Эрик Рыжебородый – (Вне)земные хроники (страница 5)

Это создавало проблемы. Ненависть к врагу среди колонистов была велика, а к правящей верхушке особенно. Михалыч, имея своих детей и десяток внуков, ребёнка не обидит. А вот другие, в особенности Игорь или Станислав – добровольцы с Антеи, прилетевшие поддержать жителей Электры в борьбе за свободу, вполне могли расправиться с мальчуганом, следуя принципу «из яиц кобр вылупляются только кобры». Степан не знал, кто такие «кобры», на его родной планете змеи не водились, но понимал, что запросто может стать невольным соучастником безобразной расправы, если ничего не предпримет или останется в стороне.

– Кто-нибудь рубашку видел? – с незначительной надеждой на отрицательный ответ спросил Степан.

– Все! В том-то и дело! Он же орал и извивался, как бешеный. Руку мне прокусил. Вон, до сих пор дёргается.

– Понятно. Отдай мальчика Маше. Скажи, я приказал охранять.

Михалыч удовлетворённо хмыкнул и поволок ребёнка к выходу. Решение командира пожилого солдата вполне устроило – он бы мальчика не защитил, а к Маше не подступишься, с ней дитё будет в полной безопасности.

Степан от природы не был кровожадным, хотя в пиковой ситуации даже в детстве не раз бился с другими пацанами в кровь. В посёлке всяко бывало. А вот младший брат, Алексей, был задира ещё тот и не раз провоцировал старших ребят по пустякам. На Степана невольно нахлынули воспоминания. Посёлок. Ферма. Дом, милый дом. Ему нечего было делить с землянами. Сергей – сын местного офицера правопорядка – являлся его самым закадычным другом, а ведь он полукровка – мать с Электры, отец – землянин. Степан и дома у них часто бывал – ничего особенного, живут как все, люди как люди.

Планета Электра вообще долгое время была в стороне от захватившей все колонии борьбы за независимость от метрополии. Вероятно, сказывалось удалённое расположение, а может, адекватность местных руководителей представительства Земли, никогда не позволявших ни себе, ни другим расистских выходок в сторону колонистов, своевременно гася межрасовые конфликты. Хотя о каких разных расах можно говорить, Степан не понимал, ведь Сергей такой же, как он, хвоста нет, рога не растут!

С чего начался бардак? Богатые колонисты захотели стать ещё богаче, не платить налоги Земле, или другие колонии, чтобы победить, стали присылать своих эмиссаров мутить воду, подбивая людей на бунт. Скорее всего, то и другое. И вот результат – люди убивают друг друга, основываясь на непонятных отличиях, которые не то что глазом, но и с помощью приборов не распознать!

Полыхнуло разом по всей Электре. Причём в буквальном смысле. Обезумевшие толпы колонистов жгли дома землян, убивая их обитателей. Степан помнил, как среди ночи его разбудили крики. Он выскочил на улицу, горел дом офицера правопорядка. Односельчане с выпученными глазами скакали вокруг пламени, а на земле в луже крови лежали тела Сергея, всех его родных. Алексей тоже был здесь, с факелом, крича: «Всех сволочей к ногтю!» Степан сжал кулаки, но ничего не сделал, так как никому не мог помочь.

Наутро земляне ответили. Предельно жестоко. Расстрелом с орбиты посёлков, где колонисты особо «отличились» в зверствах. Степан сам доставил из-под обломков, а после хоронил отца и мать. Многие дома были разрушены, многие погибли. Виновные в погромах и невинные. Те и другие. Теперь у всех появилась причина убивать.

В желающих очистить от землян Электру отбоя не было. Алексей пошёл одним из первых. В числе первых и погиб при взятии Корбонко, небольшого населённого пункта, в который заманили неопытных в ратном деле колонистов земляне, бросившись в притворное отступление. Потом подрыв заминированных зданий, накрытие посёлка шквальным огнём. Ударная бригада прекратила своё существование за пять минут.

Озлобился ли Степан? Нет. Убивал? Да. На войне иначе нельзя, приходится убивать, чтобы самому не быть убитым. Но лишать жизни невинных, детей – никогда! Степан страстно желал отомстить за смерть родителей тем, кто принял решение бомбить фермерские посёлки, тем, кто исполнял этот преступный приказ, но он не мог допустить, чтобы мальчик повторил судьбу Сергея, его родителей, других мирных жителей, погибших в ходе вооружённого противостояния сторон. Потому поручил заботу о ребёнке тому, кто не будет убивать просто так, не даст без приказа сделать это другим, единственному, в ком он абсолютно уверен, – Маше.

