Эра Думер – Забивая стрелки (страница 24)

С левого угла ринга раздалось утробное рычание – в серии прыжков когти заскрежетали по бетону. В правом вместо астеничного зумера помахивал раздвоенным хвостом черно-белый кот, ничуть не уступавший оппоненту в габаритах. Рип ван Винкль подобрала кочергу, лязгнув по полу. По-умному, надо было спрятаться и ждать, когда монстры друг друга сожрут.

Но Рип не считала себя умной.

Ахт бросился первым. Передняя лапа скользнула по полу, взметая искристый столб огня. И если отбросить иные звуки, можно было услышать, как в нутре потрескивает клекот, будто там разгоралось пламенное сердце, питавшее призрачное тело. Оно наполнило конечности силой – ифрит кинулся на Белета и попытался вцепиться в горло.

Даже лишенный способностей король превосходил консьержа по силе. Вращая хвостами, как балансиром, демон ускользал от лобовых атак, подгадывая момент, чтобы неожиданно напасть. Выгнув спину дугой, он поднялся на дыбы, уводя тело от укуса – челюсть ифрита клацнула в нескольких сантиметрах.

Ахт нападал агрессивно, несдержанно. В противовес, Белет выдерживал дистанцию. Выгадав удобную позицию, король ушел вбок, не теряя оси, и просочился под брюхо ифриту. Демон разодрал огненное тело, Ахт взвизгнул, но скулеж моментально превратился в еще более гулкий рык. Несмотря на фиолетовые искры, фонтанирующие из раны как кровь, ифрит со скрежетом заземлился, взрыхлив бетон, и вцепился противнику в хребет.

Белет и тогда выкрутился, ускользнул рваным мазком. Ифрит низко склонился, вывернув плечо, перекладывая вес на задние лапы. Демон отразил движение, и они столкнулись в лобовой атаке. Сцепившись, пытались задеть друг друга когтями и клыками: Белет изворачивался, но Ахт упорно хватал его за шкуру. Ахт дернулся, обрушивая вес на врага. Белет рухнул на спину, но сразу изогнулся кольцом, лапой оттолкнул голову Ахта в сторону и пнул его в брюшину.

Завоняло паленой шерстью. Белет присел, прижав уши и подрагивая хвостом. Ахт, мягко ступая, начал сосредоточенный обход.

И прежде, чем они вновь сцепились, Рип не выдержала и встала между ними:

– Зоопарк закрывается. Все.

Ахт дернулся то с одной стороны, то с другой – но ван Винкль закрывала собой Белета. Ифрит не мог причинить «добыче» вред, поэтому живой щит сработал. Она стояла, как последняя кретинка, с кочергой между двух особо опасных существ, но продолжала гнуть свое:

– Белет, прежде чем откусить мне голову, скажи: зачем ты затеял все это?

Щелчок – и кот вновь принял иллюзорный человеческий облик. Потерев шею от пота, король ответил:

– Показать тебе истинное лицо твоего дружка и милого-доброго «МЬ».

– К чему этот жест доброй воли?

– Ради сохранения мира. Хотя бы на клочке земли. – Встретив непонимание на лице собеседницы, пояснил: – Меня депортировали из Ада. Все, кто встал Люциферу поперек горла, иммигрируют в Котлов. У нас тут… типа нейтральная диаспора. – Белет пожал плечами. – Думаешь, с чего тут такой аншлаг с очагами аномалий?

Рип чувствовала горячее дыхание зверя-ифрита по позвоночнику, но старалась переключиться на разговор. Поигрывая кочергой, она сказала:

– Считаешь, мы с Ахтом каким-то образом нарушили ваш безмятежный распорядок?

– Ты вайбовая. Говноеды из корпорации «МЬ» – нет. Котлов был слепой зоной для скупки душ. Это так-то дела черного рынка – Люц однажды прикрыл лавочку, но, сама понимаешь, всякий запрет – плацдарм для нарушений. – Белет почесал бровь. – Слушай, а как ты вообще установила приложуху и вызвала сюда ифрита? Мы ж вокруг Котлова файрвол возвели.

– Пиратский магазин и випиэн, – приподняла бровь ван Винкль. – Иногда я ворую платные приложухи.

– Фу такой быть. – Белет сложил руки на груди. – Ну, как поступишь? Я могу бесконечно танцевать с твоим крашем, а в конце концов ушатать и тебя…

Рип покусала нижнюю губу, но следующие слова изумили ее:

– Но я обожаю троп, когда двое недругов объединяются перед лицом общего врага. Поэтому я хочу нанять вас изгнать демона, протирающего задницу в директорском кресле корпорации. Вместе размотаем клубок, я задам вектор. Мы сработаемся, я охуенно сбалансированный руководитель.

– Звучит геморно… Я люблю задания попроще и покороче, – надулась Рип. – К тому же, ты пытался меня запечь, как пиццу, с трудом могу представить, как с тобой после такого дружбу водить.

