Эрик Рыжебородый – (Вне)земные хроники (страница 8)
Голос «призрака» вернул его на грешную землю Электры. Опытный разведчик торопил «зазевавшегося» сержанта, остававшегося последним с мальчиком на этой стороне пропасти, быстрее перебраться через предусмотрительно заминированный мост.
Степан смахнул слезу свободной левой рукой. Крепче прижал ребёнка и устремился в будущее, оставляя в прошлом блокпост, капитана и Машу.
***
Степан сидел на разбросанных металлических ящиках, глядя на грациозно стоящий в ста метрах от него шаттл – последний космический аппарат, покидающий родную Электру. Смогли. Успели. «Призрак» успешно вывел их маленький отряд прямо к космопорту, и сейчас они вместе с остальными людьми, уцелевшими в учинённом пришельцами геноциде, грузились на борт.
Рядом с кораблём кипела работа. Мощные насосы непрерывно качали ракетное топливо, заполняя равномерным гулом всю округу. Солдаты, смеясь и подтрунивая друг над другом, помогали механизмам загружать челнок. Раненых и большинство гражданских уже разместили. У трапа не более двух сотен человек. Женщины громко переговаривались активно жестикулируя. Дети дружной стайкой бегали вокруг родителей, играя в салочки. Мальчик тоже носился среди сверстников. Весёлый и беззаботный. Казалось, не было ада последних месяцев.
Человек помнит плохое лучше, чем хорошее. Возможно, это так. Однако нельзя отрицать и то, что, увидев свет надежды в конце туннеля, люди тут же стремятся к нему, отринув имевшие место горе и беды.
В шлеме Степана внезапно раздался сигнал вызова. Приказ: «Немедленно занять южную охранную вышку космопорта. Помешать противнику достигнуть зоны погрузки раньше, чем она будет завершена. Необходимо задержать врага любой ценой. С управлением вооружением вышки справится один человек».
По интонации и предоставленным пояснениям Степан понял – задание самоубийственное. Ему фактически приказали лично выбрать из своих людей смертника. Последнего, кто погибнет на Электре. Он бросил взгляд в сторону шаттла. «Кого? Михалыча? Старый фермер стоит в полный рост, широко улыбается наполовину беззубым ртом. Многодетная семья эвакуирована два дня назад, с нетерпением ждёт благополучного возвращения своего мужа, отца, деда. Нет, нельзя. Андрея? Парнишке всего семнадцать лет. Пользуясь неразберихой и повальным отсутствием документов, он приписал себе год, чтобы пойти воевать. Ему ещё жить да жить. Нет. Игоря или Станислава, добровольцев с Антеи, прилетевших помогать колонистам Электры завоевать свободу и теперь с чувством выполненного долга направляющихся домой? Тоже нет». Сержант перебрал весь взвод, не сразу сообразив, что не сможет никого из бойцов послать на верную смерть. Ситуация повторялась, в точности как на блокпосту. Кто-то должен умереть за остальных. Степан вспомнил капитана звёздных стрелков и последние слова офицера: «Запомни, сержант, командир не должен отдавать приказа, который не готов выполнить сам».
«Всё верно. Так и должно быть!» – понял Степан, поднял автомат и решительно направился к вышке. Он уже пожертвовал Машей и сейчас сам выполнит свой приказ.
Чем дальше сержант отходил от корабля, тем увереннее и быстрее шагал. На второй этаж вышки Степан просто взлетел. Заняв место в кресле стрелка, запустил самодиагностику системы вооружения. Лампочки на пульте ожили, замигали, постепенно переключаясь на зелёный цвет, сигнализируя человеку, что всё в полном порядке: неуправляемые ракеты «земля-земля» заряжены, шестиствольный крупнокалиберный пулемёт готов к стрельбе.
Шорох за спиной! «Враг! Обошёл, прокрался!» – Степан мгновенно развернулся, выпустив короткую очередь из автомата. Если бы вошедший был человеком одного с ним роста, то пули прошили бы грудь нежданного гостя. А так смертоносные пчёлы ударились о стену, утонув в её мягком звукоизолирующем покрытии, прямо над головой восьмилетнего ребёнка, стоявшего на верхней ступени лестницы. Мальчик сбежал из-под опеки взрослых и последовал за Степаном.
Мужчина и ребёнок смотрели друг на друга молча. Им не надо было слов, мальчик не уйдёт, ничто больше не заставит его потерять близкого человека, ведь они – одна семья.
Датчики сканеров движения призывно загудели – противник вошёл в зону поражения. Степан сосредоточил внимание на мониторе. Мальчик уселся в дальнем углу комнаты, пристально наблюдая за действиями солдата.
