Эрик Джагер – Последняя дуэль (страница 8)
Жак Ле Гри, видимо, был удивлён не меньше Маргариты. Едва он помирился Карружем после стольких лет ожесточённых споров и отчуждения, как прекрасная молодая жена Жана внезапно выходит вперёд и целует его в губы. Уже несколько лет Ле Гри лишь выслушивал легенды о красоте мадам де Карруж, поскольку женитьба Жана на юной наследнице была довольно обсуждаемой темой при дворе. Но Жак ни разу не встречался с Маргаритой и до сего дня не видел её воочию.
Красота Маргариты, несомненно, произвела на Ле Гри сильное впечатление, как и на любого, кто её видел. И если сквайр с довольно скандальной репутацией искал новых приключений, то, скорее всего, он почувствовал влечение к молодой красавице, на мгновение прикоснувшейся губами к его устам. Возможно, именно в этот момент и вспыхнул интерес Ле Гри к Маргарите.
3
БИТВА И ОСАДА
Весной следующего года истощённый многочисленными проигранными тяжбами с графом Пьером, несмотря на недавнее применение со сквайром, Жан де Карруж решил на время покинуть Нормандию и попытать счастья на стороне, присоединившись к французскому военному походу в Шотландию. Кампания, начатая в мае 1385‑го, была инициирована французским королём. Армия французских рыцарей и вооружённых солдат направилась в Эдинбург, чтобы объединить силы с шотландцами и, аккурат к сбору урожая, двинуться дальше — на юг, огнём и мечом прорубая дорогу через английские земли, грабя и разоряя на своём пути города и замки, деревни и поселения.
Возглавлял экспедицию сир Жан де Вьен, прославленный полководец. Назначенный в 1373 году адмиралом Франции, Вьен, которому тогда было всего тридцать два года, полностью восстановил французский флот, организовал береговую оборону и совершил ряд победоносных морских рейдов против англичан. Кроме того, он разбил Карла Злого в 1378-ом и возглавил Котентенскую кампанию в 1379-ом. Карружу посчастливилось несколько месяцев служить под его командованием.
Армия адмирала насчитывала более тысячи рыцарей, сквайров и вдвое большее количество арбалетчиков и слуг–оруженосцев, вместе с которыми общая численность войска приближалась к трём тысячам. К кампании примкнули многие французские дворяне, среди которых был и Жан де Карруж, возглавляющий свой отряд из девяти сквайров.
Карруж имел склонность к авантюрам, а кампания давала ему возможность забыть на некоторое время о неудачах при дворе графа Пьера в Аржантане. Должным образом проявив себя на поле брани, можно даже заслужить рыцарское звание. Прежде всего, Карруж надеялся нажиться на этой экспедиции, компенсировать награбленным в английских городах и замках добром своё пошатнувшееся материальное положение.
Перед отъездом Карруж должен был отпроситься с военной службы у своего сюзерена. Граф Пьер охотно удовлетворил его просьбу. После всех этих бесконечных тяжб с Карружем за последние несколько лет граф был только рад хотя бы на короткое время избавиться от беспокойного вассала. Может, он втайне надеялся, что Карруж больше не вернётся, а поскольку сквайр всё ещё не обзавёлся наследником, то некоторые его земли перейдут под графский протекторат, и Пьер сможет раздать их более лояльным подданным.
Жан должен был позаботиться о комфорте и безопасности супруги в своё отсутствие. Нормандию по–прежнему опустошали вражеские войска и разбойничьи шайки, и возможно, Маргарита боялась, что в замке де Карруж без мужа она не будет в безопасности. А может, просто Жан не доверял молодой супруге. Поблизости ошивались солдаты из военного гарнизона, да и до двора графа Пьера и соседних замков было рукой подать.
Поэтому, прежде чем отправиться в поход, Жан доставил Маргариту в замок её отца Фонтейн–Ле–Сорель, примерно в двадцати милях к юго–западу от Руана. В этом замке Маргарита родилась, выросла и покинула его лишь пять лет назад, выйдя замуж за Жана. Возможно, она сама выбрала Фонтейн–Ле–Сорель, хотя теперь там и хозяйничала её мачеха. Можно было, конечно, остаться с овдовевшей свекровью, но такая перспектива Маргариту вряд ли прельщала.
Так надолго Маргарита с Жаном ещё не расставались со дня свадьбы, и возможно, у девушки были на этот счёт дурные предчувствия. Вероятно, Маргарита гадала: не наскучила ли она супругу за пять лет брака, а может, просто разонравилась? Она так и не родила ему наследников, а ведь это было главной причиной, по которой он выбрал её себе в жёны.
Но сам Жан позже утверждал, что до его отъезда в их отношениях «царили любовь, мир и согласие». Видимо, Жан был в прекрасных отношениях с семьёй Маргариты. По прибытии супругов в Фонтейн–Ле–Сорель (это случилось, по всей видимости, в апреле месяце), к ним присоединился двоюродный брат Маргариты Робер де Тибувиль, один из десяти сквайров, сопровождавших Жана в походе.
