Эрин Хэй – Завоеватель. Пламя и цепи (страница 17)
— Ваше Высочество? — узнала я голос мага. — Вы здесь?
— Да, — улыбнулась я как можно безмятежнее. — Хотела найти что-нибудь интересное, чтобы почитать отцу.
— Вы позволите взглянуть? — спросил Эзра.
— Э-э-э
Не дожидаясь разрешения, он взял из моих рук свиток и развернул его.
— Рецепты миридийской кухни? — изумился он. — Необычный выбор.
— Э-э-э Разве? — деланно удивилась я. — Видимо, я перепутала с миридийскими сказаниями. Ладно, — я сунула свиток на какую-то полку и поспешила к выходу, — в другой раз поищу.
Эзра отошёл в сторону, пропуская меня, но когда я уже схватилась за дверную ручку, произнёс:
— Очень скоро состоится коронация. — От этих слов внутри всё сжалось. — Дэмиан Морвейн станет королём Тефарии. Вы будете присутствовать в первых рядах и засвидетельствуете верность новому правителю. Вы подадите пример всем остальным.
Я застыла. Коронация. Все будут в храме, а вернувшись во дворец, напьются до потери пульса. Лучшего времени и не придумать, чтобы открыть магический портал и уйти через него с отцом.
— Я поняла, — кивнула я.
— Тогда не смею больше вас задерживать, — отозвался Эзра.
На непослушных ногах я вывалилась из библиотеки, чувствуя спиной взгляд мага. Скоро. Очень скоро нас с отцом здесь не будет. Главное — никак не выдать себя до решающего часа.
В покоях меня ждала Лисса. На кровати, на стуле, на столе, на сундуке — везде, куда падал взгляд, лежали платья. Из шёлка, бархата, парчи. Синие, зелёные, фиолетовые, красные. В открытой шкатулке сверкали украшения из золота и драгоценных камней.
— Что это? — ошарашенно спросила я, приваливаясь к стене.
— Ардор Морвейн распорядился выдать вам всё это, — пояснила служанка. — Ведь скоро коронация. А ещё, — она понизила голос, — ходят слухи, что он собирается вернуть вас в ваши покои.
От её слов к горлу подступила тошнота. Я была для него игрушкой. Он делал со мной что хотел. Захотел — отнял всё, захотел — вернул. Главным условием было безоговорочное послушание. И вот теперь, он решил выставить меня напоказ.
— Лисса, оставь меня ненадолго, — попросила я служанку.
Она кивнула и вышла, притворив дверь.
Оставшись в одиночестве, я вытащила из лифа вырванный лист, положила на стол, сдвинув в сторону одно из платьев, и разгладила. Загадочный знак смотрел на меня с пожелтевшего пергамента.
— Что ты значишь? — прошептала я, вглядываясь в текст под ним. — И как заставить тебя работать?
Глава 23
День коронации настал. Торжество проходило в Храме Великого Отца, которому поклонялись все без исключения жители Тефарии. Я сидел на месте свергнутого короля. Надо признать, что кресло оказалось крайне неудобным: слишком высокое, с прямой спинкой. Оно будто специально было создано, чтобы мучить того, кто на него сядет. Но я не жаловался.
Скамьи передо мной были заполнены моими селестинами и тефарийской знатью. Герцоги, графы, бароны — все, кто остался или вернулся в столицу, явились присягнуть мне на верность. Церемония проходила по всем правилам их религии. Пусть думают, что я принял их веру. Мне всё равно, поскольку на самом деле я не верил ни во что, кроме собственной силы и воли.
В Мирраксе императоров почитали как богов. Я вырос при дворе, где каждое слово императора считалось истиной, а его приказы — велением небес. Но я знал правду. В моём отце, Корвине Тарквинии, не было ничего божественного. Он был слаб. Он боялся собственной жены, он наплевал на мою мать и на других женщин, понёсших от него, и он признал меня лишь для того, чтобы использовать как оружие.
Эта религия пошла с тех времён, когда все без исключения императоры могли повелевать драконами. Тогда они действительно были полубогами. Но из-за постоянного кровосмешения династия постепенно вырождалась. Чтобы выжить, мои предки по отцу начали вступать в союзы с простыми людьми. В результате погонщики драконов рождались всё реже. Корвин Тарквиний был невероятно рад, когда один из его бастардов унаследовал редкий дар. Но не настолько, чтобы принять меня в семью и дать свою фамилию. Он не позволил носить цвета своего рода: пурпур и золото, которые веками ассоциировались с императорским домом. Мне достался лишь титул погонщика драконов и должность при дворе. Я был для него инструментом. Не больше. И когда я понял, что никогда не стану для него сыном, я выбрал собственные цвета. Чёрный — цвет драконьей чешуи, и красный — цвет пламени, вырывающегося из пасти Дрого. Никто не дал мне этих цветов. Я взял их сам, как брал всё в этой жизни.
Перед смертью отец успел взять с меня клятву никогда не вредить мачехе и Аттию, её сыну. Я поклялся. Вот только с неё он подобной клятвы не взял. Не догадался или не посчитал нужным. И ещё не успел остыть погребальный костёр, на котором сожгли тело усопшего императора, как Везена, его вдова, отправила ко мне новых наёмных убийц. Она делала это на протяжении многих лет, с той самой первой провалившейся попытки, когда погибла моя мать.
