Эрл Биггерс – Дом без ключа. Охотники за долларом (страница 32)
– Мисс Кейс? – Генри Фрост поднял густые брови.
– Очень приятная женщина, Генри, – сказал Бэчелор. – Кажется, она долго жила в Китае. Мне нужно поговорить с ней об условиях местной жизни. Видите ли, для меня это не только увеселительная прогулка. До возвращения мне необходимо решить два важных вопроса. Это, во-первых, контракт с китайским правительством на строительство моста через Янцзы. Помнится, я уже говорил вам об этом. Я еще не решил, стоит ли браться за это. Возможно, разговор с мисс Кейс и Микклесеном помогут мне принять решение.
– Насколько я понимаю, Блейк уже влез в это дело, – заметил Фрост. – Он наверняка станет сбивать вам цену.
– Вполне возможно. Но все знают, что Блейк – пират. Думаю, что смогу перехватить у него контракт, если пожелаю. Мне говорили, что он очень хочет знать, какой шаг я сделаю. Я испорчу ему игру, если войду в дело.
Бэчелор улыбнулся, но эта улыбка была совсем не мечтательной.
– В моем распоряжении еще несколько дней. Торги продлятся до следующего вторника.
– А второй вопрос, Джим? – спросил Фрост.
– Сенаторство. Я все еще подумываю об участии в предвыборной кампании.
– Чепуха, – проворчал его друг. – Зачем впутываться в подобные дела?!
– Как раз то, о чем и я говорила ему, – вставила тетя Дора. – Но все же Вашингтон был бы интересен.
– Ну, не знаю, – задумчиво произнес Бэчелор. – Думаю, у всякого человека есть честолюбие. Во всяком случае, чтобы разобраться в обстановке, я беру с собой на эту прогулку адвоката О’Мира. В вопросах политики он ценнейший советник.
– О’Мира! – хмуро пробормотал Фрост.
– Соберется очень смешанное общество, – сказала тетя Дора, и Билл Хэммонд почувствовал, что взгляд, брошенный ею на него, имел определенное значение.
– Гораздо интереснее, чем компания светских бездельников, – возразил Бэчелор. – А что касается элегантности, то об этом тоже позаботились. Я пригласил Джулиана Хилла.
– Приятная новость для Сэлли, – заметила тетя Дора, и снова взгляд, которым она одарила Билла, был многозначительным.
Билл понял, что речь идет о третьем вице-президенте концерна Бэчелора, молодом человеке хорошего происхождения и общественного положения. О его сватовстве к Сэлли уже ходили слухи. Билл быстро взглянул на девушку, но та смотрела вперед и ее очаровательный профиль ничего ему не сказал.
Теперь машина скользила вдоль Эмбаркаредро, этого романтического порога Востока. Суда, направляющиеся в дальние порты, стояли наготове, а на пристани были собраны многочисленные доказательства больших дел, совершавшихся на воде.
– Удивительно, как вы смогли найти сегодня людей для прогулки, – внезапно проговорил Генри Фрост.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Бэчелор.
– Пятница, тринадцатое, – пояснил владелец газеты.
– Тринадцатое! Действительно, я не подумал об этом!
Тон Бэчелора был серьезен, и Билл Хэммонд, оглянувшись, был поражен мрачным выражением его лица.
– Так я и знал, мне хорошо известна твоя слабость.
– О чем ты? Я не суеверен. – И Джим Бэчелор усмехнулся, будто вспомнил что-то приятное. – Кроме того, с нами ничего не может случиться, пока у меня в кармане мой талисман.
Его талисман? Билл взглянул на Сэлли.
– Бога ради, – засмеялась она, – пожалуйста, не просите показать его вам. Это счастье улыбнется вам довольно скоро и, надеюсь, во время моего отсутствия.
Машина подкатила к пристани девяносто девять, собственности пароходной компании, солидным вкладчиком которой был Джим Бэчелор. В конце причала их уже ожидали шлюпка и остальные четверо гостей, приглашенные Бэчелором на прогулку.
«Довольно странный квартет», – подумал Билл, когда Сэлли поспешно представила его.
Майка О’Мира он уже знал, не раз брал у него интервью. Высокий, стройный, краснощекий адвокат напоминал рыбу, вынутую из воды. Он, казалось, знал это, но хорошо подвешенный язык выручал его. Джулиан Хилл оказался гладко выбритым, отполированным мужчиной лет тридцати, одетым именно так, как следовало. Билл Хэммонд был ему совершенно безразличен. Мисс Кейс находилась в том возрасте, когда женщина знает, что молодость уходит, несмотря на ее сопротивление. «В свое время она была тонкой штучкой», – подумал Билл, но теперь она выглядела излишне полной и победы, несомненно, давались ей уже не так легко.
