Эрик Поладов – Комната грехов (страница 8)
За буйное поведение, постоянные драки и наезды на охранников Маттео отсидел свой срок до конца, и лишь к двадцати семи годам оказался на свободе. В день, когда он вышел за порог колонии, местные гангстеры получили серьёзного конкурента, который начал сильно затруднять им жизнь. В день, когда истекал срок, на выходе у стен колонии Маттео встретили люди Дженнаро, которые передали ему конверт с приличной денежной суммой, вместе с которой сообщили от имени босса, что сожалеют о доставленных неудобствах и подбросили его до города. На полученные деньги он первым делом купил приличную одежду, пообедал в ресторане и сделал себе паспорт, в котором вместо «Маттео Миладжо» было указано имя «Мэтью Миллер». Он считал, что так будет проще слиться с толпой.
Мы познакомились с Маттео спустя пару месяцев, когда я выносил супермаркет. Мне было двадцать три года. Моя жизнь дала изрядную трещину. Друзей упекли за грабёж. Транспортная компания изменила маршрут для своих грузовиков, за счёт которых раньше мне удавалось хоть как-то сводить концы с концами. Теперь даже они не встречались. Хозяин квартиры обещал выселить, если до конца недели не заплачу за последние три месяца. Ввиду этих обстоятельств, не от хорошей жизни я перешёл от мелкого жульничества и уличного хулиганства к более крупным делам. Это было моё первое ограбление, когда пришлось работать в одиночку и впервые за всю жизнь я держал в руках пистолет с холостыми патронами, что не давало мне права на ошибку и отнюдь не добавляло уверенности. Поэтому вид грабителя был у меня так себе. Мой голос дрожал, а руки с пистолетом без конца дёргались.
Райончик был неспокойный. Поэтому в каждом магазине у охраны или продавца было в наличии огнестрельное оружие, что делало мою задачу небезопасной.
И вот, значит, забегаю я в магазин, стреляю в воздух. Все улеглись мордой в пол. Затем я начал требовать от охранников откинуть имеющееся у них оружие в сторону. Они смиренно выполнили мою деликатную просьбу, после чего я подошёл к кассирше и, раскрыв сумку, начал в крайне грубой форме приказывать ей выкладывать всю имеющуюся наличность.
Я просчитался, когда забирал стволы у охранников. У одного из них оказался припрятан второй. Тот подонок дождался, пока я повернусь к нему спиной и достал револьвер малого калибра.
Маттео был среди покупателей и, как и все, лежал на полу. Когда охранник только начал доставать ствол из-под правой штанины, Маттео резко поднялся с пола и вцепился в револьвер, который удерживал охранник обеими руками. Маттео ударил его лбом в нос, после чего тот слёг на пол. Затем он схватил с ближайшей полки консервную банку и ею забил охранника до смерти. Я бы никогда не поверил в то, что консервной банкой можно убить человека. Но когда я наблюдал за этим со стороны, то понимал, что в этом мире нет ничего невозможного. Маттео как будто слетел с катушек. Потом он рассказал мне, что этот охранник ему просто напомнил одного из тюремных надзирателей, которые вечно применяли свои резиновые дубинки против заключённых в колонии. Ничто не бесит так, как физиономия того, чьей работой является повседневная экзекуция безоружных людей. Пока клиенты, лёжа на полу, кричали, наблюдая за тем, как по полу растекается кровь из черепа охранника, я начал думать, что мне отошла роль такого же простого заложника. На тот момент я не знал, почему Маттео забил сотрудника магазина. У меня затряслись колени и участился пульс. Если человек способен убить одной консервной банкой, то что будет, если ему в руки попадётся ствол?
Маттео поднялся, держа в руке револьвер и позвал меня за собой. Мы покинули магазин через чёрный ход до приезда полиции.
Во время попутного разговора мою голову одолевал только один вопрос:
– Почему?
Я спросил об этом у Маттео по пути, когда мы находились далеко от патрульных машин с сигнальными сиренами.
Он отвечал спокойным голосом, будто для него такие мероприятия – рутина:
– У тебя слишком слабые нервы для того, чтобы строить из себя крутого гангстера. От тебя несёт запахом дилетанта.
– Просто это первый раз, когда я граблю самостоятельно.
– Затряслись руки, только потому что дружков не оказалось рядом? – с издевательской насмешкой спросил Маттео.
Находясь около матёрого, опытного и сидевшего парня, мне стыдиться было нечего:
– Да, представь себе. Вот такой вот я человек. Они были для меня семьёй. Без них я не могу. Тут не только руки затрясутся.
– Ладно – успокаивающе ответил Маттео. – Не ной. Ты остался один, у меня здесь тоже никого нет. Может, это… ну того, будем вместе заниматься промыслом?