Священник поднялся на амвон, и его голос разнёсся под сводами храма, отгоняя воспоминания:
— В этот знаменательный день Великий Отец, покровитель королей и воинов, взирает на нас. Он видит каждого, кто вошёл под священные своды его храма. Он видит тех, кто пришёл с чистым сердцем, и тех, кто таит в душе ложь. Нет ничего сокрытого, что не открылось бы. Нет ничего тайного, что не стало бы явным.
Я не верил ни единому слову, но внимательно слушал, когда жрец читал свою проповедь. Любая религия преследует одну цель: заставить людей подчиняться. А раз так, значит, мы на одной стороне.
— Мы собрались здесь, чтобы возвести на престол избранного Великим Отцом правителя Тефарии. Дэмиан Морвейн принимает корону не по праву силы, а по милости Вседержителя. С этого дня он наш король, и мы клянёмся ему в верности.
Жрец взял корону: золотую, усыпанную рубинами и невероятно тяжёлую. Мою.
Я склонил голову, и в этот момент меня накрыло. Я будто отчётливо услышал визг клинка и предсмертный хрип.
Последний убийца, которого подослала Везена, оказался лучшим из всех. Он проник в мои покои глубокой ночью, когда я спал. Я проснулся от прикосновения лезвия к горлу. Убийца был быстр, но я оказался быстрее. После короткой борьбы я сломал ему руку, выбил нож, прижал к полу и заглянул в глаза, проникая в сознание. Я увидел лицо мачехи, отсчитывающей золото, услышал её голос, повелевающей убить меня.
Когда я пришёл к ней, она сидела в тронном зале, окружённая придворными, и улыбалась. Я подошёл близко, почти вплотную, и сказал:
— Я знаю.
Везена не отвела взгляда.
— Я не понимаю, о чём ты, — произнесла она с лёгким смешком. — Тебе нездоровится, Дэмиан? Прислать лекаря?
Она лгала. Смотрела мне в глаза, улыбалась и лгала. А затем хлопнула в ладони и довольно рассмеялась.
— Ты ничего не можешь мне сделать. Ты связан клятвой.
Везена была права. Я не мог причинить ей вреда, не мог даже дотронуться. Клятва, данная отцу, жгла меня изнутри, стоило лишь представить, как мои руки смыкаются на её шее.
Мне ничего не оставалось, как развернуться и уйти. Уверен, Везена считала себя победительницей, но она не учла одного: я принес присягу отцу, но он уже умер, а ей и её сыну — нет. Она поторопилась.
Поэтому я просто забрал драконов и верных мне людей. Я пообещал поддержавшим меня селестинам новые плодородные земли, ведь Мирракс постепенно поглощала пустыня. Мы погрузились на корабли и отправились в неизвестность. Но удача благоволит смелым. Теперь мы здесь, и это значило, что пришло время основать новую династию. Династию Морвейнов.
Холодный металл короны коснулся моего лба.
Жрец что-то говорил, знать аплодировала, но я слышал только гул. Я поднял голову и взглядом скользнул по рядам. Там среди герцогов и графов, сидела она. Алианна. Она была восхитительна в новом красном платье. Её волосы были собраны в высокую прическу, а вуаль лишь едва прикрывала её лицо. И сейчас она смотрела на меня.
По знаку жреца Алианна подошла ко мне первой. Она опустилась на колени перед возвышением, где стояло моё кресло. Её голос дрожал, когда она произносила слова клятвы. Она запиналась, сбивалась, но продолжала говорить. О верности. О признании моей власти. О том, что отныне я — её король.
Я смотрел на неё, и в груди разливалось что-то тёплое. Не похожее на похоть. Нечто иное, чему у меня не было названия.
— Встаньте, леди Алианна — приказал я, и она поднялась. — Я принимаю вашу клятву.
Почтительно опустив голову, Алианна отступила в сторону, скрываясь за спинами дворян, спешащих засвидетельствовать мне свою верность. Герцог Торнмур шагнул вперёд, опускаясь на колени. Я слушал его клятву вполуха, думая о другом. О том, что скоро я верну Алианну в её покои. Буду держать ближе к себе. Главное, чтобы она не наделала глупостей.
Глава 24
Утро коронации было наполнено суетой. Лисса хлопотала вокруг меня с самого рассвета. Для предстоящего так называемого торжества я выбрала платье из красного шёлка с серебряной вышивкой на подоле и рукавах, и лифом, украшенным крошечными жемчужинами.
— Вы прекрасны, Ваше Высочество, — прошептала Лисса, затягивая шнуровку.
Я посмотрела на своё отражение в крошечном тёмной зеркале. Сейчас я была почти похожа на себя прежнюю, но затаившаяся в глазах печаль портила весь образ. Сегодня я должна буду произнести клятву, которую и не думала держать. От этой мысли становилось невыносимо. Клятвопреступление являлось одним из самых мерзких пороков в глазах Великого Отца. И я собиралась пойти на него, потому что больше не видела для себя иного выхода. Но с другой стороны, я ведь просто хотела уйти из дворца и увести с собой отца. Я не планировала выступать против Дэмиана. Да и клятва, данная под принуждением, не имела силы.