Эрик Поладов – Крюгер (страница 17)

Ближе к утру Джеймс покинул заведение. Последняя встреча существенно подкорректировала его планы, и хоть не существенно, но бюджет – тоже. Он предпочитал поддержать организацию Альвареса своим влиянием и, если понадобится, финансами, чем рисковать собственностью на чужой территории, которая обошлась ему почти в полтора миллиарда фунтов. В любом случае, если Мигель добьётся своей цели, Джеймс будет иметь тесные связи в самых верхах Каталонской республики, что положительно скажется на работе его компании.

Он свернул на трассу, которая к тому моменту уже не светилась яркими огнями, как это было поздним вечером. К началу восьмого утра дорога была невероятно оживлённой. Огромные потоки транспорта, основная часть которого направлялась в Барселону и её окрестности. На подступах к пригороду Джеймс уже встал в пробку. В ожидании очередного сдвига в автомобильной очереди его пальцы постукивали по рулю, после чего правая рука потянулась к подлокотнику, под которым лежала пачка «мальборо». В этот момент зазвонил мобильник. На экране высветилось имя заместителя – Роджер Стоун:

– Алло.

– Джеймс, ты можешь говорить? – молвил Роджер каким-то нервозным голосом.

– Да, я слушаю – ответил Джеймс, доставая из панели пачку сигарет.

– У нас тут назрела проблема.

– А поподробнее.

– Нас хотят засудить. Покупатель утверждает, что его крюгер не диагностировал раковую опухоль желудка и рекомендовал приём простых антибиотиков. Пациент принимал не то лекарство, болезнь прогрессировала и… в общем – дыхание Стоуна сбивалось – …всё дошло до летального исхода.

Лицо Джеймса продолжало сохранять беззаботный вид. Он плавно нажимал на педаль газа, чтобы проехать немного вперёд и неторопливо извлекал табачный дым через открытый люк, пока Роджер в спешке бормотал:

– …теперь сын покойного хочет подать иск.

– Он ещё не сделал этого?

– Нет.

– Отлично. – Джеймс высунув левую руку с сигаретой в окно, продолжая говорить спокойным тоном: – Отправьте к нему юриста, пусть пихнёт столько, сколько попросит, и…

– Нет-нет. Я не договорил. Он не дошёл до суда, потому что об этом узнали в Минздраве. Так что это они хотят засудить нас.

После этих слов каменное лицо Крюгера моментально сменило выражение, которое можно описать, как вершина озабоченности.

– Твари… с-су-у-у-у…

После того, как Джеймс вспомнил всю незензурщину, какую знал, Роджер продолжил:

– Джеймс, что делать? Джеймс?! Алло?!

Спустя три недели. Студия популярного, скандального и, в то же время, очень авторитетного телевизионного ток-шоу «Из уст в лицо», куда был приглашён Джеймс Крюгер. Ведущий Сэм Вон прославился отсутствием комплексов и, порой, безнравственностью во время интервью, задавая вопросы, часто затрагивающие очень деликатные темы, о которых не принято говорить на всю страну. Но от дешёвых ток-шоу, где показывают семейные разборки и перемывают кости неверным супругам и любовникам, шоу «Из уст в лицо» отличалось тем, что Сэм Вон вёл беседы с самыми авторитетными и влиятельными людьми в Великобритании. Он задавал вопросы людям, которые влияли на жизнь миллионов. Благодаря возможности задавать важные и провокационные вопросы высокопоставленным политикам, предпринимателям, разработчикам высоких технологий и прочим влиятельным людям, Сэм Вон неоднократно признавался самым популярным журналистом в стране. Напротив него всегда сидел человек, от которого зависит слишком многое в Великобритании, чтобы этот человек продолжал оставаться в тени, и эти интервью крайне редко заканчивались без скандала. Появление в студии шоу «Из уст в лицо» практически гарантировало гостю, что завтра его имя будет на первых полосах всех газет.

Теперь Джеймсу предстояло отвечать на вопросы журналюги, которого многие считали крысой, готовой продать мать родную ради высоких рейтингов.

– …два, один, пошла заставка – после слов режиссёра ведущий и гость настроились на прямой эфир.

Свет в студии приглушили, и теперь всё внимание зрителей было сфокусировано только на ведущем, госте программы, столе и двух стаканах воды, которые редко оставались нетронутыми ввиду того, в какое бешенство мог приводить героев своего шоу Сэм Вон.

– Добрый вечер уважаемые телезрители – энергичным голосом приветствовал Вон свою аудиторию по ту сторону экрана, когда камера взяла его крупным планом. Он всегда с радостью приветствовал тех, кто жаждал увидеть хороший отменный и громкий скандал во время прямой трансляции, когда не получится что-то вырезать, а иногда даже и запикать хоть что-нибудь из обсценной лексики. – Мы с вами всю неделю ждали возможности задать вопрос одному из самых, а возможно и самому выдающемуся гению современности. Сегодня у нас в гостях президент компании «Андроиды Крюгера» Джеймс Крюгер.

В этот момент режиссёр отдал приказ переключиться на камеру, охватывающую анфас Джеймса.

