Эрик Джагер – Последняя дуэль. Правдивая история преступления, страсти и судебного поединка (страница 27)

Но преждевременная смерть королевского наследника не заставила Карла и его придворных отменить запланированные праздничные торжества. Новый год считался почти таким же важным праздником как Рождество, и король вместе со своей свитой сразу же окунулся в череду празднеств, пиршеств, танцев и других развлечений. «В тот год Новый год при дворе отмечали с небывалым размахом… И несомненно главным событием праздничных торжеств был судебный поединок между Жаком Ле Гри и Жаном де Карружем».

По удивительному совпадению, женщина, судьба которой зависела от исхода поединка, родила примерно в тоже время, что и королева. Мальчик, которого при крещении назвали Робером, по всей видимости родился после 9 июля, когда началось расследование в парижском парламенте, но гораздо раньше 27 ноября, когда изначально должен был состояться поединок. Высший суд Франции никогда бы не рискнул казнить беременную женщину. Скорее всего, мальчик родился между началом сентября, спустя девять месяцев после возвращения Жана де Карружа из Шотландии, и серединой октября, спустя девять месяцев после предполагаемого изнасилования. Этот временной отрезок захватывает 25 сентября, когда родился дофин, так что оба малыша появились на свет почти одновременно.

Но если новорожденный сын короля и королевы умер накануне поединка, то первенец Карружа и Маргариты рисковал потерять обоих родителей и остаться сиротой, если грядущая дуэль закончится для рыцаря поражением.

Глава 2

Перед дуэлью

Рано утром в субботу, 29 декабря, рыцарь и оруженосец проснулись в своих апартаментах на противоположных концах Парижа. После умывания, посещения мессы, каждый наконец позавтракал, прервав пост, который держал весь предыдущий день. Среди участников поединков существовала традиция за день до боя воздерживаться от приема пищи и даже проводить бессонную ночь перед алтарем. Известно, что накануне поединка Жан де Карруж и Жак Ле Гри просили помолиться за них в церквях по всему Парижу. Каждый просил Бога даровать ему победу.

После купания, молитвы и завтрака, слуги стали тщательно снаряжать своих господ к бою. Одежда состояла из легкой льняной сорочки на голое тело, поверх нее более плотное льняное одеяние с прокладками в области ребер, паха и других уязвимых местах.

Настала очередь доспехов. Их надевали, идя снизу вверх, и крепили по частям, чтобы снизить напряжение тела, поскольку это был долгий процесс.

Легкую матерчатую или кожаную обувь на ногах закрывали латные сапоги, или сабатоны, состоящие из соединенных вместе металлических пластин. Затем надевали кольчужные чулки, или шоссы, а поверх них — металлические латы: наголенники, наколенники и набедренники. Кольчужная юбка прикрывала поясницу и бедра. Торс защищал кольчужный нагрудник, который стягивался на талии кожаным ремнем.

Поверх него был либо еще один нагрудник — кираса, состоящая из металлических пластин, плотно прилегающих друг к другу, либо крепкий стальной панцирь. Отдельные элементы доспехов закрывали плечи, локти и предплечья. Руки защищали латные перчатки или рукавицы, выполненные из элементов кольчуги и металлических пластин. Перчатки внутри были прошиты кожей для лучшей хватки. Шею защищал стальной воротник. Наконец, на голову надевали плотный кожаный головной убор, а уже поверх него — бацинет, разновидность шлема с откидным забралом, защищавшим лицо и подбородок. К шлему крепили бармицу, кольчужную занавесь для защиты ушей и шеи. Опущенное клювообразное забрало с узкими прорезями для глаз и дыхательными щелями полностью скрывало лицо обладателя доспехов. Поэтому участники поединка поверх доспехов надевали безрукавку с вышитым на ней фамильным гербом. Все доспехи весили около 27 килограммов, и это без оружия и прочего оснащения[22].

Пока дуэлянты облачались в доспехи, к поединку готовили их лошадей. В Средние века рыцарский боевой конь являлся особой породой лошадей, отличаясь от тех, что использовались для охоты, поездок, полевых работ и других целей. Это всегда был или жеребец, или мерин — рыцарь никогда не сражался верхом на кобыле. К XIV веку это, как правило, был «могучий конь» ростом в 16 ладоней (одна ладонь равна 10,16 см) и весом до 635 кг. Конь должен был быть достаточно сильным и выносливым, чтобы выдержать под собой 140 кг — седло, наездника в доспехах и оружие. Боевых лошадей специально тренировали для быстрых атак, неожиданных поворотов, прыжков и других боевых маневров. Некоторые лошади даже были обучены убивать, вставая на дыбы и нанося удар копытом с металлической подковой.

Хорошие боевые лошади стоили дорого, их цена могла быть в несколько сотен раз выше цены рабочей или даже верховой лошади. Нормандия, где коневодство развивалось с давних времен, была просто усеяна фермами по разведению лошадей. Здесь выращивали жеребцов, известных по всей Европе.