Что касается Микклесена, он радовал глаз, заставлял работать мысль. Он был великолепен. Высокий, смуглый, с голубыми, как на китайских акварелях, глазами и светлыми волосами, со стройной фигурой, англичанин придавал оттенок изящного всему, с чем соприкасался. Выражение скуки покидало его только при взгляде на Сэлли Бэчелор. Знакомясь с Биллом Хэммондом, англичанин едва удостоил его взглядом.
Когда японцы погрузили весь багаж на шлюпку, туда спустились гости. Билл намеревался сесть возле Сэлли, но Микклесен и Хилл отбили эти места, и он понял, что в ближайшем будущем их соперничество примет острые формы. Он уселся рядом с мисс Кейс. Шлюпка отчалила и направилась к морской яхте «Франческа», которая величественно возвышалась над окружавшими ее судами.
– Ах! Разве это не изумительно! – воскликнула мисс Кейс. – Вы знаете, я не была на яхте целую вечность!
– Я тоже, – сказал Билл. – Здорово быть богатым, не правда ли?
– Должно быть, – вздохнула женщина. – Я никогда не могла добиться этого. Вы должны мне все об этом рассказать.
– Я? – рассмеялся Билл. – Простите, пожалуйста, но вы обратились не по тому адресу. Я как раз принадлежу к смиренным беднякам – всего лишь газетный репортер.
– О, скажите! – Ее улыбка увяла. – Как интересно – репортер. У вас, конечно, много удивительных приключений. Вы должны мне рассказать о них.
«Явно одна из тех
– Хорошо, – осторожно произнес он, – я с удовольствием расскажу, если не буду слишком занят.
– Занят? На яхте?
– Мне предстоит взять интервью у Микклесена о положении на Востоке.
Она засмеялась:
– Правда? Мистер Микклесен мой старый… знакомый. Я знала его еще в Китае. Уверена, он сообщит вам много интересного – только не верьте всему, что услышите. Он славный малый, но с воображением.
Она посмотрела на Микклесена, который в этот момент наклонился к Сэлли Бэчелор. Выражение ее глаз отнюдь не было дружественным.
Капитан «Франчески» приветствовал хозяина на палубе. Появились слуги – японцы в белом, готовые принять багаж.
– Обед в семь тридцать, – объявил Джим Бэчелор. – После того как бои отведут вас в каюты, я надеюсь, джентльмены, что вы присоединитесь ко мне в курительной комнате.
– Холостяцкая вечеринка готова, – улыбнулась его дочь.
– О да, дамы, конечно, тоже, – внес поправку владелец «Франчески». – Я полагал, что они будут слишком заняты…
На самом деле он совершенно забыл о дамах. Обычно для него существовали только мужчины.
Слуга, нагруженный багажом, вежливо предложил Биллу следовать за ним и направился на нижнюю палубу. Микклесен тоже следовал в этой процессии, и Билл размышлял, не придется ли им делить каюту. Такая перспектива мало улыбалась ему, он нисколько не сомневался, что англичанин преспокойно займет семь восьмых любого помещения, предназначенного для двоих. Они вошли в коридор, куда выходили двери кают. У третьей двери японец опустил на пол модный чемоданчик Билла и, сгибаясь под тяжестью багажа Микклесена, ввел англичанина в каюту.
– Это ваша каюта, – услышал Билл его слова.
«Слава богу!» – подумал Билл.
Японец вышел, подхватил одинокий чемоданчик и подошел к следующей двери.
– Так это моя каюта? – спросил Билл. – Прекрасно. Надеюсь, только моя.
– Да-с, – просвистел японец. – На «Франческе» иногда ночует пятнадцать гостей.
– Тем лучше для «Франчески».
– Ванная здесь. – Слуга кивнул в направлении открытой двери, за которой сверкали безукоризненно начищенные краны.
Когда Билл посмотрел в ту сторону, в дверях ванной появился Микклесен, бросил на него надменный взгляд, захлопнул дверь и запер ее.
– Ванная для двух кают, – объяснил японец. – Ваша тоже.
Он выглядел огорченным.
– Ладно, ты это и ему объясни, – предложил Билл. – Иначе мне никогда не увидеть этой ванной комнаты, – добавил он.
Слуга исчез. Из соседней каюты послышались голоса. Затем в дверях ванной щелкнул замок, и японец снова появился в каюте Билла.
– Теперь все в порядке, – улыбнулся он.
– Возможно, – ответил Билл. – Как тебя зовут?
– Тату.
– Держи, Тату.