Эрл Гарднер – Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы (страница 99)

– Например? – спросил Трэгг. – Буду рад услышать, какое событие, по вашему мнению, может так отвлечь человека, что он не дописал даже фамилию.

– Например, телефонный звонок.

– Если бы раздался телефонный звонок, покойный, несомненно, дописал бы фамилию Гридли, прежде чем снять трубку. К тому же он не стал бы бросать чековую книжку и ручку на пол.

– Таким образом покойный не успел дописать фамилию Гридли, так как был сражен выстрелом?

– По-моему, это – единственный правильный вывод.

– Вы разговаривали с человеком по имени Чарльз Менло?

– Да.

– Насколько я понимаю, вам известно, что мистер Менло даст показания, свидетельствующие, что он разговаривал с покойным по телефону, когда кто-то, очевидно мисс Салли Мэдисон, вошла в дом покойного и была изгнана из него?

– Это противоречит всем правилам, – вмешался Мэдфорд.

– Я полагаю, адвокат защиты просто хочет сэкономить время, – сказал судья. – Хотите опротестовать вопрос?

– Нет, не думаю. Показания мистера Менло будут именно такими.

– Все именно так и есть, – подтвердил лейтенант Трэгг.

– Таким образом, – продолжал Мейсон, – если в дом в тот момент вошла обвиняемая…

– Она призналась в этом, – сказал Трэгг. – Эта информация содержится в ее письменных показаниях.

– Да, содержится, – согласился Мейсон. – Если она обнаружила, что дверь открыта, вошла, столкнулась с Фолкнером в спальне, когда тот разговаривал по телефону, Фолкнер приказал ей выйти из дома, она схватила револьвер и выстрелила, то в тот момент Фолкнер не мог заполнять корешок чека в ванной, верно?

– Минутку, – попросил Трэгг. – Повторите еще раз.

– Все достаточно очевидно, господин лейтенант. По выдвинутой полицией теории, в тот момент, когда Салли Мэдисон вошла в дом, Фолкнер разговаривал по телефону. Его лицо еще было в пене. В ванну набиралась вода. Он попытался выставить обвиняемую из дома. Завязалась борьба. Салли Мэдисон увидела лежавший на кровати револьвер, схватила его и выстрелила. Таким образом, если она застрелила его во время драки в спальне, значит, она не могла застрелить его, когда он заполнял корешок чека в ванной. Согласны?

– Согласен, – сказал Трэгг, потом добавил: – Очень рад, что вы привлекли внимание к этому моменту, мистер Мейсон, так как благодаря вам убийство можно теперь классифицировать как хладнокровное и преднамеренное, а не совершенное в состоянии аффекта.

– Поясните.

– Фолкнер, очевидно, вернулся в ванную и принялся заполнять корешок чека.

– Теперь вы придерживаетесь этой гипотезы?

– Гипотеза принадлежит вам, мистер Мейсон, я только сейчас начал понимать, насколько она правдоподобна.

– Итак, Фолкнер упал, сраженный выстрелом, и опрокинул аквариум, в котором плавали рыбки?

– Да.

– Но в ванне лежала эмалированная кастрюля и плавала одна рыбка. Как вы объясните этот факт?

– Я думаю, одна из рыбок упала прямо в ванну.

Мейсон улыбнулся.

– Не забывайте, лейтенант, Фолкнер набирал в ванну горячую воду. Как долго, по вашему мнению, проживет рыбка в горячей воде, и как в ванну попала эмалированная кастрюля?

Трэгг, нахмурившись, задумался на несколько секунд, потом сказал:

– Я не ясновидящий.

Мейсон вежливо улыбнулся.

– Лейтенант, благодарю вас за признание. Я уже начал бояться, что вы пытаетесь представить себя таковым. Особенно относительно отпечатков пальцев Деллы Стрит на револьвере. Вполне вероятно, эти отпечатки появились на оружии задолго до убийства.

– Это противоречит вашим же объяснениям. Убийца стер с револьвера все отпечатки.

– Значит, Салли Мэдисон вряд ли может быть убийцей?

Трэгг нахмурился.

– Я должен обдумать все еще раз, – сказал он.

Мейсон поклонился судье Саммервилу.

– Ваша честь, я прерываю допрос свидетеля. Мне хочется предоставить лейтенанту Трэггу возможность все тщательно обдумать.

– Вызывайте следующего свидетеля, – сказал судья Мэдфорду.

– Луис К. Корнинг, – объявил Мэдфорд. – Подойдите сюда, мистер Корнинг.

Корнинг, специалист, снимавший отпечатки пальцев с различных предметов в доме Фолкнера, дал детальные показания, уделив особое внимание отпечатку пальца Салли Мэдисон, найденному на ручке саквояжа, стоявшего под кроватью. Отпечаток был приобщен к делу в качестве вещественного доказательства «О.П. номер десять».

– Вы можете проводить перекрестный допрос, – бросил Мэдфорд Мейсону, как только свидетель решительно указал на нужный отпечаток.

– Почему вы применили метод снятия отпечатков пальцев с помощью липкой пленки? – задал первый вопрос Мейсон.

– Потому что только этот метод был применим в данной ситуации, – несколько дерзко ответил свидетель.

– Вы имеете в виду, что не могли использовать никакой другой метод?

– Применение другого метода не было оправданно.

– Объясните.

– Адвокаты защиты, выступая в суде, всегда пытаются дискредитировать эксперта, снимавшего отпечатки пальцев. Но когда вы приезжаете на расследование дела подобного рода, вы вынуждены снимать отпечатки именно так, как делал я, и никак иначе. Этот способ с использованием пленки позволяет в полном объеме и тщательно изучить отпечатки и избежать ошибок, возникающих из-за спешки, то есть при необходимости изучить большое количество отпечатков за ограниченное время.

– Сняв отпечатки, вы долго изучали их?

– Да, много-много часов.

– Вы обнаружили отпечаток обвиняемой, приобщенный к делу в качестве вещественного доказательства «О.П. номер десять», на ручке саквояжа, тоже приобщенного к делу в качестве вещественного доказательства?

– Да.

– Откуда вы знаете, что нашли отпечаток именно там?

– А откуда я вообще что-либо знаю?

Мейсон улыбнулся.

– Отвечайте на вопрос, – сказал судья Саммервил.

– Я знаю потому, что взял конверт, написал на нем «Отпечатки, снятые с саквояжа», потом стал снимать отпечатки и складывать пленки в конверт.

– Что вы сделали с конвертом?

– Положил его в свой портфель.

– А как вы поступили с портфелем?

– Привез его домой поздно ночью.

– И что сделали?

– Поработал над некоторыми отпечатками.

– Вещественное доказательство «О.П. номер десять» было исследовано той ночью?

– Нет, этот отпечаток я изучил на следующее утро.