Эсхил – Трагедии (страница 97)

Мне бы — верную долю,

Городов бы не рушить,

Но зато и не ведать бы

480 Ни неволи, ни плена.

ЭПИСОДИЙ ВТОРОЙ

Предводитель

Промчались по городу

Счастливые вести!

Кто знает, поверить ли,

Не шутят ли боги.

Второй старец

Кто столь доверчив иль обижен разумом,

Чтоб загореться, увидав огонь?

Надежда вспыхнет и погаснет,

А в сердце остается боль.

Предводитель

Где властвует женщина,

490 Там часто желанья важней, чем дела.

Второй старец

Порывиста, нетерпелива женская

Слепая страсть. Недолго и живут

Посеянные женщинами слухи.

Предводитель

Сейчас узнаем, правду ли поведали

Костры сторожевые лученосные

Иль радостный их свет, как сновидение,

Обманчивой усладой только дух смутил.

Вот вестник, осененный ветвью масличной,

Идет от моря. Плотной пеленою пыль,

500 Гляди, его покрыла. Это верный знак.

Теперь не дым, не пламя бессловесное

Лесистых круч, а внятная людская речь

Нас укрепит в великой нашей радости

Иль, может быть, напротив… Но молчу о том.

Пусть наше счастье счастьем увенчается.

А кто иного пожелает городу,

Тот за свое безумье пусть заплатит сам.

Входит вестник с масличным венком на голове.

Вестник

Земля моя родная, камни Аргоса!

Я на десятый год опять пришел сюда.

510 Надежд погибло много, но одна сбылась.

Не чаял я, что суждено на родине

Мне умереть и в землю лечь Аргосскую.

Привет вам, и земля моя, и солнца свет,

И Зевс, страны владыка, и Пифийский бог.

О Феб, ты в нас уже не сыплешь стрелами:

Довольно у Скамандра пролилось крови.

Так стань же вновь защитником, спасителем,

Бог Аполлон! И всех других богов зову

Отеческих, и своего заступника,

520 Гермеса, бога вестников любимого,

И вас, герои, войско в бой пославшие, —

Благоволите всех, кто уцелел, принять!

Привет и вам, царей покои милые,

Почетные скамьи, святые статуи,

Сверкающим восходом обагренные, —

И вы царя примите после долгих лет.

Неся вам свет средь ночи, он идет сюда,

Владыка Агамемнон, повелитель ваш.

Так встретьте же всеобщим ликованием

530 Того, кто Трою опрокинул заступом

Карающего Зевса и с землей сровнял.

Ни алтарей, ни храмов, ни посевов нет

В краю опустошенном — только прах и дым.