Эрл Гарднер – Покойники всегда безопасней. Дело тяжеловеса (страница 30)
— Удостоверение!
Я достал корреспондентскую карточку и протянул ему,
— Как ты сюда попал?
— Уэбб впустил меня через черный ход, — солгал я. — Мне хотелось лично ознакомиться с обстановкой.
— Тебе разрешил войти Уэбб? — Дуло пистолета опустилось и теперь смотрело в пол. — Но он нарушил приказ. Ему известно, что сержант велел никого не впускать.
— Пустяки, начальство об этом не узнает. Скажи, художника застрелили здесь, в гостиной? — Я сделал несколько небрежных шагов к середине комнаты. — Неплохо жил покойничек, как ты считаешь?
Полицейский засунул пистолет в кобуру:
— Пойдем. Здесь тебе оставаться нельзя.
— Мне хотелось спросить у тебя, — начал я, но полицейский не дал мне докончить.
— Пошевеливайся! Я делаю то, что мне приказывают. — Он повернул ключ и открыл входную дверь. — Убирайся отсюда, и поживее!
Я прошел мимо него в сад и степенно зашагал по проходу. С большим трудом мне удалось подавить желание припустить со всех ног. Возле калитки я оглянулся.
Гессетер стоял на ярко освещенной веранде и смотрел мне вслед. На мгновение наши взгляды встретились, потом, отступив назад, он громко захлопнул дверь.
Оказавшись на пустынной улице, я немедленно обратился в паническое бегство. Стоило встретиться двум фараонам, дежурившим в особняке Хартли, и на мои розыски будут брошены все полицейские силы Тампа-Сити. Когда состоится эта встреча, я точно не знал, но полагал, что в самом ближайшем будущем.
До центра города было, не меньше двух миль. Первые десять минут я мчался как угорелый, потом, почувствовав предательское покалывание в сердце, перешел на шаг. Мне требовалось срочно найти укрытие. Сэм Бенн, к которому советовал обратиться Брэдли, жил где-то на Мэддок-стрит, но я не имел понятия, как до него добраться.
Сейчас, возможно, я шел как раз в противоположную сторону.
После некоторого размышления я решил направиться к центру города, окутанному легкой дымкой неоновых реклам. Время приближалось к трем, а путь мне предстоял неблизкий. Сэма необходимо отыскать, пока не занялся день.
Из бокового проезда вынырнула автомашина, и улицу озарил яркий свет фар. Не раздумывая, я перемахнул через садовую ограду и залег в кустарнике. Машина с ревом пронеслась дальше и, скрипнув тормозами, свернула на Кэннон-авеню.
Я снова перешел на бег. Когда впереди показались здания торгового центра, я дышал, как астматик. Отсюда начиналась опасная зона. По ночам здесь дежурили полицейские, и все они, вероятно, знали мои приметы.
Я нырнул в переулок, стараясь держаться неосвещенных фасадов мелких лавок, грязных ресторанчиков и убогих домишек. Этот район, спрятанный, словно язва, от посторонних глаз, населяли рабочие Тампа-Сити. Судя по условиям их жизни, местные богатеи не баловали их высоким жалованием.
Впереди промелькнула тень, и я спрятался в подъезде магазина. Грузный полицейский вышел на тротуар и, задрав голову, уставился в темный купол неба. Через некоторое время он тяжко вздохнул и зашагал прочь.
Сквозь стеклянную дверь ночного ресторана на мостовую падал мутный прямоугольник света. Над рестораном висела вывеска: «Дешевые блюда. Открыто всю ночь».
Убедившись, что улица пуста, я перебежал дорогу и заглянул внутрь. За стойкой, вытянув перед собой мускулистые руки, сидел мужчина с черными жирными волосами и лицом, покрытым щетиной недельной давности. Перед ним лежала развернутая газета. Посетителей в ресторане не было, и в помещении царила полутьма.
Я открыл дверь и вошел. Приподняв голову, хозяин посмотрел на меня сонными глазами
— Можно позвонить, приятель? — спросил я.
— Там. — Он равнодушно зевнул, обнажив крупные белые зубы.
Я вошел в будку и, отыскав номер Сэма Бенна позвонил. Краешком глаза я наблюдал за хозяином продолжавшим безучастно сидеть на месте.
— Алло? — послышался в трубке недовольный голос.
— Сэм Бенн?
— У телефона. Кто говорит?
— Мне посоветовал обратиться к вам капитан Брэдли. Фараоны устроили за мной охоту. Вы не могли бы спрятать меня ненадолго?