– Человек, который изобрёл невероятно востребованных и умных андроидов, ставших незаменимыми в быту. Без этих андроидов или, – ведущий продолжал говорить, жестикулируя рукой и взглянув на сидящего напротив него Джеймса, – как часто их называют, крюгеров, невозможно представить рядовые будни современного человека. Итак, Джеймс, – повернувшись к гостю Сэм Вон задал свой первый вопрос, – расскажите телезрителям о том, как вы изобрели это чудо, которое несомненно можно назвать последним словом техники?

Джеймс закинул правую ногу на левую, скрестил руки в замок перед собой и начал рассказ:

– Когда я учился в институте, один из преподавателей дал нам задание на летние каникулы. Суть этого задания заключалась в написании умной программы. Но как все знают, чем умнее система, тем она сложнее. – Ведущий совершил лёгкий наклон в сторону Джеймса и, приложив пальцы к губам, внимательно слушал рассказ гостя, лишь изредка моргая глазами, которые он вечно прятал за очками с толстой чёрной оправой, ставшими его неотъемлемым аксессуаром и товарным знаком, сделавшим его физиономию особенно узнаваемой. – Спустя пару дней я сидел дома на диване перед телевизором с полной тарелкой мороженного и смотрел документальный фильм, в котором рассказывали об эволюции бытовой жизни человека; о том, как жизнь значительно упростилась с появлением прогрессивных гаджетов. Но вслушиваясь в слова тех людей, которые рассказывали об этом, я подметил одну деталь – почти все улучшения, которые появились для решения бытовых проблем, так или иначе связаны с информацией. Скажем, вы вносите в ваш смартфон информацию о дате рождения кого-то из родственников, друга или коллег по работе, и когда настаёт этот день, устройство само моделирует поздравительный текст исходя из тех параметров, которые вы задали: возраст человека, пол, степень близости, общественный и служебный статус, и так далее. Или, например, вы устанавливаете напоминание о том, что вам в какое-то время определённого дня нужно встретить друга в аэропорту, вспомнить о годовщине со дня знакомства с вашей второй половиной. Если в ваш дом вломились воры, а вы находитесь в этот момент на работе, то на ваш телефон приходит сообщение о том, что сработала сигнализация. Но это всего лишь полученная информация. На деле мы никак не можем повлиять на ситуацию. Все эти улучшения задевают работу с информацией: обработка, отправка, приём и так далее. А вот работу, которая требует физических усилий, всё равно приходится выполнять нам самим, потому что здесь никакая обработка информации пользу не принесёт. Частично человек получил физическую разгрузку, безусловно. Но большинство задач по-прежнему требуют непосредственного участия самого человека в их решении. Это как глажка одежды, уборка пыли, ремонт двери, перенесение тяжёлых предметов, что особенно важно при переездах. Незадолго до этого мы с друзьями из института решили позабавиться и собрали в моём гараже подобие человеческого макета из той груды метала, которую смогли накапать: системные блоки, холодильники, соседский электромобиль, плазма. Пальцы решили сделать из распиленных частей оцинкованной трубы небольшого диаметра, а руки и ноги – из труб большего диаметра. По-настоящему большим прорывом была голова. Мы налепили пластилин на голову от игрушечного робота, которого купили в детском мире. – В студии раздался смех. – Да, он был почти человеческого роста и поэтому идеально подходил. Мы открутили ему голову, сделали форму из пластилина, переплавили металл и получили впечатляющий результат. Мы вырезали небольшие прямоугольные отверстия и вставили аккуратно вырезанные осколки стёкол из-под солнечных очков. Мы даже поместили внутрь разъёмы для проводов, соединяющих разные части макета. Чтобы придать эстетичный вид, мы немного подшлифовали и покрасили корпус. И-и-и, надо сказать, если бы корпус был бронированным, то это был бы достойный образец терминатора в спящем режиме.

Зрители в студии в очередной раз громко засмеялись, а Джеймс тем временем продолжал рассказывать им о появлении на свет первого крюгера, периодически улыбаясь, вспоминая о ностальгических моментах своей молодости:

– Но мы конечно же понимали, что это не более, чем статичная игрушка, которая сможет, разве что, разнообразить интерьер гаража. Ведь в нем не было никакой начинки. Тем же вечером я копался в гараже и, выходя, посмотрел на этот макет, вспоминал фрагменты фильма, думал о том, какие программы есть у меня в наличии и какой должна быть та операционная система, которая сможет привести в действие этот макет. Я отправился к себе в комнату, сел за компьютер и зашёл на сайт, на котором торговали шаблонами компьютерных программ. Их было невероятное количество. Можно было купить любой вид программы в зависимости от целей, которые вы преследуете. И вот, немного покопавшись на этом сервисе, я нашёл с десяток программных обеспечений, которые можно было бы немного развить, доработать, подкорректировать, подогнать под нужды той системы, которая мне была необходима. Это сильно сэкономило моё время и ускорило процесс. Я настолько втянулся, что в новом учебном году моей ноги не было на занятиях. Мне прислали по почте уведомление об отчислении, которое я нашёл спустя полгода. – В зале раздался громкий хохот, а Сэм Вон задал внеочередной вопрос: