Эрл Гарднер – Перри Мейсон: Дело об одноглазой свидетельнице. Дело о сбежавшем трупе (страница 8)
Карлин нахмурился.
— А кто просил вам передать мне это сообщение?
— Честное слово, я не могу вам этого сказать.
— Не можете или не станете?
— Считайте как вам будет угодно.
— Вы точно передали сообщение?
— Абсолютно точно.
— Вы получили это сообщение в письменном виде?
— Нет.
— К чему относятся слова «при сложившихся обстоятельствах»?
— Не знаю.
— Они были частью сообщения?
— Да.
Карлин нахмурился в задумчивости, затем, немного погодя, покачал головой.
— Но у меня нет партнеров, мистер Мейсон.
— Может, вы входили в какое-то совместное предприятие, заключали сделку или…
— Мистер Мейсон, у меня нет партнеров или компаньонов, и я ничем не владею совместно с кем-либо, — перебил Карлин.
— Может, сообщение относится к какой-то конкретной сделке, какой-то… — Мейсон запнулся, увидев, как в глазах Карлина внезапно промелькнуло какое-то непонятное выражение. — Вы все-таки заключали какую-то сделку?
Карлин с усилием глотнул воздух и ответил:
— Нет.
— Вы уверены? — пристально посмотрел на него Мейсон.
— Да.
— Что ж, на этом моя миссия закончена, — объявил Мейсон.
— Не понимаю, почему вам было нужно так срочно передавать это мне, — признался Карлин.
— Обстоятельства заставили меня спешно отправиться к вам, — ответил Мейсон.
— Какие обстоятельства?
— Я же сказал вам, что я адвокат и не выдаю секреты своих клиентов, — улыбнулся Мейсон.
— Я убедился в этом как нельзя лучше.
Мейсон ничего не ответил.
— Раз вы не хотите или не можете рассказать мне больше, я вынужден строить догадки.
— Попробуйте.
Держа чашку без ручки короткими толстыми пальцами, Карлин заявил:
— Может, мне потребуется какое-то время, но я найду ответ.
— И что тогда? — поинтересовался Мейсон.
Карлин улыбнулся, но промолчал.
— А
— Еще не знаю. Вначале мне самому нужно найти ответ. — Он еще отхлебнул кофе из чашки с отбитой ручкой и внезапно снова заговорил: — Человеческий мозг — это изумительный инструмент. Мы могли бы разгадать многие загадки, если бы как следует сосредотачивались. Мы могли бы проникнуть в тайну жизни и смерти, если бы на самом деле попытались, но мы боимся. Мистер Мейсон, мы ужасно боимся! Страх управляет нашей жизнью.
— Вы имеете в виду страх смерти? — спросила Делла Стрит, взглядом давая понять Мейсону, что попытается как можно больше вытянуть из Карлина.
— Нет, мы боимся самих себя, — сказал Карлин. — Человек больше боится самого себя, чем того, что может с ним случиться. Он боится оставаться наедине с собой. Он боится узнать себя. Он боится заглянуть в себя.
— Я этого не замечала, — призналась Делла Стрит.
Карлин задумчиво посмотрел на нее.
— Когда люди вечером собираются вместе, то достают карты и начинают играть в кункен или канасту, или они включают радио, или смотрят телевизор, или бегут в кино.
— А вам не кажется, что все нормальные люди нуждаются в общении? — спросила Делла Стрит.
— Нуждаются, но не просто ищут общения. Люди боятся остаться наедине с собой. Поэтому они и собираются вместе, скучиваются. Мысли тонут в гуле голосов. Но я уклонился от темы. Хотя я пытался ответить на ваш вопрос. Я сосредоточусь на этом сообщении, на определенных вопросах, которые могут иметь к нему отношение. В конце концов, если оно на самом деле адресовано мне, в чем я сомневаюсь, то я сам выясню то, что вы не вправе сообщить мне, мистер Мейсон.
— Вы все еще считаете, что оно адресовано не вам? Вы не поняли его значения? — уточнил Мейсон.
— Да, считаю. Я думаю, мистер Мейсон, что ваш клиент имел в виду какого-то другого Карлина.
— Нет, — покачал головой Мейсон. — Мне вас описали. Назвали имя, адрес…
— Конечно, назвали! — перебил Карлин. — Мистер Мейсон, я не сомневаюсь, что вы в точности выполнили поручение. Вероятно, ошибся ваш клиент.
— Каким образом?
— Предположим, вашему клиенту было нужно передать сообщение человеку по фамилии Карлин. Клиент не знает инициалов, но берет телефонный справочник, ищет по нему Карлинов. Наверное, тут присутствует еще какой-то фактор, о котором вы в настоящий момент не знаете. Но ваш клиент находит не того Карлина, а потом уже вам передается ошибочная информация… Вы известный человек, мистер Мейсон, и я очень рад познакомиться с вами. Я прекрасно провел эти полчаса. Я рад, что получил возможность пообщаться с вами. Но боюсь, что вам этот визит никакой пользы не принес.
С этими словами Карлин вернул Мейсону газетную вырезку.
— А я надеялся, что вы сообщите мне хоть какую-то информацию о… — заговорил Мейсон.
— Вашем клиенте? — подсказал Карлин и улыбнулся, видя, как Мейсон колеблется.
— Возможно.
— Насколько я понимаю, вы совсем недавно стали работать на вашего клиента, если слово «работать» подходит для описания взаимоотношений адвоката и клиента, — заметил Карлин. — Совершенно очевидно, что у вас не было возможности лично пообщаться с этим клиентом, а значит, это поручение вам как-то передали. Судя по тому, что время сейчас позднее, вы получили его не в своей конторе. А раз вас сопровождает мисс Стрит, то я предполагаю, что вы получили его, пока не успели добраться до дома. Значит, это поручение было вам передано во время позднего ужина в «Золотом гусе», откуда, как вы сами сказали, вы мне звонили.
Мейсон улыбнулся.
— Мне кажется, что вам очень нравится заниматься дедуктивными рассуждениями.
— Нравится, — кивнул Карлин. — В конце концов, для чего человеку дан мозг? Почему бы его не использовать? Однако я забыл о своих обязанностях хозяина. Позвольте мне подлить вам кофе.
Он быстро встал, наполнил их чашки, передал сливки и сахар, затем снова уселся на свое место, поправил очки и улыбнулся своей своеобразной улыбкой, которая меняла все его лицо.
— Вы оба — яркие индивидуальности, люди с характером, — сказал он. — Должен заметить, что вы должны хорошо получаться на фотографиях. Обычно я не делаю портретных снимков. Мне нравится фотографировать то, что попадается мне на глаза, причем когда присутствует игра света и тени. Мне нравятся длинные утренние тени, мне нравится, как изменяется угол, под которым лучи солнца падают на землю во второй половине дня, но время от времени я делаю и портреты. Мне нравится показывать характер человека с помощью игры света и тени, подчеркнуть самообладание и хладнокровие мужчины или мягкое очарование женщины. Это можно сделать с помощью светового блика. Мне хотелось бы как-нибудь сфотографировать вас, когда представится случай и когда… не будет так поздно.
Мейсон взглянул на Деллу Стрит. Они допили кофе, и Мейсон объявил:
— Нам пора. Уже очень поздно и…
— Мне следовало бы прикусить язык, но сказанного не воротишь, — с раскаянием проговорил Карлин. — Не знаю, почему люди так часто говорят то, что требует объяснений, а потом понимают, что объяснения еще усугубляют ошибку. Для меня еще совсем не поздно. Я думал о вас, простите меня. Фотограф, который не полагается на ретушь, которому нравится выявлять истинный характер модели, предпочитает работать по утрам, когда лица еще не утратили свежести, а не после долгого и напряженного дня. Мистер Мейсон, я сам ненавижу ретушь. Я считаю, что можно сделать прекрасную фотографию, используя только игру света и тени.
Мейсон взглянул на часы.
— Пожалуйста, не думайте, что я говорю о том, что нам пора, из-за ваших слов. Но уже за полночь. Нам нужно ехать, или утром наши лица не будут достаточно свежими для фотографирования и…