.
– Этого больше не повторится, Борн. Я просто увидел его рядом с тобой и вышел из себя, потому что не мог думать ни о чем, кроме той аварии и вероятности потерять тебя.
У меня появляется чувство вины, ведь я просто ненавижу от него что-то скрывать.
– Тебе не о чем беспокоиться.
Это правда. Мы с Оукли друзья, я выхожу замуж за Стоуна. И, надеюсь, когда-нибудь я смогу рассказать Стоуну все как есть, объединив эти две части моей жизни. Возможно, они даже подружатся. Хотя, учитывая сегодняшние события, вряд ли.
Стоун подносит мою ладонь к своим губам и целует обручальное кольцо.
– Не могу дождаться свадьбы.
Не обращая внимания на зарождающуюся панику, я улыбаюсь ему.
– Я тоже.
Глава двадцать пятая
Бьянка
Я просыпаюсь от болезненных ощущений между ног.
– Какого…
Стоны Стоуна и ощущение его члена, двигающегося внутри меня, все объясняют.
– Я спала, – выплевываю я.
Схватив меня за талию, он переворачивает меня на спину и сжимает мою грудь.
– Знаю, но ты выглядела так сексуально, что я не смог устоять.
Мгновение спустя он прижимает мои ноги к груди и снова начинает двигаться. Мне намного больнее, чем обычно. Возможно, потому, что я не была готова.
– Боже, это так приятно, Борн.
Я хочу сказать ему, что это невозможно, ведь внизу у меня, должно быть, настоящая Сахара, но я слишком устала от постоянных ссор. Они высасывают из меня всю энергию до последней капли.
Закрыв глаза, я пытаюсь вспомнить весь хороший секс, который у нас был. Когда у нас все было хорошо и казалось, будто нашу связь невозможно разорвать. Но это не помогает, потому что я только больше думаю о том, как все испортилось в последнее время.
Я выдавливаю из себя стон в надежде приблизить конец. Обычно Стоун кончает быстро, но сегодня он и его член по полной наслаждаются процессом.
Громкий раскат грома едва не заставляет дом трястись. Мгновение спустя за ним следует молния, озаряя мою комнату белым светом. В желудке зарождается паника. В Калифорнии и дожди-то редкость, не говоря уже о грозе, но, когда это происходит, я едва не схожу с ума.
В детстве я приходила в комнату Лиама и ждала, пока все это закончится, но, очевидно, так я сделать больше не могу. И, учитывая то, что отец снова к командировке, а Джейс и Коул съехали… я совсем одна в огромном доме. Поэтому я выбираю один из немногих вариантов.
Я бегу вниз и хватаю ключи от гостевого домика. И со всех ног несусь по газону. Дождь такой сильный, что мои волосы и футболка промокают насквозь за считаные секунды. Я с трудом вставляю ключ в замочную скважину влажными пальцами. Как только дверь открывается, я бегу в спальню. Когда вхожу, свет выключен, но я могу различить его силуэт под покрывалом.
К моему облегчению, он один.
Я крадусь к кровати на цыпочках, но скрип деревянных половиц заставляет его проснуться. Оукли вскакивает, готовый к нападению, но потом успокаивается, включив ночник.
– Бьянка? Что ты делаешь?
Я молчу. Даже не думаю. Просто прижимаюсь к нему.
– Я ненавижу грозу.
От его мускулистого тела исходит тепло, и, прежде чем я успеваю себя остановить, прижимаюсь к нему сильнее, пока он обнимает меня за плечи.
– Господи. Ты ледяная.
Уткнувшись замерзшим носом в основание его шеи, я вдыхаю запах. Оукли ложится.
– У меня простыни промокнут, – бормочет он в мои влажные волосы, но все равно не размыкает объятий.
Осмелев, я стягиваю с себя футболку. Та с влажным звуком шлепается на пол, и я снова прижимаюсь к его голой груди.
Я чувствую, как его сердце начинает биться чаще.
– Бьянка.
Мое имя звучит, как предупреждение. Которое я игнорирую, почувствовав бедром его эрекцию. Царапнув зубами его плечо, я бесстыдно усмехаюсь. Волна тепла накрывает меня, когда его член дергается, и из груди Оукли вырывается грубый, практически измученный стон.
Наши взгляды встречаются, воздух вокруг трещит от напряжения. Я медленно провожу пальцем по его торсу, остановившись на резинке боксеров. Оттягиваю ее, намереваясь подразнить Оукли, но его член настолько возбужден, что тут же выскакивает из белья и бьется о его живот, царапая пирсингом пупок.
Я знала, что у Оукли большой… но… он еще и выглядит неплохо. Его член длинный и толстый, испещренный венами, а розовая блестящая головка вызывает во мне непреодолимое желание сомкнуть вокруг нее губы.
Застеснявшись, я нежно провожу по ней большим пальцем и подношу его к губам, слизывая собравшуюся жидкость. Оук шумно сглатывает, и его голос настолько осип, что скорее напоминает скрежет.
– Бьянка.
В этот раз мое имя напоминает не предупреждение, а мольбу. Не разрывая зрительный контакт, я медленно спускаюсь вниз.
– Хочу попробовать тебя на вкус.
Прежде чем он успевает возразить, я обхватываю губами головку. Она разбухла настолько, что пульсирует у меня во рту. Я начинаю медленно посасывать ее, и у него вырывается отчаянный низкий стон.
– Черт. – Его рука хватает меня за волосы, а бедра толкаются вперед. – Сильнее… – Голубые глаза темнеют от желания. – Глубже.
Член у него настолько большой, что я точно не смогу заглотить его целиком, но, делая все, что в моих силах, я сжимаю ладонь на его основании.
Его взгляд становится диким.
– Господи. – Оукли приоткрывает рот, а между бровями залегает морщинка. – Да… вот так.
У меня начинает болеть челюсть, пока я делаю то, что он хочет, насаживаясь сильно и так глубоко, что его пирсинг едва не царапает мои миндалины. Удовольствие разливается по его лицу, когда я ускоряю темп.
– Твою мать.
Напрягшись, он скользит по моим губам… А затем замирает.
Я хочу спросить его, что не так, но он манит меня к себе пальцем и хрипит:
– Сядь мне на лицо.