Эрика Льюис – Келси Мёрфи и Академия несокрушимых искусств (страница 52)
Возник один-единственный крошечный огонёк.
В душе Келси ликовала: «Я СДЕЛАЛА ЭТО!» Однако внешне она осталась спокойной и невозмутимой, наслаждаясь изумлением одноклассников. Келси подожгла письма и бросила их на землю, не подпуская никого, пока бумага не превратилась в пепел.
– Как это так? – спросил Гарет Макнайт у своей сестры Джинджер. – Я думал, она мистраль.
Красные глазки Дейрдре Крейн сузились:
– Кто она такая?
Киллиан усмехнулся, наслаждаясь их изумлением.
Келси погрозила Дейрдре пальцем. Эти перчатки всё изменят.
Ветерок Киллиана развеял пепел. Найл вздохнул:
– Что нам делать? – спросил Зеф.
– Предоставьте это мне. – Келси двинулась вниз по тропинке. – Кажется, я знаю, где она может быть.
21
Закат и пёс
Солнце уже садилось, когда Келси пересекла Скачущий мост. На маленьком острове её встретил восхитительный прохладный бриз, ласково взъерошивший ей волосы. Она нашла Брону именно там, куда сама пошла бы в подобной ситуации, – на краю обрыва, в компании Разящего. Ку Ши приветственно взвизгнул, завиляв пушистым хвостом. Келси села рядом с ними.
Брона подобрала камень и швырнула в воду.
– Я не хочу разговаривать.
Ку Ши перевернулся на спину и потянулся. Келси потрепала его по животу, и пёс заворчал от удовольствия.
– Я просто пришла погладить Разящего.
Брона откинулась назад, опёршись на локти. Глаза у неё были красными от слёз. Келси тоже приподнялась на локтях и вытянула ноги. Солнечный свет отразился от обсидиана на её перчатке.
– Почему они тебе не нравятся?
Брона щёлкнула по камню.
– Потому что ограничивают твои силы.
– Меня это не волнует. Я сделала крошечный огонёк, чтобы сжечь письма твоего отца, и не спалила школу дотла. Вот что важно.
Брона нахмурилась:
– Ты сожгла мои письма?
– Прости.
– Да ничего. – Она швырнула вниз ещё один камень и дождалась плеска, а потом заговорила снова: – Я не знаю, почему так злюсь.
Брона вздохнула, села и кивнула на перчатки:
– Думаешь, малюсенький огонёк остановил бы ту сильфиду?
Келси поразмыслила над этим.
– Нет. Но я не хочу терять место в школе. И не хочу, чтобы тебя, Зефира и Найла выгнали из-за меня.
Брона обхватила колени руками.
– Я уж и не знаю, стоит ли мне тут учиться.
– Шутишь? Ты лучший боец, какого я видела. И ты превращаешься в мгновение ока. А вообще-то этому учат только на третьем курсе.
Разящий взмахнул хвостом-плюмажем, задев ноги Келси. Она вздрогнула, ощутив странное чувство дежавю – словно нечто подобное уже когда-то было.
– После того, что случилось…
Брона подавила рыдание и опустила голову на скрещенные руки, пряча лицо. Келси обняла Брону за плечи, надеясь, что она не начнёт клеваться. Но нет. Вместо этого Брона прильнула к ней и расплакалась в голос. У Келси сжалось сердце.
– Уиллоу – та ещё стерва. Я это поняла в ту же минуту, когда мы встретились.
Разящий ткнулся мордой в ногу Броны. Она шмыгнула носом и рассмеялась:
– У него холодный нос.
Брона подняла голову.
– Если Маха в самом деле моя мать, то я хотела бы остаться здесь. Сражаться. Никогда не сдаваться. Но сейчас я хочу только вернуться домой. Я скучаю по дому…
– Если она в самом деле твоя мать?
– Я не помню её. Папа сказал, кто она, когда я начала превращаться.
– И вы с ней никогда не встречались?
– Нет. Никогда.
– Я тоже не помню свою маму. Ну, по крайней мере, у тебя есть отец, которому ты не безразлична. Это он научил тебя драться?
Брона кивнула:
– Он лучший отец на свете.
– И ты собираешься к нему? В эту… как ты сказала?.. Армаду? Он адмирал флота или что-то в этом роде?
Брона сорвала длинную травинку.
– М-м. Вообще-то, он не командует армадой. Насчёт этого я тоже… ну, вроде как соврала.
Келси обернулась к ней:
– Серьёзно?
– Только ты никому не говори.
Она подняла руку:
– Клянусь.
– Он капер. Мой отец – Тао Ли. – Брона произнесла это имя так, словно Келси обязана была его знать. – Хамелеон.
Келси пожала плечами:
– Я не отсюда. Помнишь?
– О да. Точно. Ну, его так прозвали, потому что он появляется и исчезает совершенно внезапно. И никто не может его поймать.
– Твой отец – пират?
– Нет. Капер.
– В чём разница?
– У него есть бумага, подписанная королевой. Армада не имеет права ему мешать.