Вскоре Маргарита проводила мужа на войну. Она также попрощалась и с кузеном. Маргарита понимала, с какими опасностями им предстоит столкнуться в море и на поле битвы, а потому опасалась, что, возможно, видит их в последний раз.
Чтобы присоединиться к кампании, Жану, Роберу и их боевым товарищам пришлось отправиться из Нормандии в Слёйс, ключевой французский порт на фламандском побережье, где собирались все желающие присоединиться к армии и флоту адмирала Вьена.
В конце апреля — начале мая Жан и его соратники прибыли в шумный порт, где их взглядам предстала гавань, заполненная двумя сотнями мощных кораблей с закруглёнными бортами, пренназначенными для плавания в северных водах. Снующие портовые рабочие с важным видом грузили на корабли оружие и доспехи, среди которых были довольно примитивные пушки и огромный запас провизии, необходимой для годичной зарубежной кампании. Многие перевозили лошадей, незаменимых на поле битвы и как гужевой транспорт для перевозки багажа. Корабли везли многочисленные подарки для шотландцев, включая полусотню доспехов и пятьдесят тысяч золотых франков, надёжно запертых в прочных сундуках.
Перед отплытием адмирал Вьен выплатил армии жалованье за два месяца вперёд. Смотр войск, проведённый 8 мая 1385 года, показал, что «Жан де Карруж, эсквайр» прибыл в Слёйс с девятью сквайрами под своим командованием, и ему заплатили триста двадцать ливров, по пол–ливра в день на каждого человека.
20 мая адмирал отдал команду к отплытию. Погода стояла хорошая, и дул попутный ветер. Французы проплыли вдоль фламандского побережья на север от Слёйса, мимо Зеландии, Голландии и Фрисландии, а затем повернули на запад, к Шотландии, в залив Фёрт–оф–Форт.
Когда французы сошли на берег близ Эдинбурга, быстро распространился слух, что прибыла гигантская иностранная армия, и шотландцы тут же принялись ворчать, приговаривая: «Какого чёрта они припёрлись? Кто их сюда звал? Мы что, разучились сражаться с англичанами? Пусть убираются туда, откуда прибыли, мы и без них прекрасно справимся».
Шотландский король Роберт пошёл на поводу у своих подданных и теперь не желал идти войной на Англию, пока ему не заплатят приличную взятку. Окружённый шотландцами и не имея другого выхода, адмирал Вьен вынужден был согласиться на возмутительные требования короля Роберта. Иначе он попросту лишился бы помощи союзников.
Объединённая армия французов и шотландцев численностью примерно в пять тысяч человек в начале июля наконец выступила из Эдинбурга. Продвигаясь на юг, она пресекла реку Твид и двинулась дальше к морю, сжигая и грабя попадающиеся на пути деревни и поместья. В конце концов, она заняла крепость Уорк, построенную на скалистом уступе над Твидом.
Замок Уорк имел массивную четырёхэтажную башню с входом на каждый этаж, в виде высокого каменного свода с «пятью большими убойными отверстиями» — бойницами для метания снарядов или стрельбы. В Уорке находился сэр Джон Люсборн, который предусмотрительно перевез туда жену и детей. Предупреждённый о приближении врага, сэр Джон усилил воинский гарнизон и разместил на стенах замка «большие бомбарды» — тяжёлые пушки. Помимо установленных на зубчатых стенах пушек и арбалетов замок со всех сторон опоясывал глубокий ров, чтобы замедлить продвижение осаждающих, сделав их удобной мишенью для расположенных сверху орудий.
ОСАДА ЗАМКА УОРК (1385 г.)
Адмирал Вьен послал к сэру Джону гонца с требованием сдать крепость, грозя осадой. В ответ сэр Джон с высоты крепостных стен осыпал его ругательствами и посоветовал отступить со своими войсками подобру–поздорову, пока он не стал жертвой этих пройдох–шотландцев. Переговоры завершились штурмом.
Легкие пехотные отряды французов и шотландцев действовали по принципу «жги и разрушай» и не были оснащены тяжёлыми осадными орудиями вроде требушетов, метающих массивные каменные ядра в стены замков и на крыши вражеских домов. Маленькие переносные пушки не могли пробить толстые каменные стены. Добротный каменный фундамент замка не давал сапёрам никаких шансов сделать подкоп, чтобы обрушить стены. А спешка, в которой проводилась кампания, не позволяла ждать, пока отлично снабжённый гарнизон вымрет от голода.
Поэтому адмирал приказал устроить эскаладу. Его люди связали между собой деревянные шесты, соорудив лестницы, по которым им предстояло взобраться на стены замка; самые отчаянные — в первых рядах, за ними остальные. Приставив лестницы к стенам, французы бросились в бой словно львы: карабкались на отвесные стены и бились в рукопашную, плечом к плечу, клинком к клинку. Сэр Джон Люсборн показал себя довольно искусным воякой, умело истребляя карабкающихся по стенам французов.