В суде Карруж утверждал, что Ле Гри «богат, и в его распоряжении лучшие лошади». Сам же рыцарь, несмотря на финансовые затруднения, едва ли стал бы экономить на покупке хорошего боевого коня, поскольку от этого зависела его собственная жизнь, жизнь его жены и все остальное. Неизвестно привез ли каждый из них любимого боевого коня с собой или купил в Париже. Но эта лошадь предназначалась только для поединка.

Стандартная конская амуниция включала стальные удила с кожаными поводьями, четыре железных подковы, седло с высокой передней и задней лукой, подпругой, которой оно крепилось к брюху лошади, и различными держателями для оружия. Корпус коня защищала попона из металлических пластин, а морду — шанфрон: специальная металлическая маска с прорезями для глаз ушей и ноздрей. Шею и круп лошади также часто защищали доспехами из металлических пластин или кольчуги. Иногда они были пришиты прямо к попоне. По обеим сторонам седла свисали металлические стремена, а латные сапоги рыцарей имели шпоры с шипованными колесиками, с помощью которых они могли контролировать коней, поскольку часто во время схватки им приходилось отпускать поводья.

Пока лошадей готовили к поединку, Карруж и Ле Гри, облачившись в доспехи, тщательно проверяли боевое оружие: рыцарское копье, два меча, топорик и кинжал.

Рыцарское копье (лэнс) было длиннее и тяжелее простого метательного копья, распространенного в эпоху античности и в раннем Средневековье. Оно произвело революцию в ведении боя во время Первого крестового похода (1095–1099 гг.). Французские рыцари верхом наносили им сильные точные удары, сея панику среди сарацинов. Лэнс и техника владения им быстро распространились по Европе. Оружие стали применять как на поле боя, так и в турнирах и судебных поединках. Длина рыцарского копья составляла от 3 до 5,5 м, а вес — от 13 кг и более. К наконечнику крепилось стальное лезвие в форме листа или ромба, острое как бритва. Место захвата копья защищал круглый маленький ручной щиток. До того, как начать атаковать, рыцарь держал копье вертикально справа от себя, а в седле для оружия имелся специальный упор. Начиная атаковать, всадник опускал копье горизонтально перед собой, прижимал его к телу правой рукой и фиксировал древко на щите, который в свою очередь прижимал к груди левой рукой.

На древке копья, в том месте, где оно соприкасалось с щитом, имелась кожаная вставка, которое не давала копью соскользнуть. Приподнявшись в седле, крепко стоя в стременах с острым копьем наперевес, всадник, мчавшийся на тяжелом боевом коне, словно превращался в один мощный смертоносный снаряд.

За схваткой на копьях, как правило, следовал бой на мечах либо верхом, либо спешившись. Меч был основным оружием знатного феодала. И у Жана де Карружа, и у Жака Ле Гри имелся «крепкий короткий меч, похожий на большой кинжал, висевший у бедра». Так они были изображены на одном из королевских, ныне утерянных гобеленов.

Список оружия на судебном поединке, который состоялся в Бретани за несколько дней до боя Карружа и Ле Гри, включает: два меча, один с лезвием длиной 76,2 см и двуручной рукояткой длиной 33 см, другой с более коротким лезвием и с одноручной рукояткой длиной в 17 см[23]. Первый меч предназначался для рубящих ударов наносимых с размаха всем клинком. Второй меч, известный также как эсток, имел более толстое лезвие, заостренное на конце, и предназначался только для колющих ударов. Поскольку на поединке разрешались разные виды оружия, Жан де Карруж и Жак Ле Гри могли иметь в арсенале и тот и другой меч. Двуручный меч обычно крепили в кожаных ножнах на седле, а эсток вешали на пояс слева, поскольку большинство воинов были правшами и так им было легче выхватить меч в нужным момент.

На утерянном гобелене с изображением поединка Карружа — Ле Гри также был боевой топор. В середине и конце XIV века это было довольно распространенное оружие, поскольку им можно было пробить доспехи, шлем и даже размозжить голову противника. Некоторые рыцари особенно любили топоры, предпочитая их всем остальным видам оружия.

Типичный боевой топор того периода имел широкое лезвие с одной стороны рукоятки, которое с другой стороны уравновешивали либо молот с шипами, либо клювовидный выступ, известный как «клюв ворона». Верх рукоятки венчало копьеобразное лезвие. Средневековые воины восхищались этим универсальным оружием, сочетавшем в себе целых три, и называли его «троицей». Для пешего боя использовался топор с рукояткой длиной свыше полутора метров, что позволяло им размахивать из стороны в сторону расчищая себе путь сквозь ряды неприятеля. Но для боя верхом применяли топор с рукояткой длиной в 90–124 см. В седле имелось специальное металлическое кольцо для топора, откуда его всегда было легко выхватить.