Эрика Джеймс – Мистер (страница 119)
Позади меня кто-то кричит.
«Алессия!»
– Слезь! – орет по-английски ублюдок.
Меня хватают и пытаются оттащить. Оттолкнув чужие руки, я наклоняюсь низко-низко, так, что чувствую вонь изо рта этого мерзавца, и рычу ему в лицо:
– Еще раз тронешь ее – и я тебя убью на хрен!
– Треветик! Максим! Макс! – кричит Том.
Он хватает меня за плечи и стаскивает на пол. Часто дыша, я поднимаюсь на ноги. Меня аж трясет от злости и жажды мести. Ублюдок пялится на меня с пола, а отец Алессии с ружьем наперевес встает между нами. Зло глядя на меня, он взмахивает ружьем, приказывая отойти, и я неохотно отступаю.
– Успокойся, Максим, ты ведь не хочешь вызвать межнациональный конфликт? – говорит Том.
С ненавистью глядя на меня, ублюдок поднимается с пола.
– Ты как все англичане – мягкий и слабый, а ваши женщины тверды.
– Слышь, ты, дерьмо, моей мягкости хватит, чтобы навалять тебе по первое число!
Приступ ярости сходит на нет, и я слышу, как за спиной волнуется Алессия.
«Черт».
Отец стоит между двумя мужчинами, оценивающе разглядывая обоих.
– Вы пришли в мой дом и учинили здесь насилие! На глазах моей жены и дочери! – говорит он Максиму и Тому.
«Откуда здесь взялся Том?»
Алессия помнит их встречу в Брентфорде и на кухне в квартире Максима. Помнит даже, что у него шрам на ноге.
Том взволнованно проводит рукой по рыжим волосам и смотрит на ее отца.
Переводчик шепчет слова ее отца на английском и отступает.
– Прошу прощения, мистер Демачи. Я люблю вашу дочь и не хочу, чтобы ей причиняли вред. Особенно этот мужчина.
Максим открыто смотрит на отца. Нахмурившись, тот переводит взгляд на Анатолия.
– А ты? Ты привез ее обратно, но почему она в синяках?
– Ты знаешь, какой у нее характер, Джак. Ее нужно обломать.
– Обломать? Таким образом? – Отец указывает на ее шею.
Анатолий пожимает плечами.
– Женщина. – Его тон подразумевает, что это само собой разумеющийся поступок.
Услышав перевод этих фраз, Максим стискивает зубы и сжимает кулаки. Его напряжение и гнев ощутимы почти физически.
– Не надо, – шепчет Алессия и кладет ему руку на плечо.
– А ты помолчи! – Отец поворачивается к ней. – Ты навлекла на нас позор. Ты сбежала и вернулась шлюхой. Раздвигала ноги для этого англичанина.
Побледнев, Алессия опускает голову.
– Babё, Анатолий убьет меня, – шепчет она. – Если ты хочешь, чтобы я умерла, лучше сам убей меня из этого вот ружья. Тогда я хотя бы умру на руках у того, кто меня любит.
Она смотрит на побледневшего отца, а Танас тихо переводит их разговор для Максима.
– Нет, – с твердой решимостью говорит Максим, и все смотрят на него.
Он быстро встает перед Алессией.
– Не трогайте ее. Никто.
Отец пристально смотрит на него, и Алессия не в силах понять – злится он, или его впечатлило поведение Максима.
– Твоя дочь – порченый товар, Демачи, – говорит Анатолий. – Зачем мне чужие объедки и ее ублюдок? Оставь их себе и попрощайся с деньгами, которые я тебе обещал.
– Ты и правда так поступишь со мной? – Отец хмуро смотрит на Анатолия.
– Ты нарушил обещание.
– Деньги? Этот мерзавец, что, купил тебя? – выслушав переводчика, тихо спрашивает Максим у Алессии.
Алессия краснеет, а Максим смотрит на ее отца и говорит:
– Я дам вам денег.
– Нет! – кричит Алессия.
Отец зло глядит на Максима.
– Этим ты его опозоришь, – шепчет Алессия.
–
Загораясь гневом, Максим делает шаг к нему, но на сей раз Анатолий готов. Он достает из кармана пистолет.
– Нет! – Алессия быстро встает перед Максимом.
– Даже не знаю, кого лучше застрелить – тебя или его, – произносит Анатолий на албанском и смотрит на ее отца.
Отец переводит взгляд с него на Алессию.
Воцаряется напряженная тишина.
– Что ты собираешься сделать, Анатолий? – Алессия подается вперед. – Застрелить его или меня?
Переводчик произносит это по-английски для Максима, и тот хватает Алессию за руку, но она высвобождается.
– Прячешься за женщину? – презрительно произносит по-английски Анатолий. – У меня хватит пуль для вас обоих.
Его торжествующий вид вызывает у Алессии отвращение.
– Нет, не хватит, – говорит она.
– Что? – Нахмурившись, Анатолий смотрит на пистолет.
– Этим утром в Загребе, пока ты спал, я вынула пули из твоего пистолета.
Прицелившись в Алессию, Анатолий нажимает на курок.
– Нет! – кричит отец и прикладом ружья сшибает Анатолия наземь.
Разозлившись, Анатолий наводит пистолет на него и нажимает курок.
– Нет! – хором кричат Алессия и ее мать.
Но пистолет лишь тихо щелкает.
– Твою мать! – Анатолий смотрит на Алессию со смесью восхищения и досады. – Как же ты меня бесишь, – бормочет он и встает.
– Уходи! – кричит отец. – Уходи сейчас же, Анатолий, пока я не пристрелил тебя. Или ты хочешь начать кровную месть?