Маша не была местной. Появилась на Электре вместе с добровольцами с других планет, прибывшими для помощи восставшим. Когда Степан увидел её в первый раз, он немало удивился. Маша была особенной. Юноша до войны встречался с девушками. Даже слишком много, считаясь завидным женихом. Но молоденькие поселянки не трогали сердце парня, ему банально не о чем было с ними говорить, нечем заняться, кроме секса.

А вот с Машей ему было интересно. Она знала буквально всё. От созвездий и климата населённых людьми планет до способов приготовления жаркого из колунчика – маленького животного, распространённого на Электре. Маша обладала поистине энциклопедическими знаниями, охотно делившись ими со Степаном, жадным до всего нового, неизвестного. Он мог часами просиживать рядом с ней болтая о разном. Платоническая любовь, сказали бы, глядя на их отношения со стороны.

Немного его расстраивала лишь невозможность обыграть Машу в шахматы. Степан увлекался игрой с раннего детства, был чемпионом посёлка, но справиться с ней он не мог. Маша легко раскусывала все хитроумные ловушки и жертвы, нанося сокрушительные удары войску Степана, выигрывая партию за партией.

Врага Маша всегда обнаруживала первой, уничтожала эффективно и безжалостно, приказы выполняла чётко, без задержек и сомнений. Идеальный солдат, в любое время готовый к бою.

Она во всём устраивала Степана, но тем не менее один недостаток у неё имелся: Маша была смарвиком – искусственным интеллектом БМП, приданной в усиление взводу колонистов.

***

Типичный смарвик, созданный человеческим гением для скорейшего уничтожения врагов. Такова суть Маши. Первоначально искусственному интеллекту поручали управление боевыми кораблями флота колоний, от шустрых эсминцев до гигантских линкоров. И делали это смарвики весьма неплохо, по крайней мере лучше людей, что, собственно, и дало возможность колониям на равных бороться с метрополией, заметный численный перевес флота землян компенсировался большей эффективностью кораблей колонистов.

Затем в качестве эксперимента появились прототипы-истребители с искусственным интеллектом. Заметный прорыв и значительный риск. Ведь небольшое судёнышко не имело на борту ни одного человека, фактически являясь самодостаточной боевой единицей. «Прецедент Сатона», когда истребитель-смарвик, проигнорировав прямой приказ вышестоящего начальства, спас человека – командира звена перехватчиков, оставил двойственное впечатление, явно показав человечность искусственного интеллекта со всеми людскими достоинствами и недостатками.

Следующий шаг – автоматизированные БМП и танки – машины существенно примитивнее тяжёлого линкора, быстроходного эсминца, манёвренного истребителя. Это всё равно как выпускнику института дать упражнение уровня дошкольной ясельной группы – слишком легко для искусственного интеллекта, неэффективно! Большая часть ресурсов смарвика не используется, простаивает. Вот и Маше нечем было себя занять! Она изучила всю свободную доступную информацию, прошерстив электронные библиотеки на своей родной планете. Единственная отдушина – общение с подобными себе. С людьми сложнее, те, что попадались Маше – солдаты, офицеры колониальной армии, – не горели желанием разговаривать с «роботом», не желая понимать даже простейшее, например, что она женщина. У людей в этом вопросе вообще отсутствовала логика. Вот почему человек – мужчина или женщина? Ответ очевиден – так сложилась комбинация генов. Почему смарвик – мужчина или женщина? Ответ также очевиден – так сложилась комбинация байтов. Элементарно для смарвиков, но людей постоянно ставит в тупик.

Искусственный разум приспособлен выполнять приказы человека, с определёнными ограничениями, конечно. Ну а если распоряжений нет, то можно придумать цель! Ведь смарвики не роботы, которых отключают, когда их услуги не требуются. Маша решила сотворить невозможное – поднять уровень знаний Степана хотя бы до среднего, сделать из фермерского сынка образованного человека. Эта идея возникла у неё не на пустом месте. Во-первых, ей впервые повстречался индивид, видящий в ней живое существо, а не машину. Во-вторых, Степан живо интересовался всем на свете, желая узнать всё и обо всём, и, безусловно, не мог упустить такую уникальную возможность, как общение с диковинкой – ведь он раньше не только не видел смарвиков, но даже не подозревал об их существовании. Мир молодого фермера ограничивался родным посёлком.

Сперва Степан учился хорошо, с желанием. Это упрощало процесс. Правда, со временем Маша заметила: усвоение материала идёт медленнее. Более того, некоторые поставленные задачи для человека оказались вообще непосильными. Например, шахматы. Она, как могла, играла проще, неоднократно повторяя одни и те же комбинации, но Степан не запоминал и не перенимал их. Он проигрывал и проигрывал, расстраивался, тем не менее приходил снова и снова, не теряя надежды победить.