Художественное видение
Другие известные художники продемонстрировали ту же способность запечатлеть мимолетные моменты в своих работах - например, японский гравер Кацусика Хокусай, создавший культовую гравюру на дереве "Под волной Канагавы", также известную как "Большая волна".
Хокусай, живший с 1760 по 1849 год, также создал гравюру на дереве летящей стрекозы, которая показывает правильное движение крыльев насекомого. "По крайней мере, еще один художник, кажется, обладал таким быстрым и точным глазом, - сказал Талер. - Образец ДНК Леонардо мог бы показать, был ли его зоркий глаз основан на генах, регулирующих развитие сетчатки, или это было результатом обучения и внимательного наблюдения".
Талер также видит признаки чувствительности Леонардо к визуальным явлениям - возможно, включая его "зоркий глаз" - в использовании им "сфумато" в своих картинах: художественной техники, которая детализирует или размывает аспекты картины, чтобы вводить их в фокус или выводить из фокуса.
Полные изображения создаются мозгом из серии гораздо меньших мгновенных изображений, каждое из которых имеет полную четкость только в небольшой области сетчатки. Однако обычные люди не воспринимают этот мысленный процесс сшивания и визуализируют сцену как единое целое с одним центром внимания.
Напротив, умелое использование Леонардо сфумато - например, в "Моне Лизе" и в картине "Сальватор Мунди" - могло происходить из способности видеть эти мгновенные изображения и распознавать их частичный фокус.
Стихи
Михаил СИПЕР
***
Ухожу из Египта. Ухожу. Ухожу.
Горку пыли случайно кольцом закружу.
Словно пудрой покрыты сандалии.
Я - еврей. Я ушел. И так далее.
Тощий сидор с пожитками. Посох в руке.
Пустота позади. Миражи вдалеке.
Солнце прячется за пирамидами.
Что ж ты, Бог, так жестоко с аидами?
Растерял две недели пришедший нисан,
Ветер красит больной желтизной небеса.
Вижу - ангелы прячутся в мареве.
Как бы молнией в грудь не ударили...
Вверх монетку подброшу - растает как ле д,
Так куда же идти? Где тропа и где брод?
Каждый камешек, злобствуя, колется...
Не пое тся мне, да и не молится.
Все в Египте пригрелись, сидят и молчат,
Только я, словно волк, охраняю волчат,
И иду по дороге заплеванной,
Неприкаянный и очарованный.
Я не знаю, когда жизнь свою положу.
Ухожу из Египта. Ухожу. Ухожу.
Будут утра сменяться закатами,
И лохмотья закроются латами,
И в руке вместо посоха вырастет меч,
С ним сподручней свободу свою уберечь
От поганого мерзкого идола.
Так планида дорогу мне выдала.
***
Человек, покупающий книги,
Не сотрет на стене: "Не убий!",
Он не любит камланье и крики -
Ты за это его полюби.
Он неспешен и тем интересен,
Как Моисей на Синайской горе.
Посмотри, как он счастлив и весел
У изрядно потертых дверей.
Он зайде т в свой мирок домотканый,
Где сквозь полки не видно стены,
Где заржавленный душ вместо ванны,
Где нуждаются в латке штаны,
Унитаз где дремуч и растрескан,
Как ему и положено быть,
Словно у Дионисия фреска,
Но как это другим объяснить?
Над планетой летят неудачи,
Осыпая дождем города.
Это кто там безудержно плачет?
Подходите поближе сюда -
Тут смывает отчаянья миги
(Только часто к нему не ходи)
Человек, покупающий книги,
Прижимающий книги к груди.
Настроение
