Эрин Хантер – Приключения Ольхолапа (страница 13)
– Спасибо, Воробей, – мяукнула она. – И тебе, Ольхолап. Мне жаль, что я доставила всем столько хлопот.
– Просто вспомни об этом в другой раз, когда решишь сделать что-то мышеголовое, – пробормотал Воробей. – А теперь, Ольхолап, сними-ка паутину. Я хочу осмотреть рану получше.
– А что, если опять начнется кровотечение? – нервно спросил Ольхолап.
– Тогда мы наложим побольше паутины, ты, с пчелами в голове!
С осторожностью, на которую был только способен, Ольхолап запустил когти в повязку из паутины и аккуратно обнажил рану. Он почти не дышал, пока не убрал последнюю паутинку, но, на его счастье, никакого кровотечения не было.
Тем временем Воробей сходил в кладовую для трав и принес кусочек корня окопника.
– Мы сделаем из этого припарку для раны, – мяукнул он, бросив корешок к лапам Ольхолапа. – Ты можешь пока что его разжевать, а тебе, Вишнегривка, нужно как следует вылизать рану.
Ольхолап принялся старательно разжевывать корень, морщась от его острого вкуса. Когда котику показалось, что уже достаточно, он выплюнул корень обратно. Воробей наклонился и обнюхал получившуюся кашицу.
– Сойдёт, – прокомментировал он. – Теперь намажь ею лапу Вишнёвой.
Ольхолап заметил, как начала расслабляться Вишнегривка, когда он наложил кашицу на нужное место, и сок окопника стал проникать в рану.
– Это так приятно… – пробормотала она.
– Тебе нужно поспать, – сказал ей Воробей, когда с припаркой было покончено. Обернувшись к Ольхолапу, он добавил: – С тебя тоже хватит на сегодня. Иди и съешь что-нибудь.
– Спасибо, Воробей.
На дрожащих от изнеможения лапами Ольхолап выскользнул из палатки. Заметив свою сестру у кучи с дичью, он направился к ней.
– Пошли поделим эту полёвку, – пригласила его Огнелапка, когда котик подошел ближе. – Я её поймала, когда охотилась сегодня с Вишнегривкой. Разве она не чудесна?
Ольхолап ощутил, что челюсти свело при взгляде на жирный кусок добычи, и осознал, что у него живот урчит от голода. И в то же время волна смущения прокатилась по его шерсти.
– Я, правда, испугался, когда увидел рану Вишнегривки, – признался он. – Я даже не смог просто пойти набрать паутины, – он издал долгий вздох. – Как я смогу стать целителем, если обмираю при виде крови?
– Ох, мышиный помёт! – бодро мяукнула Огнелапка. – Я не имею ни малейшего понятия, почему кому-то может захотеться стать целителем, но я впечатлена тем, как ты остановил кровь из раны Вишнегривки! Тебе просто нужно доверять себе, – она подошла ближе и коснулась хвостом брата. – Я так делаю, когда охочусь. Это когда ты перестаешь волноваться о том, что упустишь дичь, то же самое и с паутиной. Но после ты же делал всё правильно. Так что, думаю, в конце концов ты станешь хорошим целителем.
– Ты правда веришь в это? – спросил Ольхолап.
Огнелапка наградила котика дружеским тычком.
– Конечно же, глупый комок шерсти!
Откусывая кусочек от сочной полёвки, Ольхолап осознал, что начинает чувствовать себя гораздо лучше.
Глава 6
Когда на следующее утро Ольхолап вошёл в палатку целителей, он обнаружил, что Листвичка уже возвратилась. Целительница тщательно обнюхивала рану Вишнегривки.
– Выглядит неплохо, – сказала она рыжей кошке. – Но тебе нужно сказать Белке, что на сегодня ты освобождена от воинских обязанностей. Иди в свою палатку и отдыхай.
Вишнегривка благодарно кивнула и ушла прочь, прошмыгнув мимо Ольхолапа.
– Привет, Листвичка, – мяукнул Ольхолап. – Как поживает Пёрышко?
– Лучше, – отозвалась Листвичка, выпрямившись. – Он всего лишь подхватил белый кашель. Хотя я всё равно волнуюсь за него. Он уже так стар, а во всём племени Теней нет никого, кто мог бы помочь ему.
– Звёздное племя наверняка пошлёт знак
– Кхе! – отозвался Воробей из своего темного уголка пещеры, где он перебирал травы. – Да все эти Сумрачные коты так обожают быть воителями, что ни один из них, скорее всего, и не обратит внимания на какие-то там знаки.
«Как я их понимаю!» – подумал Ольхолап, хотя он уже и начинал чувствовать себя гораздо уютнее в этой новой жизни.
– Как бы то ни было, – мяукнула Листвичка, – сегодня ночью ты встретишься с Пёрышком и остальными целителями. Сегодня ночь Половины Луны, самое время сходить к Лунному озеру.
