Эра Думер – Забивая стрелки (страница 9)
Супруги вскинули головы, переглянулись. Макс медленно опустил карты на сукно, голос у него остался спокойным, почти добродушным, однако стал ниже:
– Vielleicht… können wir darüber an einem ruhigeren Ort sprechen. Es ist nicht gut, solche Themen hier zu besprechen.
– Что он сказал? – спросила Рип, дернув Ахта за рукав смокинга.
– Найдем более тихое место для разговора.
Вчетвером они покинули игру. Охотница с ифритом отстали – Рип обвила его руку, прижимаясь грудью к локтю, и отметила, что ментоловое дыхание у него из-за жвачки. Она засмотрелась на то, как шевелятся его желваки на скулах, и улыбнулась:
– Зря ты вернулся. Я ведь и тебя подозреваю, раз дело пропахло Германией, – Рип прижала дуло «пистолета» из ладони к его спине: – айн-цвай, полицай. И глупый ифрит арестован за симбиоз человека и корабля.
Ахт на это только лишь улыбнулся. Ван Винкль распустила «оружие» и вырвалась вперед, оставляя ифриту шлейф грешных мыслей о ее силуэте. Он засматривался. Нет, не так…
Он
Внезапное коробило его и насиловало без согласия. Одолевало. Накрывало. Светлого будущего позорный «ек» в сердце Ахту не сулил, как и Рип – фантазии о языке консьержа в ее вагине. Оба увязали по-своему, в общем.
†††
DIE NACHTIGALL
Место действия:
Палуба 7, СПА-лаундж. Раннее утро.
Зона отдыха. Купель с ледяной водой, вход в сауну, деревянные лавки, джакузи в центре. Камеры для можжевеловой ингаляции. Бочка со льдом. Кулер с водой и чайная станция.
Действующие лица:
РЕБЕККА НОРТОН (БЕККИ) – студентка-этнолог, администратор.
МАКС ШТЕРН – пожилой немец, оккультист.
ГЕРТА ШТЕРН – жена Макса, оккультистка.
ВАССАГО – Третий Дух, Могущественная Княжна.
СОЛОВЕЙ – таинственный священник-экзорцист.
СЦЕНА I – ИНТЕРВЬЮ
На сцене – лавки в зоне отдыха. БЕККИ пишет в блокноте. МАКС и ГЕРТА пьют пиво в полотенцах. Они выбрали это место, чтобы начальство не заметило Бекки, нарушающую устав. В ранний час в СПА нет ни единой души.
БЕККИ (официальным тоном):
Подведем черту. Господин Штерн, госпожа Штерн, вы в своё время изучали частные архивы… Аненербе. Немецкого общества по изучению древней германской истории и наследия предков, развившегося в гитлеровской Германии.
МАКС (с горечью):
Мой отец был последователем Гиммлера. Мы с Гертой изучаем архивные документы нацистских культов. Назвать это хобби язык не повернется, просто, видите ли, Бекки, нам стыдно за прошлое, и мы хотим внести свой вклад в возвращение памяти о жертвах. Много евреев и славян пропало при таинственных обстоятельствах – и их поиски затруднены из-за…
ГЕРТА (с грустной улыбкой берет мужа за руку):
БЕККИ (стуча ручкой по блокноту):
Что сподвигло вас этим заняться?
МАКС:
После похорон отца мать раскрыла секрет, что он был оберштурмфюрером Аненербе и возглавлял тайный отдел.
ГЕРТА (с напряжённой улыбкой):
Фюрер искал способ заключить сделку с дьяволом. Поговаривают, у него почти вышло. И тут Клаус Штерн, отец Макса, находит рецепт.
МАКС:
Отец сумел призвать демона Гоетии с помощью много лет утраченной соломоновской книги. Он рассказал о джиннах, способных исполнить три желания. Только джинны не из сказок.
ГЕРТА:
Правильнее назвать их ифритами. Служители шайтана в исламской мифологии.
БЕККИ (удивленно):
Один мой интервьюируемый рассказывал об этом! Его звали Г… Га-а-уэа…
БЕККИ давится. У нее выпучены глаза. Изо рта обильно вытекает ржавая вода – БЕККИ тошнит ею, она отхаркивает ржавчину. МАКС с ГЕРТОЙ вскакивают и пытаются найти помощь.
СЦЕНА II – ВАССАГО
ГЕРТА (резко, указывая на Бекки):
Дорогой, она одержима! Посмотри на ее черные глаза!
МАКС (выкрикивает):
Во имя Христа, отрекись от него!
БЕККИ (низким голосом, искажённым):
Не ворошите прошлое. И от настоящего не прилетит.
ГЕРТА (закрывает глаза):
Exorcizo te, spiritus immunde…!
МАКС:
In nomine Jesu Christi – прояви истинный облик!
БЕККИ (смеется):
Не проявлю. Я не накрашена. Мое имя Вассаго, я Третий Дух и Великая Княжна. Я отвечаю за ифритов, и если вы хотите исполнить три любых желания, окажу честь.
ГЕРТА и МАКС переглядываются.
МАКС:
Вассаго?
ГЕРТА:
Незлобный дух.
ВАССАГО (в теле БЕККИ):
Вынужденная ссылка в Ад, господа. Я открываю тайны, но не терплю британских болтушек, нарушающих форму этического согласования.
ГЕРТА:
Вы, милочка, случаем не Королева Джиннестана?
МАКС (оживленно):