– …
– Тебе впредь не придётся паниковать перед тем, как идти на дело, а я перестану чувствовать себя осиротевшим в этом городе. Ну что, идёт? – с этими словами Маттео протянул мне руку.
Мне было не по себе. Внутри сидела какая-то тревога по поводу того, что произойдёт, если я свяжусь с таким опытным и, судя по железному самообладанию, в конец потерявшим страх человеком. Мне казалось, что передо мной стоял хозяин своей жизни, которому плевать на границы дозволенного, которого стоит бояться и десять раз подумать перед тем, как что-то ему говорить. Спустя некоторое время я понял, что это оказался лишь безрассудный стереотип, который возник на фоне столь бурных и неожиданных обстоятельств, при которых мы познакомились. На деле же я понял, что мне крупно повезло, потому что это знакомство с лихвой компенсировало моё расставание с друзьями. Было понятно, что теперь я уж точно не пропаду, ведь этот парень мог меня многому научить.
Я протянул ладонь в ответ. Мы пожали друг другу руки и в этот момент мне показалось, что в моей голове что-то испарилось. Как-будто я нашёл что-то для того, чтобы избавиться от переживаний. И это что-то стояло передо мной. Мне на душе стало настолько легче, что я резко взмахнул левой рукой и забросил сумку с награбленным на плечо.
Мы начали идти в сторону, где находилась моя съёмная квартира. Маттео закинул руку мне на плечи и спросил:
– Жмуров оформлять приходилось?
На мгновение моё тело вновь охватила нервозность. Я отрицательно покивал, на что Маттео ответил:
– Значит научим. Держать ствол умеешь, стрелять в воздух тоже, так что это будет не трудно.
Робким тоном я спросил:
– А может с этим пока повременим?
– Шучу. Убивать необязательно. Вначале главное суметь просто стрелять в цель, а попадёшь или нет – это уже отдельный вопрос. Если не попал, значит парню повезло, а если попал – значит заслужил.
Маттео не понадобилось много времени для того, чтобы убить во мне пугливого и неуклюжего мальчишку и превратить во взрослого мужчину, который был лишён колебаний перед лицом опасности.
С этим знакомством мне сильно повезло. Ведь я был типичным подобием сопляка, который посчитал, что сможет жить самостоятельно, не нуждаясь в посторонней помощи, и для этого совсем не обязательно ломать мозги для поступления в колледж. Как слабоумный олух (а сейчас я вынужден это признать), в пятнадцать лет я сбежал из дома, который находится в Майами и отправился, куда дул ветер. Попутный ветер пригнал меня на северную часть западного побережья, где я окончательно превратился в убогое подобие гангстера и продолжал оставаться таким до тех пор, пока не встретил своего друга, который научил меня выживать в этом мире.
Тем же вечером, сидя у меня в квартире за бутылкой пива, Маттео рассказал мне историю своей жизни начиная с того самого момента, как он сел на корабль, доставивший его в Америку.
3. ТОНИ
Энтони Зиммер по прозвищу «Бабник». Настоящее имя – Тони Занетти. Тони представлял уже третье поколение своего рода из тех, кто родился в Америке. Его прадед иммигрировал из Италии в Сан-Франциско ещё в первой половине XIX века. Родители Тони не были богатыми, но и бедными их тоже нельзя было назвать. По уровню жизни семья Занетти находилась где-то чуть ниже среднего слоя американского населения. Отец Тони работал водителем на нефтеперерабатывающем заводе, а мать – учительницей истории в одной из местных школ. Также у Тони была старшая сестра, которую звали Мона.
Образ жизни Тони полностью оправдывал его прозвище. Поскольку его мать работала учительницей, то в школе с учёбой у него никогда не возникало проблем. Но как только гормоны пробудились, Тони было уже не до учёбы. Он подсчитал все деньги, вырученные от продажи подарков, которые получил на пятнадцатилетие. Дождавшись, когда наступит выходной день, Тони достал деньги из-под матраца. Он приобрёл у спекулянтов бутылку шампанского, купил в магазине небольшую коробку шоколада и отправился к Мануэле. Мануэла была дочкой иммигрантов из Мексики. Она училась в классе на два года старше чем Тони. По всей школе ходили слухи о том, что Мануэла отдаётся каждому встречному. Тони, искренне надеясь на то, что эти слухи окажутся правдой, подошёл накануне к Мануэле и предложил на выходных распить бутылку шампанского. В одном из ночных телешоу Тони узнал о том, что шоколад является одним из самых мощных природных возбудителей. Поэтому и покупка шоколада имела вескую причину, а не стремление сделать приятное девушке. Мануэла попросила Тони прийти к ней домой после девяти утра, когда её родители уже уедут в Лас-Вегас на поминки.