Эрнест Хемингуэй – Млечный Путь № 3 2020 (страница 7)

Реклама туристической фирмы предлагала морской круиз. Ничего особенного, но Билли почему-то остро почувствовал, как давняя детская, можно сказать, забытая мечта растревожила его воображение. Он пытался переключить свое внимание на новые мечты и планы, раньше для этого ему и усилия не нужны были, но тут как заклинило. Мысли возвращались к чертовой рекламе. Он не выдержал и позвонил Лиззи, задержавшись на несколько минут у заправки.

- Лиззи, я тут подумал, не поехать ли нам после свадьбы в круиз, мне на работе подарили чек, должно хватить. - Он выпалил это на одном дыхании и ждал ответа, ему показалось, вечность, хотя на самом деле, прошло несколько мгновений.

- Конечно! - услышал он радостный возглас своей невесты. - Я бы сама не решилась это предложить, но это моя мечта, я еще в детстве об этом мечтала!

Билли думал в этот момент лишь о том, что у счастья нет предела. Он благодарил судьбу и верил, что теперь, что бы ни случилось, его никогда не покинет удача.

Первой в списке пострадавших в злополучном ДТП была известная певица Бриджит Брайн. Майк позвонил ей и легко договорился о встрече. Госпожа Брайн чувствовала себя хорошо, но пока еще оставалась в своем загородном доме. В сети блуждали слухи, что она вообще собирается отказаться от концертной деятельности.

- Это правда? - поинтересовался Майк, едва они приступили к разговору. - Извините, что задаю столь личный вопрос, но мне пока непонятно, что в этом странном деле действительно важно. Я собираю информацию, хотя вы можете и не отвечать на все мои вопросы.

- Этот вопрос уже трудно отнести к слишком личным, - с улыбкой ответила актриса. - Если бы не авария, все бы уже знали, что я не буду больше петь на сцене, студийные контракты тоже постепенно сверну. Я выхожу замуж! Так бывает.

- Поздравляю и желаю вам счастья, - искренне произнес Майк.

- Спасибо.

- Мне не хочется возвращать вашу память к той аварии, но вы ведь слышали, что там не все понятно, пропала женщина.

- Да, конечно. Если я могу чем-то помочь, то помогу.

- Сейчас я хотел попросить вас рассказать, все, что вы помните о том дне, о том, что предшествовало аварии и что произошло? Как вам это запомнилось?

- Я постараюсь, но, видимо, хоть я и не сильно пострадала, с памятью моей не все понятно. В тот день я с десяти утра и до полудня была на репетиции. Потом пошла перекусить в кафе на улице Планка, это недалеко от нашей студии. Там я заказала обед. Мне позвонил Тэд, и мы договорились, что вечером я приеду в Кармель, но я не помню, зачем мне нужно было туда поехать именно в этот день. Я вообще больше ничего не помню.

- Тэд - это ваш будущий муж? - спросил Майк.

- Да, - подтвердила Бриджит. - Тэд Тэйлор.

- Как вы думаете, не согласится ли он поговорить со мной и ответить на пару вопросов?

- Давайте спросим его самого, - с улыбкой ответила госпожа Брайн и взяла свой телефон, протянув руку к небольшой полочке, на которой кроме аппарата, было только несколько журналов в яркой глянцевой обложке.

Тэд был готов примчаться сразу, но, в конце концов, мы договорились встретиться на следующий день в кабинете у комиссара Катлера, чтобы сразу оформить его показания, да и не повторять дважды одно и то же.

Кринс поблагодарил свидетельницу и получил приглашение на прием, посвященный помолвке популярной певицы со счастливчиком, имя которого пока было неизвестно огромному числу ее поклонников.

Разумеется, встреча с Тэдом Тэйлором в полицейском управлении была согласована с комиссаром.

Разговор оказался весьма полезным.

- Вы, наверное, уже знаете, что мы собираем факты, связанные с автомобильной аварией, - заговорил комиссар, - в этой аварии пострадала и ваша невеста.

- Слава богу, все обошлось, - слегка дрогнувшим голосом заметил Тэд, - но что я могу сказать, я ведь узнал обо всем только тогда, когда Бриджит позвонила мне из больницы.

- Если вам не трудно, расскажите просто, что происходило вокруг вас в тот день, обо всем, что вспомните. Извините, если наш вопрос..

- Нет-нет, я понял, - оборвал мои объяснения Тэйлор, - день действительно был суматошный. Я знал, что Брид уже выехала. Мое нетерпение и чувства станут понятнее, если я скажу, что к своему счастью мы шли долго и очень непросто. Сомнений у меня не было, я верил в правильность принятых нами решений, как и сейчас ничуть не сомневаюсь. Но, понимаете... Было предчувствие, тревога, которую я не мог объяснить тогда, да и сейчас ничего не понимаю.