Человек на другом конце провода тяжело вздохнул:
— Хорошо, если того желает капитан. У меня нет возражений. Где вы сейчас?
— В ресторане на Ширрат-стрит.
— Знаете, как до меня добраться?
— Нет. Мне нельзя показываться на улице.
На этот раз в трубке послышался стон:
— Хотите, чтобы я за вами приехал?
— Именно.
— Господи! Чего я только не делаю для старины Брэдли! Ну ладно, черт с вами. Ждите меня в этом проклятом ресторане. Я буду через час. Может, немного раньше.
— Спасибо.
Я собирался выйти из будки, когда на прямоугольник света на мостовой упала тень. Послышался звук шагов, и в ресторан вошли двое. Вытянув перед собой мускулистые руки, хозяин посмотрел на вошедших без всякого выражения.
— Полиция, — громко сказал один из вошедших. — Мы ищем преступника. К тебе никто не заходил?
Мое лицо покрылось испариной, и я инстинктивно прижался к задней стенке будки.
— Никто. Последние два часа в ресторане не было ни души, — деревянным голосом ответил он.
— Точно?
— Никого не было, — так же безразлично повторил хозяин.
Сунув в рот сигарету, он искал глазами спички. Полицейский подался вперед и щелчком выбил сигарету изо рта. Потом, не убирая руки, двумя пальцами сильно сжал кожу на жирной щеке хозяина.
— Не кури, сволочь, когда с тобой разговаривают! — заорал он, наливаясь кровью.
Хозяин оцепенел. Его глубоко посаженные глаза потемнели от ярости, но на небритом лице не дрогнул ни один мускул.
— Мы ищем высокого парня лет тридцати трех, — продолжал полицейский. — В последний раз его видели в темно-сером костюме и шляпе того же цвета. Если он появится здесь, позвони в управление. Понял?
— Да, — ответил хозяин.
— Не позвонишь — пеняй на себя!
Полицейские повернулись и вышли из ресторана, не удосужившись закрыть дверь.
Хозяин тяжело поднялся и выглянул на улицу. Потом, захлопнув дверь, вернулся на прежнее место. В мою сторону он даже не посмотрел.
Достав из кармана носовой платок, я обтер с лица обильный пот и вышел из будки.
— Они могут вернуться, — по-прежнему не глядя на меня, сказал хозяин. — Один торчит на углу. Лучше пойти туда. — Грязным пальцем он указал на коричневую портьеру, скрывавшую за собой дверь.
— Спасибо, приятель, — сказал я, проходя в небольшую гостиную, обставленную плетеной мебелью.
Большой черный кот, свернувшись калачиком, сладко дремал в кресле. При моем появлении он лениво приоткрыл глаза и возвратился в объятия Морфея. Я вытащил сигарету, закурил и глубоко затянулся. Дыхание мое было прерывистым, ноги дрожали, словно я только что пробежал на пари дистанцию в две мили.
Вошел хозяин и поставил на стол чашечку кофе, Подумав, он выдвинул ящик стола и достал из него початую бутылку виски.
— У тебя есть друзья? — поинтересовался он.
— За мной должны приехать. Спасибо за помощь.
— Не стоит благодарности. Я лучше разорюсь, чем стану помогать фараонам. Здесь с тобой ничего не случится. Но носа не высовывай.
Когда он удалился, я плеснул виски в чашечку с кофе и выпил. По существу, это были первые спокойные минуты с тех пор, как я нашел Хартли убитым. Кто его убил и почему? Мне пришли в голову последние слова, сказанные им по телефону: «Если вы не валитесь с ног от усталости, приезжайте сейчас. Я кое-что вспомнил». Он знал, что я занимаюсь делом Бенсон и, видимо, собирался рассказать мне именно о ней. Не потому ли его и застрелили? Убийца, должно быть, слышал его разговор по телефону и решил помешать встрече со мной. Возможно, художника застрелил один из его многочисленных знакомых.
Я достал пистолет и посмотрел на него при электрическом освещении. Оружие было совершенно новым, либо владелец ухаживал за ним с особой тщательностью. Я записал серийный номер и проверил обойму. Убийца оказался первоклассным стрелком, уложив Хартли и филиппинца всего двумя выстрелами. Конечно, если он не стрелял в упор.
Для Крида пистолет мог оказаться ценной находкой. Его следовало переправить капитану при первой же возможности. Я обернул оружие носовым платком и снова опустил в карман пиджака.