Эрика Джеймс – Еще темнее (страница 156)
– Сегодня я умирала тысячу раз. – Ее голос срывается на последнем слове, и она рыдает. Я держу ее в своих объятиях. Я еще никогда не видел ее такой. Мою маму. Она обнимает меня. Как хорошо. – Ох, Кристиан, – всхлипывает она и прижимается щекой к моей шее. Я нежно покачиваю ее и глажу по спине.
– Живой! Черт побери, ты здесь! – Из офиса Тейлора появляется отец, за ним Тейлор. Каррик бросается к нам с мамой и обхватывает руками нас обоих.
– Папа?
Тут к нам присоединяется Миа. Обнимает нас всех.
Семейные объятия.
Когда такое случалось?
Каррик отходит в сторону первым и вытирает глаза.
Он плачет?
Миа и Грейс тоже отходят.
– Извини, – говорит Грейс.
– Ма, все в порядке, – бормочу я, удивляясь такому неожиданному вниманию.
– Где ты был? Что случилось? – восклицает Грейс и, все еще рыдая, берет в ладони мое лицо.
– Мам. – Я снова обнимаю ее и целую в лоб. – Я здесь. Все хорошо. Просто чертовски долго добирался из Портленда. Что это за торжественная встреча?
Я поднимаю голову и вижу мою девочку. По ее лицу текут слезы, глаза широко раскрылись. Она прекрасна. Моя Ана.
– Мама, у меня все в порядке, – говорю я Грейс. – Что случилось?
Она говорит со мной так, словно я маленький мальчик.
– Кристиан, от тебя так долго не было вестей. Твой полетный план… ты не долетел до Сиэтла. Почему ты не связался с нами?
– Я не предполагал, что это займет так много времени.
– Почему ты не позвонил?
– У меня разрядился аккумулятор.
– Почему ты не позвонил с другого телефона?
– Ма, это длинная история.
– Ох, Кристиан! Больше никогда не поступай так со мной? Понятно?
– Да, мама. – Я вытираю большими пальцами ее слезы и снова прижимаю к себе. Как хорошо держать в объятиях женщину, которая тебя спасла.
Грейс успокаивается и отходит, а меня обнимает Миа. Крепко. А потом колотит кулачками по моей груди.
– Ты так нас напугал! – кричит она, вся в слезах.
Я утешаю ее, бормочу, что ведь я вернулся.
Элиот, омерзительно загорелый и свежий после отдыха на море, тоже меня обнимает.
– Рад тебя видеть, – говорит он громко, немножко грубовато, но его голос переполнен эмоциями.
В горле встает комок.
Это моя семья.
Они заботятся обо мне. Они чертовски заботятся.
Они все переживали за меня.
Семья – самое главное.
Я делаю шаг назад и смотрю на Ану. За ее спиной стоит Кэтрин, гладит ее по голове. Я не слышу, что она говорит.
– Я хочу поздороваться со своей Аной, – говорю я родителям.
Мама улыбается мне сквозь слезы, и они с Карриком отходят в сторону. Я иду к Ане, и она встает. Мне кажется, она все еще не верит, что я вернулся. Она стоит и плачет, но потом внезапно бросается в мои раскрытые объятия.
– Кристиан! – рыдает она.
– Тише-тише, – бормочу я и с облегчением прижимаю к себе ее хрупкую фигурку. Я благодарен ей за все, чем она стала для меня.
Утыкаюсь носом в ее волосы и вдыхаю их сладкий, сладкий запах. Она поднимает ко мне свое прекрасное, залитое слезами лицо, и я быстро целую ее в нежные губы.
– Привет, – шепчу я.
– Привет, – отвечает она охрипшим голосом.
– Скучала?
– Немножко. – Она шмыгает носом.
– Понятно. – Я вытираю ей слезы пальцами.
– Я думала… я думала… – рыдает она.
– Понятно. Тише… Я здесь. Я здесь… – бормочу я и опять целую ее. У нее всегда мягкие губы, когда она плачет.
– У тебя все в порядке? – спрашивает она и протягивает ко мне руки. Она трогает мои плечи, грудь, руки. Но я не против. Я радуюсь ее прикосновениям. Тьма давно исчезла.
– Все нормально. Я никуда не денусь.
– Ах, слава богу. – Она обхватывает меня руками за талию и прижимает к себе.
Блин. Я весь пропотел. Мне надо принять душ. Но она, кажется, этого не замечает.
– Ты голоден? Тебе надо что-нибудь выпить? – спрашивает она.
– Да.
Она собирается принести мне что-нибудь, но я не хочу ее отпускать. Я обнимаю ее за плечи и протягиваю руку фотографу.
– Мистер Грей, – говорит Хосе.
– Пожалуйста, просто Кристиан.
– Кристиан, с возвращением. Я рад, что все в порядке… и… хм-м… спасибо, что позволили мне переночевать.
– Нет проблем. – Только держи руки подальше от моей девочки.
Нас прерывает Гейл. У нее распухли глаза. Она тоже плакала.