Ольхолап застыл. Когда он был на Совете, все целители, передававшие племенам пророчество, казались ему такими важными и значительными. «Что я им скажу? Я не чувствую себя одним из них».
И в то же время его шкурка потрескивала от возбуждения. «Никто, кроме самих целителей, не знает, что происходит на их встречах у Лунного озера».
– А что мы будем там делать? – поинтересовался он.
– Увидишь, – ответил ему Воробей. – А сейчас – как насчет того, чтоб поработать? У нас нет ни листика кошачьей мяты после того, как Листвичка утащила всю в племя Теней, – Воробей сердито сощурившись в сторону полосатой кошки.
– Хочешь, чтобы я принёс немного из заброшенного Гнезда Двуногих? – предложил Ольхолап.
– Нет, – рыкнул Воробей, хлестнув по земле хвостом. – Кроты перерыли всю нашу грядку с травами. Клянусь, они натворили там настоящий хаос. –
– Тебе нельзя так много работать, – Листвичка ласково обвила хвостом бок Воробья. – Мы можем снова посадить растения.
Воробей сварливо хрюкнул.
– А тем временем у нас кошачьей мяты – мышь наплакала, как раз к сезону Голых Деревьев, когда подхватить Зелёный Кашель проще простого. Нам придётся пересечь территорию племени Теней и набрать мяты в том саду Двуногих рядом с Речным племенем.
Ольхолап был поражён и несколько смущён.
– Но ты отчитал Огнелапку, Вишнегривку и Медовушку за то, что они собирались пойти к тем Гнёздам, – напомнил он Воробью.
Ученику ответила Листвичка:
– Для целителей и для воителей законы различаются. Помимо того, любой кот может пересекать чужую территорию, если он будет держаться не дальше, чем в трёх лисьих хвостах от озера.
«Выходит, Воробью просто нравится быть занудой, – подумал Ольхолап. – Ну что ж, я и раньше об этом догадывался!»
– В любом случае, – бодро продолжила Листвичка, – Я только что побывала в племени Теней и помогала Пёрышку. Они же не станут теперь мне мешать, верно? Ольхолап, за мятой мы идём вдвоем.
Когда Листвичка с Ольхолапом пересекли ручей на границе с племенем Теней, им в ноздри ударил сильный свежий запах Сумрачных котов. Прежде, чем они успели сделать хоть несколько шагов по побережью, из кустов, растущих вдоль пляжа, возник патруль племени Теней.
– Когтегрив, – вежливо мяукнула Листвичка, кивнув головой темно-бурому полосатому коту, возглавлявшему патруль. – Как охота в племени Теней?
– Что это вы так интересуетесь? – с вызовом рявкнул полосатый воин. – Уж не хотите ли сами урвать кусочек?
Ольхолап ощутил, что шерсть на его загривке топорщится от враждебности в голосе Сумрачного кота, но Листвичка не дрогнула.
– Ты всё знаешь лучше меня, Когтегрив, – заявила она.
– Я знаю, что ты вечно лезешь не в своё дело, – мяукнул Когтегрив. Хвост воителя метался из стороны в сторону. – Впрочем, как и все Грозовые коты.
– Ага, истинная родная кровинушка Огнезвёзду, – встрял один из Сумрачных котов, здоровенный бурый воин с хохолком на макушке.
– Шипогрив, я горжусь тем, что Огнезвёзд был моим отцом! – голос Листвички всё ещё был ровным и спокойным.
Ольхолап был так увлечён этим обменом колкостями, что даже не обратил внимания на остальную часть Сумрачного патруля. Он подскочил, испугавшись, когда один из них подошёл ближе и слегка толкнул его. Обернувшись, котик узнал Иглолапку.
– Оу, это ты, – мяукнул он, сам не зная, рад ли он её видеть.
– Привет, Ольхолап! – дружелюбно кивнула Иглолапка. – Я была уверена, что мы с тобой скоро ещё увидимся. С Гладколапкой ты уже виделся, а вон тот, другой комок шерсти – это Астролап.
– Сама комок шерсти! – прорычал третий оруженосец.
– …Ладно, Листвичка, – отступил Когтегрив. Ольхолап совершенно упустил остальную часть разговора, однако с облегчением заметил, что голос Сумрачного кота звучит уже не так озлобленно. – Можете пройти, – продолжал он. – Но мы сопроводим вас до границы нашей территории.
– Спасибо, – склонила голову в знак признательности Листвичка.
Весь патруль с Когтегривом и Листвичкой во главе выдвинулся в дорогу вдоль побережья. Ученики держались позади; Иглолапка вышагивала бок о бок с Ольхолапом.
– Коты! – буркнула она. – Вечно от них одни неприятности. Шипогрив и вовсе та еще колючка в хвосте.
Задрав одну из передних лап и изображая ею хохолок над головой, кошечка скакала на остальных трёх и подражала низкому голосу Шипогрива:
– Иди и принеси мне больше мха, жалкий оруженосец! И ещё поймай дрозда для меня, пока будешь там возиться!