Степан нажал кнопку на пульте, отправив первую партию ракет навстречу врагу. Через пару секунд линия горизонта скрылась за облаками взрывов. Время тянулось бесконечно. Со стороны могло показаться, что всё! Захватчики уничтожены! Но нет. Вот один, второй, третий вынырнули из дыма, преодолев воронки и тела павших собратьев. Степан отправил следующую партию ракет, затем третью. На экране загорелись цифры обратного отсчёта. Двадцать семь минут. Время перезарядки пусковых ракетных установок. Долго, очень долго. Теперь пулемёт. Степан дождался приближения противника и буквально скосил первый ряд нападавших одной длинной очередью. Затем он стрелял фактически без перерыва, благо человеческий «гений» позаботился, снабдив пулемёт уникальной системой охлаждения сжиженным кислородом и почти бесконечным запасом патронов, которые по мере расхода подавались из хранилища, расположенного под вышкой.
– Погрузка успешно завершена. Отступайте, сержант. Старт через пять минут. Ждём вас. Поспешите. – Мягкий голос пилота шаттла раздался внутри помещения вышки.
«Негусто, – не отрываясь от стрельбы, подумал Степан, – впрочем, на большее сложно рассчитывать, зная быстроту наступления противника. Изначально понятно, путь на вышку – дорога в один конец. Бросить амуницию и снаряжение. Бегом. Успеть можно. Правда, с ребёнком никак не управиться за отведённое время. Двигаться с моей скоростью он не сможет, а с ним на руках… Судьба… Кому на роду написано разбиться – не утонет. Мальчик погибнет на планете. Так решено свыше. Он должен был умереть ещё в городе под обломками здания или по пути к блокпосту. Да, и там ему реально фартануло, что «призрак» из местных и знал дорогу… Судьбу не обмануть…»
– Спасибо. Взлетайте. Со мной ребёнок. Вдвоём не успеть… Надеюсь, это было не напрасно, – решительно ответил пилоту Степан, с наслаждением превратив очередного врага в решето. – «Этот будет за меня! А вот ты, засранец, – за мальчика…»
– Внимание! Расчётное время прибытия на борт четыре минуты. Оставьте открытым грузовой люк. Выдвигаемся немедленно, – неожиданно вклинился в диалог третий участник, отчего у Степана по спине пробежали мурашки. Он услышал голос, можно сказать, мертвеца, того, кто никак не мог сейчас с ними разговаривать.
– Мама? – робко подал голос из своего угла мальчик, тоже узнавший говорившего.
«Парнишка, конечно, обмолвился. Он хотел сказать… Маша». – Степан внимательно на экране монитора оглядел равнину, расстилавшуюся перед ним, по которой со всех сторон подступали орды пришельцев. Справа, из-за невысоких холмов, показалась едва заметная точка. Она приближалась, росла. БМП. Без башни, с искорёженной и местами расплавленной лазерами бронёй. Корпус машины практически обуглился, камуфляжная краска обгорела, поэтому чёрное пятно было хорошо заметно издалека. Сминая гусеницами врагов, Маша прокладывала путь по кратчайшему расстоянию к башне.
Степан подхватил мальчика на руки, устремившись вниз по винтовой лестнице, навстречу БМП, навстречу спасению. Его мысли в этот момент были просты – только не споткнуться, только бы не споткнуться… Он не думал, как Маша смогла уцелеть в той бойне на блокпосту, где и как переправилась через реку, как удалось оказаться в нужное время в нужном месте и что делал искусственный интеллект в этот миг – банально выполнял заложенную в него программу или осознанно рисковал собой ради спасения дорогих для себя людей?
Мальчик намертво прижимался к Степану, обхватив шею солдата руками. Ребёнку в известной мере проще. Он плывёт по течению. Мальчику уютно и спокойно, все волнения и переживания для него закончились, ибо снаружи та, кто никогда его не оставит, всегда позаботится и защитит, не задумываясь и не колеблясь пожертвует собой столько раз, сколько будет надо, та, кто беззаветно любит его просто так, просто за то, что он есть, та, кого во все времена называют коротким и нежным словом – мама.
Последний боец
576 c.p.c, 10 сентября, 10:05, эсминец D11-10432 «Ахиллес». Бортжурнал. Запись.
Пятый день как эскадра заняла позицию на высокой орбите Алкионы. Война с захватчиками – негуманоидной расой дартасов – проиграна, мы отступаем. Для защиты планеты сил недостаточно. Идёт эвакуация. Транспорты с колонистами покидают родной мир один за другим. Наша задача – их защита. Алкиона – сельскохозяйственная планета с полумиллионным населением, расположенная на задворках Колониального союза и не представляющая стратегической цели, поэтому миссия эскадры – формальность для успокоения людей – нападения не ожидается.
С планеты прибыл шаттл, доставивший груз и одного человека. На посадочной палубе дроны приступили к разгрузке челнока, а его пассажир – молодая темноволосая девушка с короткой стрижкой, бодро спрыгнув на палубу, выхватила у дрона свой рюкзак с вещами и, накинув на одно плечо, застыла на месте, не понимая, куда идти, – её никто не встречал.