Эрика Джеймс – На пятьдесят оттенков темнее (страница 129)

– Тебе нравится?

– Ана, очень нравится. Спасибо. – Он хватает меня в охапку, сладко целует, потом снова наблюдает за вращающимся винтом и рассеянно говорит: – Я поставлю его в своем кабинете рядом с планером.

Он переносит руку в тень, и лопасти замедляют вращение и останавливаются.

Я не удерживаюсь от сияющей улыбки и мысленно поздравляю себя. Подарок ему нравится. Конечно, он ведь работает с альтернативными технологиями. Я так торопилась купить какой-нибудь подарок, что забыла об этом.

– Он составит мне компанию, пока мы будем оживлять «Чарли Танго».

– Его еще можно оживить?

– Не знаю. Надеюсь. Мне будет скучно без нее, моей стрекозы.

Без нее? Я в ужасе замечаю укол ревности, которую испытываю к неодушевленному предмету. Мое подсознание презрительно смеется. Я игнорирую его.

– Что во второй коробке? – спрашивает он. В его широко раскрытых глазах горит детский восторг.

Черт побери…

– Я не уверена, что это может быть подарком для тебя или меня.

– Неужели? – спрашивает он, и я знаю, что подогрела его интерес.

Слегка нервничая, я протягиваю ему вторую коробку. Он осторожно встряхивает ее, и мы слышим тяжелый стук. Он удивленно поднимает брови.

– Почему ты так нервничаешь? – спрашивает он.

Я смущенно пожимаю плечами и краснею.

– Вы меня заинтриговали, мисс Стил, – шепчет он; его голос волнует меня, желание и предвкушение сжимают судорогой мой живот. – Должен признаться, мне очень нравится твоя реакция. Она мне что-то обещает. Что ты затеяла? – Он задумчиво щурит глаза.

Я молчу, затаив дыхание.

Он открывает крышку коробки и достает маленькую карточку. Все остальное завернуто в упаковочную бумагу. Он раскрывает карточку, и его глаза тут же впиваются в меня – расширенные от шока или удивления, трудно сказать.

– Итак, ты хочешь грубого секса? – бормочет он и хмурится.

Я киваю и сглатываю комок в горле. Он наклоняет голову набок и смотрит с опаской, оценивая мою реакцию. Потом снова возвращается к коробке. Разрывает бледно-голубую бумагу и выуживает полумаску, несколько зажимов для сосков, анальную затычку, свой айпод, серебристо-серый галстук и, наконец, ключ от игровой комнаты.

Он смотрит на меня с мрачноватым и непонятным выражением лица. Дьявол. Может, я зря это сделала?

– Ты хочешь поиграть? – тихо спрашивает он.

– Да, – с придыханием говорю я.

– В честь моего дня рождения?

– Да. – Это краткое слово я выговариваю совсем тихо.

Мириады эмоций отражаются на его лице, и ни одну из них я не могу определить. Мне становится тревожно. Хм-м… Я ожидала совсем не такой реакции.

– Ты уверена? – спрашивает он.

– Только без плеток и подобных штучек.

– Понятно.

– Тогда да. Я уверена.

Он качает головой и разглядывает содержимое коробки.

– Ненасытная сексуальная маньячка. Что ж, я полагаю, мы можем что-нибудь сделать с этим ассортиментом, – бормочет он почти что сам себе и убирает все в коробку.

Когда он снова поднимает на меня глаза, выражение его лица полностью меняется. Боже мой, его глаза горят, на губах играет медленная эротичная улыбка. Он поднимает руку.

– Ну, – говорит он, и это не просьба.

Внутри у меня все сжимается, крепко и резко, глубоко-глубоко. Я кладу свою руку в его.

– Пойдем, – приказывает он, и я следую за ним. Мне страшновато. Желание горячей волной бушует в моей крови, а мои внутренности изнемогают от предвкушения. Наконец-то!

Глава 21

Кристиан останавливается у двери игровой комнаты.

– Так ты уверена в своем решении? – спрашивает он и устремляет на меня взгляд, затуманенный страстью, но чуть встревоженный.

– Да, – шепчу я с робкой улыбкой.