- Попробуйте просто описать все, что удастся вспомнить, - попросил Майк.

- Хорошо. Как я уже упоминал, день был нервным, Бриджит позвонила рано, часов в шесть утра, сказала, что уже в машине, выезжает из гаража. Это не было для меня неожиданностью, мы же обо всем условились, но именно после этого разговора я почувствовал тревогу и не мог никак успокоиться. Через двадцать минут я не выдержал и позвонил ей сам. Она не ответила. Но это было понятно, она вела машину, видела, что это я, и перезвонила бы мне во время остановки. Однако я не дождался звонка даже тогда, когда, по всем расчетам, она должна была уже добраться до Кармеля. Я не успел ничего предпринять, потому что приехал инспектор. Он сказал, что Бриджит жива, в сознании, но сейчас спит. Он отвез меня в больницу на полицейской машине.

- Вы сказали, что день был суматошный, - медленно произнес Майк, глядя в глаза Тэда. - Это предполагает насыщенность событиями, но ваш рассказ противоречит вашей же оценке. Да и психологически получается несколько иная картина. Я к тому, что вы ждали и волновались, наверняка постоянно поглядывали на часы. Что-то еще было, так?

- В том-то и дело, что было! Но я не помню! То есть, сам факт существования чего-то важного, каких-то событий, вызвавших тревогу, моя память зафиксировала, но описать эти события я не в состоянии, словно тоже получила травму.

- Не могу сказать, что понимаю, но и не удивлен.

Майк действительно предвидел подобные сложности, но вряд ли мог объяснить происхождение своих предчувствий. Расследованием занималась полиция, но Майк был уверен, что причины аварии невозможно свести к простому нарушению правил

Что-то смутно напоминала ему вся эта ситуация, эти воспоминания имели отношения не к его личному опыту. Скорее, он что-то читал или слышал.

- Хорошо, - сказал он Тэду, - давайте договоримся так: если ваша память подкинет вам еще что-нибудь, вы мне позвоните, или комиссару Катлеру, вы же понимаете, что разобраться в этой загадке, может оказаться, важно для всех.

Разговор с молодоженами, которым пришлось из-за аварии на перекрестке отложить свадьбу, не внес существенной ясности в понимании происшествия, его причин и последствий, но Майк стал ощущать, что он бредет в своем расследовании вдоль правильного пути, ему не хватает какого-то маленького факта, чтобы этот путь привел его к истине. Рассказ Фрэнка тоже не содержал никаких новых фактов, но опять появилось чувство, что в памяти молодых людей есть нечто, чего они не могут не только понять, но и представить, остался только странный шлейф эмоций. И для описания своего состояния ни Фрэнк, ни Вики не могут подобрать подходящие слова.

Кринс понимал: остальные свидетели, скорее всего, не дополнят имеющиеся в распоряжении следствия факты ничем новым, но нужно выслушать всех, нужна некая полная картина.

Он подумал уже тогда: "Есть нечто общее у всех участников этой драмы, в характерах, или в судьбах, или во всем сразу".

Показания следующей свидетельницы вообще трудно было воспринимать всерьез. Майк и не стал бы. Но его расследование тоже не вписывалось в привычную практику.

Наверняка, девушка кое-что дофантазировала. Не для того, чтобы кого-то обмануть, просто так она сама думала, помнила и представляла.

Собственно, ее история Кринса не слишком интересовала или, точнее, интересовала только как часть какой-то пока смутно проявлявшейся общей картины происшествия. Люди, которых он уже выслушал, были чем-то неуловимо похожи, Майк не мог тогда еще ничего объяснить, слишком фантастическим это объяснение казалось ему.

Эвелин пострадала в аварии больше других, поэтому пока еще находилась в специальном санатории. Там и состоялась встреча и любопытный разговор. Кринса предупредили, чтобы он не слишком рассчитывал на воспоминания пациентки, по крайней мере, сейчас. У девушки было сотрясение мозга, иногда она путалась, пытаясь вспомнить даже очень простые и безобидные вещи. Но рассказ ее был вполне связным, ассоциации, конечно, могли вызвать сомнения, но это, скорее, было похоже на издержки богатого воображения девушки и ее склонности к некоторой драматизации своих впечатлений.

Ее история, тем не менее, привела Эвелин в странную компанию людей, пострадавших в дорожной аварии, у которой просто не было никаких оснований случиться. Виновницей происшествия могла быть пропавшая писательница. Но и это предполагалось скорее не на основании полученных фактов, а на основании невозможности получить ответы на некоторые важные вопросы. Майк чувствовал, что главная тайна, или разгадка главной тайны была связана с Таис Крамер. Но где она? Или где можно найти хотя бы одного свидетеля, который знал ее лично. И тут он вспомнил, что госпожа Крамер была лауреатом литературной премии. Стоит поговорить с людьми, причастными к этому событию.