Эрл Гарднер – Перри Мейсон: Дело о нанятой брюнетке. Дело о неосторожном котенке (страница 53)
— Хорошо. Сейчас подойду.
— Трубка лежит у аппарата в вашей спальне, — объявил Комо, повернулся и пошел по коридору быстрыми легкими шагами.
— Тетя Матильда, почему вы не избавитесь от него? Я ему не доверяю.
— Возможно,
— Но он же японец!
— Чушь. Он кореец. Он ненавидит японцев.
— Он говорит, что кореец, но это только…
— Он говорит это уже двенадцать лет, — перебила Матильда Шор.
— Он не похож на корейца. Он выглядит как японец, делает все как японец, и…
— У тебя есть знакомые корейцы?
— Нет, ну, не совсем и…
— Комо — кореец, — уверенно заявила Матильда, развернулась, направилась к себе в спальню и плотно закрыла за собой дверь.
Хелен вернулась в гостиную. Ее руку пощипывало от дезинфицирующего средства, которым она обработала царапины. Котенка нигде не было видно. Девушка села в кресло и попыталась читать, однако никак не могла сконцентрироваться на содержании статьи.
Через пятнадцать минут она отбросила журнал в сторону, откинулась назад и закрыла глаза. Появившийся невесть откуда котенок, казалось, чувствовал себя виноватым и терся, мурлыча, об ее ноги. Наконец он прыгнул на ручку кресла. Шершавый язычок начал лизать руку Хелен.
Девушка услышала телефонный звонок, потом легкие шаги Комо, поспешившего взять трубку, а затем он оказался рядом с креслом, в котором она сидела, — словно материализовался из воздуха.
— Простите, пожалуйста. Сейчас звонят вам, мисс.
Хелен отправилась в прихожую, где стоял аппарат, подняла трубку, думая, не Джерри ли это…
— Алло? — с нетерпением сказала она.
Голос на другом конце провода дрожал от волнения.
— Это Хелен Кендал?
— Да.
— Вы не узнаете, кто вам звонит?
— Нет, — резко ответила девушка.
Хелен обычно раздражали люди, отказывающиеся сразу же представиться и просившие ее догадаться, кто это. Голос на другом конце провода стал сильнее и ровнее.
— Пожалуйста, будьте очень осторожны, отвечая, потому что вас могут услышать. Вы помните своего дядю Франклина?
Внезапно во рту у Хелен стало сухо.
— Да, да, но…
— Это дядя Франклин.
— Я не верю. Он…
— Нет, Хелен, я не умер. — Казалось, что его голос сдавили эмоции. — Я жив.
— Но…
— Я не могу винить тебя в том, что ты не веришь. Ты меня узнаешь, если снова увидишь?
— Но я… Да, конечно.
— Ты помнишь, как собака загнала котенка на крышу? — теперь голос стал более уверенным. — Ты умоляла меня, чтобы я его достал оттуда, я сходил за лестницей и забрался на нее. Ты помнишь, как мы праздновали Новый год, и тебе очень хотелось попробовать пунша, тетя Матильда запретила тебе это, однако ты пробралась в кладовку и все равно попробовала? Ты помнишь, как я после этого пришел к тебе в комнату, и мы долго разговаривали, а потом ты никак не могла остановить смех? И я никому ничего не сказал, даже Матильде, о том, что ты опьянела?
Хелен почувствовала странную дрожь.
— Да, — ответила она почти шепотом.
— Теперь ты веришь мне, Хелен?
— Дядя Франк…
— Осторожно! — предупредил он. — Не называй меня по имени. Твоя тетя дома?
— Да.
— Она не должна знать, что я звонил. Никто не должен знать. Ты поняла?
— Но я… Почему?.. Я не понимаю.
— Есть только один способ решить все проблемы. Тебе придется мне помочь.
— Как?
— Ты в состоянии сделать то, что не сможет никто другой. Тебе когда-нибудь доводилось слышать об адвокате Перри Мейсоне?
— Да, доводилось.
— Я хочу, чтобы ты сходила к нему сегодня во второй половине дня и рассказала ему всю эту историю. Он должен знать все факты. Я прошу тебя в девять часов вечера доставить его в гостиницу «Ворота замка». Ты представляешь, где она находится?
— Нет.
— Посмотри по карте или по справочнику. Это дешевая гостиница. Не пугайся. Привези туда Мейсона, спросите Генри Лича. Он приведет вас ко мне. Не сообщай больше никому о нашем разговоре и о том, что происходит. Проверь, чтобы никто не увязался вслед за тобой. Объясни все Мейсону и возьми с него слово молчать. Я…
Хелен услышала, как на другом конце провода резко вдохнули воздух. Затем последовал щелчок и короткие гудки. Девушка несколько раз нажала на рычаг, еще надеясь, что связь возобновится.
Сквозь полуоткрытую дверь Хелен безошибочно определила, что к ней приближается тетя Матильда: звук медленных, тяжелых шагов и постукивание палки, за которой пожилая женщина с трудом волочила правую ногу, нельзя было спутать ни с чем. Хелен быстро положила трубку на место.
— Кто звонил? — спросила тетя Матильда, заходя в прихожую.
Хелен отвернулась от аппарата и сообщила:
— Мне назначают свидание.
Тетя Матильда опустила глаза на правую руку Хелен.
— Как так получилось, что котенок тебя поцарапал? — спросила пожилая женщина. — Ты врешь, пытаясь его защитить. Я не позволю ему здесь оставаться, если он такой злобный.
— Я сама виновата: я дразнила его бумажкой на веревочке.
— Он все равно не должен был тебя оцарапать. Это звонил твой солдат?
Хелен засмеялась, уклоняясь от ответа.
— Почему ты так возбуждена? Ты вся раскраснелась. — Тетя Матильда презрительно пожала плечами. — Если он сделал тебе предложение по телефону, то это как раз в стиле Джерри Темплара. Меня подобное даже не удивляет… Хелен, что происходит с этим котенком?
Девушка устало вздохнула.
— Я же уже несколько раз повторила вам, что сама виновата. Я…
— Нет, нет! Взгляни на него!
Хелен подошла к тете, уставившейся на Янтарные Глазки.
— Он просто играет, — сказала девушка. — Котята так играют.