– Назови то, что ты не хочешь делать, – ласково говорит он.

Я сбита с толку таким неожиданным вопросом, и мой мозг лихорадочно подыскивает ответ. Мне приходит в голову только одно.

– Я не хочу, чтобы ты меня фотографировал.

Он замирает и наклоняет голову к плечу; его глаза смотрят задумчиво и жестко.

О черт… Я жду, что он меня спросит, почему не надо. К счастью, не спрашивает.

– Ладно, – бормочет он и, морща лоб, отпирает дверь, встает в стороне и пропускает меня в комнату.

Я чувствую на себе его глаза. Он входит следом и запирает дверь.

Положив коробку с подарком на комод, он достает айпод, включает его, затем делает взмах в сторону музыкального центра на стене. Дверцы из дымчатого стекла бесшумно раздвигаются. Он нажимает какие-то кнопки, и шум поезда метро эхом проносится по комнате. Он убавляет звук; медленный, гипнотический электронный ритм становится приятным фоном. Поет женщина. Я не знаю, кто это, но голос нежный, с хрипотцой, и этот размеренный ритм звучит необычайно… эротично. Господи… Под такую музыку только и заниматься любовью.

Кристиан поворачивает ко мне лицо, а я стою в середине комнаты, у меня бьется сердце, кровь поет в жилах, пульсирует – или мне кажется? – в унисон с соблазнительной музыкой. Он небрежно подходит ко мне и берет меня за подбородок, чтобы я больше не кусала губу.

– Чего ты хочешь, Анастейша? – бормочет он и нежно, скромно целует меня в угол рта, а его пальцы все еще держат меня за подбородок.

– Сегодня твой день рождения, поэтому выбирай ты, – шепчу я.

Он проводит большим пальцем по моей нижней губе и еще сильнее морщит лоб.

– Так что, мы здесь, потому что ты думаешь, что мне хочется быть здесь? – Он произносит это ласково, но сам внимательно глядит на меня.

– Нет, – шепчу я. – Мне тоже хочется здесь быть.

Его взгляд темнеет, делается смелее, когда он оценивает мой ответ. После бесконечно долгого молчания он вновь говорит:

– О, мисс Стил, здесь такой огромный выбор. – В его голосе звучит восторг. – Давай начнем с того, что тебя разденем.

Он тянет за пояс халата, и полы распахиваются, под ними становится видна моя ночная рубашка. Он отходит назад и небрежно садится на подлокотник честерфилдского дивана.

– Сними одежду. Медленно.

Он устремляет на меня чувственный, огненный взгляд.

Я судорожно вздыхаю и плотно сжимаю ляжки. Между ними уже влажно. Моя внутренняя богиня разделась и теперь просит меня сыграть с ней в догонялки. Я спускаю с плеч халат и, не прерывая глазного контакта, легким движением сбрасываю его на пол. Магнетические серые глаза Кристиана горят страстью. Он проводит указательным пальцем по губам и ждет продолжения.

Сняв с плеч тонкие лямки, я несколько мгновений гляжу на любимого мужчину, потом гибким движением тела сбрасываю рубашку. Она мягко соскальзывает с моего тела и растекается шелковой лужицей у моих ног. Теперь я стою голая и ох-какая-готовая.

Кристиан медлит, и я любуюсь искренним восхищением и плотской страстью, которые отражаются на его лице. Потом он идет к комоду и берет свой серебристо-серый галстук, мой любимый. Поворачивается и, небрежно поигрывая галстуком, протягивает его сквозь сложенные кольцом пальцы и движется ко мне. Я ожидаю приказа протянуть ему руки. Но Кристиан действовал по другому сценарию.

– По-моему, вам не мешает одеться, мисс Стил, – бормочет он.

Он надевает мне на шею галстук и медленно, но искусно завязывает его узлом, кажется, виндзорским. Когда он затягивает узел, его пальцы прикасаются к моему горлу, и меня пронзает электричество, я ахаю. Он оставляет конец галстука длинным-предлинным, до моего лобка.

– Сейчас вы выглядите превосходно, мисс Стил, – говорит он и нежно целует меня в губы.