Эш Хейсс – Предатель в красном (страница 17)
– Как обстоят дела там, на воле? – непринужденно спросила ведьма.
– Сама же пришла оттуда и знаешь ответ.
– Тебе, наверное, тяжело сейчас, – с наигранным сочувствием произнесла она и придвинулась вплотную. – Ты же дикарка, а по виду – так вообще отпетая. По-любому пересекалась с моими собратьями из Топи, получается, знаешь настоящие потехи ведьм. У тебя это прям на лице было написано, когда ты заприметила меня в компании своих дружков. Еще не забыла ощущения яда? – едва скрывая противную ухмылку, ведьма с наслаждением допила напиток. – Как думаешь, они наслаждались? Такие, как я.
– Да не имеет значения. Каждая из них уже поплатилась за это.
– Вот как. – Гниль помахала бармену, указав на пустой бокал. – Только ты не ответила: как думаешь, наслаждались ли они тогда?
«Дря-я-янь! Я выжгу ее зеленые глаза и насыплю пепел ей в стакан, а затем залью в поганую пасть».
Она непринужденно продолжила:
– Ты ведь знаешь, какой извращенный ум у ведьм. А за душой ни грамма совести. – Она поднялась с места и прошипела точно змея: – А как тебе экзамен? Каково это, против воли ощущать незваных гостей в своей голове?
Стакан выпал из рук и вдребезги разбился. Беседы гостей прервались. Оторвавшись от напитков, эфилеаны повернулись к нам.
Не пошевелиться. Тело парализовало и прижало к стулу. Даже рука, только что державшая стакан, осталась в прежнем положении, словно окаменела. Это ощущение… Такое уже было, когда я только пришла в Кампус и сопровождающий обратился ко мне после того… экзамена…
«Задыхаюсь!»
Кто-то подлетел к барной стойке. Перед глазами все плыло, как после бочки эля. Голоса оживились. Слова размывались. Подошел кто-то еще. Кто это? Рука вцепилась в барную стойку, а короткие вздохи напомнили, что мне нужен кислород.
Я услышала, как кто-то крикнул:
– Кайл!
Передо мной выросла темная фигура, которая что-то говорила, но звуки сливались в одну какофонию. Я отодвинулась от барной стойки и, вцепившись в одежду незнакомца, взмолилась:
– Мне нужно найти одного эфилеана. Пожалуйста, помогите мне его найти. – Воздуха в легких почти не осталось. Противовидовой инстинкт «долбил» внутри от прикосновения к не себе подобному. – Его зовут Кайл. Помогите, пожалуйста, помогите найти его!
Черная пелена окутывала, и вскоре темнота полностью опустилась на глаза.
Я очнулась в своей кровати. Рядом на табуретке сидел полусонный сопровождающий. Вскочив, как ошпаренная песками Арейна-ден, я схватила его за воротник и затараторила:
– Время! Сколько я спала?
– День.
– Там, в баре, там был Кайл! Топь! Я точно слышала, кто-то назвал его имя! Сегодня нужно снова пойти туда, я должна попытать удачу и найти темного стража!
– Сегодня в расписании у нас не будет похода в бар. – Он аккуратно разжал мои пальцы на своей одежде и посадил меня обратно на кровать.
– Ишл! Я никуда больше по твоим бумажкам не пойду, пока не найду Кайла!
– Не смей шипеть на меня на арианском.
– Джелийский звучит не так показушно, как твой родной, землеед.
– Арейна Шаата́… – приглушенно зашипел он, будто это были слова проклятия.
– Арейна ШаА́та!
– Дразнишься, девчонка? Я тебя когда-нибудь придушу… Но не сегодня. Я уже сказал: в бар мы не пойдем.
– Но мы не встретились! Мне срочно нужно найти подработку, Топь тебя, сам же знаешь!
– Вы встретились! – резко оборвал он. – Арейна Шаата́… И что за дурацкое выражение: «темный страж»? Это самый обычный информатор белого города. Я уже поговорил, он согласился помочь.
От подобных слов у меня внутри будто спал бетонный груз. Первый шаг сделан.
Смотритель добавил:
– Тот случай в баре между тобой и ведьмой… О нем нужно умолчать.
– Что?..
Он спешно уронил взгляд в пол – явно что-то не договаривал.
«Джелийский позор… Эта гниль посмела возомнить себя выше других просто потому, что являлась «закоренелой местной». Я хочу спалить ее язык, вырвать длинные ногти, а после запихать в паршивку все, что найду в ее квартире, влить все яды и отвары. Но здесь запрещено даже думать о чем-то подобном… Вонючая Топь!»
Закон, переступив который, можно было лишиться мечты.
Отвращение и здравый смысл разрывали. Бесконечная война с самим собой. Желания против разума. Закон против инстинктов – это то, о чем гласило второе правило белого города.
– Этим случаем займутся, но не на официальном уровне. Все, идем! Расписание горит! – Смотритель раздраженно направился к двери. Снимая накидку с крючка, он добавил: – Еще вчера мы должны были попасть к светлым жнецам. Этот пункт не входил в список, так как это личная просьба цветноглазой.
– Экзаменаторша?
– Та самая. Не знаю, как проходил у вас экзамен – у каждого он свой, – но твой ступор в баре… Арейна Шаата́… Дикарка, у меня и так напряженная работа, не создавай проблем, прошу по-хорошему. – Он достал из кармана часы на цепочке и, откинув крышку, нервно выдал: – У тебя есть десять минут на сборы, мы срочно идем к светлым жнецам.
Как оказалось, мой прием отложили на несколько часов. Смотритель направился в штаб для выяснения причин, пока я прогуливалась по окрестностям, стараясь подслушать сплетни местных жителей.
Улов оказался весьма интересным! Так я узнала о кортах на окраинах города – небольших местах для одиночных тренировок. Эфилеанские девицы говорили, что один такой расположился у северных ворот. Я как раз пришла с той стороны, дорогу уже знала.
Преодолевая нескончаемое количество улиц, перекрестков, мостовых и пару раз заплутав, я наконец оказалась у закрытого корта. Распахнув скрипучую дверь, зашла внутрь плохо освещаемого помещения. Корт представлял собой площадку с высокими стенами и купольным потолком. Пол покрывала плотная химическая основа, созданная людьми. Не знаю, как это правильно называлось на их языке, но она была похожа на непробиваемый пластик.
Небольшое закрытое помещение, где никто не потревожит, казалось идеальным местом тренировок для таких, как я.
Прием жнецов ожидался только через пару часов, значит, оставалось время, чтобы опробовать тренировочное помещение.
В открытом мире у меня не было возможности тренироваться, если только совсем чуть-чуть – когда никто не видел, сжигая трупы «заказанных» жертв.
Оказавшись в центре площадки и глубоко вдохнув, я заставила руки нагреться, а вместе с ними нагревала и воздух. Медленно, понемногу, градус за градусом. Несколько скудных искр проскользнуло между пальцев, затем еще и еще. Пламя разгорелось в ладони, раскаляя кожу. Ладони эфилеанов огня было сложно назвать женственными: кожа пережженная, высушенная и грубая, как подошва старых ботинок. По крайней мере, мои руки выглядели именно так.
Вдох. Выдох.
Пол раскалился, жар охватил тело, разливаясь по венам.
– Ну же! Мне нужен контроль!
Я выставила вперед руки. Пламя разрасталось. Оно вырывалось, как дикий зверь из клетки, бушевало, жаждало силы.
– Нет-нет-нет!
Огненные лоскутки пожрали кислород и разрослись до внушительных размеров. Внезапно раздался чей-то голос:
«
Странный сиплый шепот заставил отвлечься, оборвав буйство пламени. Красные лоскутки разлетелись по сторонам.
– Кто здесь? – оглядываясь, я прислушалась. Возникло неприятное ощущение. – Кто здесь?
И снова нет ответа.
Голос был похож на тот, что я слышала во сне, когда мы с эфилеаном земли были в открытом мире на пути в Кампус – голос мертвых в черном пространстве.
«
– Природа осталась за пределами! Здесь не работают законы бога!
Руки предательски задрожали. Пытаться сдержать пламя оказалось в десятки раз сложнее, чем бездумно разбрасывать его.
– Мать твою, да кто здесь?! – взирая на купол, я упорно продолжала обращаться к незваным гостям, которые перестали мне отвечать.
Эхо ударялось о стены, однако ответа так и не последовало.