– «МЬ» маяком возвышается над нами, котловскими изгоями. Людей же они принимают за валюту. А ты, – на нее наставили тонкий палец, – борешься с демонами. Одни из них забронировали твою душонку, как гребаный столик в рестике. У тебя есть резон направить свой крест против.

– Ты сказал, что Ахт – их цепной пес, – напомнила охотница.

– Да, и мнения своего не меняю. Идеологически ифриты демонов на дух не переносят, но кого ебет, что там думают рабы. Вы на привязи у них, они – у руководства. – Белет пожал плечами. – У всех свои резоны, я же сказал. Даже у сраных монстров.

– Он сраный монстр, может ты и прав, – ван Винкль стиснула зубы и посмотрела на демона исподлобья, – но он мой сраный монстр. Мой консьерж. Он торчит мне два желания. Хочешь заполучить точку входа в «МЬ» в виде нас – ударим по рукам, я за любой кипиш кроме голодовки. Но… – Рип отбросила кочергу – она громко звякнула о бетон. Повернулась к псу: пламя сходило широкими волнами, успокаивалось. – Тронешь Ахта – и я найду способ врезать тебе пинка под зад, чтобы ты отлетел в Преисподнюю. А уж Люцифер устроит тебе «царский» прием. Забились?

Белет посмотрел на ифрита, затем на Рип и сузил в улыбке глаза. Он подошел с протянутой ладонью и с готовностью пожал охотнице руку:

– Моё шипперское сердечко тает от вашей парочки. Договор.

– Я не поняла двух вещей: первая – я заключила еще одну сделку с дьяволом, да?

– Ноуп, – помотал головой Белет, – ты уже обещана другому, у нас четкие понятия. Второе?

– Что такое «шипперское»? – ван Винкль скрючила лицо, как старик на сходке неформалов, от чего демон покатился со смеху.

Ифрит тем временем обратился коконом пламени. Рип дернулась, но Белет выставил руку, в которую она влетела животом. Он сказал ей осадить коней и не мешать возвращению в антропоморфное тело.

Не солгал. Когда огонь рассеялся, перед Белетом и Рип стоял прежний Ахт. Он держался за рану в боку, которую оставили когти короля, и в недоумении, граничащем с недовольством, смотрел на двоих. Больший гнев, конечно, был направлен против демона:

– Ты похитил ее.

– Я вас нанял, песик, я клиент, а клиент всегда прав. К тому же, я обличил врага. Будьте благодарны, а не как жопошник Люцифер, который обижается на правду.

– Прямо правдоруб, куда деваться, – фыркнул Ахт. Он перевел взгляд на Рип. – Ну а вы, госпожа, осознаете, во что ввязываетесь?

Ван Винкль не сразу услышала, что обращались к ней. Завороженная ничем неприкрытым безупречным телом ифрита, охотница ощутила постыдный прилив, как пубертатный мальчишка, впервые открывший «Плейбой». Сильные руки и ноги, скульптурные рельефы груди с прессом, плавные изгибы шеи, переходящей к мощным плечам… Она будто впервые узрела, как должен выглядеть мужчина.

«Еще эта блядская венка внизу живота, ведущая к…»

– Остынь, Ахт. У нас с твоим работодателем неприятности… – ее взгляд метнулся к его паху и вернулся к глазам. – И большие.

[1]Отсылка к произведению В. Ирвинга «Рип ван Винкль» – у одноименного главного героя был верный пес по кличке Волк. Вместе с хозяином он отправился в Каатскильские горы, где Рип, напившись из кубка голландцев, играющих в кегли, уснул на двадцать лет, проспав важные политические и социальные изменения в обществе.В саду пахло яблоками – кисло, свежо. Ветер шуршал резными листочками, между которых сновали серенькие птицы с яркими пятнышками и щебетали нараспев. По небу плыли объемные облака, отбрасывая гигантские тени на разогретую траву. Вместо дороги – вдавленная тесьма из-под колес трактора.

Девочка в платье в цветочек вплела последний одуванчик в венок, вытянула кончик и подняла, чтобы «короновать» девушку постарше. Вторая наклонилась, прижав кулак к груди, чтобы с достоинством принять одуванчиковую диадему.

– Рип ван Винкль, будешь ли ты с честью нести чин рыцаря? – спросила девочка, шепелявя из-за отсутствия передних зубов.

– Дитка ван Винкль, я буду служить вам верой и правдой! – ответила Рип.

«Коронация» состоялась. Ветер, переправлявший облака на запад, едва не сдул венок, но старшая сестра его удержала. Дитке повезло меньше – невидимый проныра сорвал с косы ленту, и ее русые кудри рассыпались по веснушчатым плечам. С боевым кличем Рип вооружилась палкой и побежала за голубой лентой, плывущей по воздушным волнам. Дитка подорвалась и с заливистым смехом последовала за «рыцарем».

Погоня завела Рип в неглубокую чащу. Она подкралась к ленте, запутавшейся в кустах черники. Подбежав, ван Винкль уже почти ухватилась за конец, но вдруг почувствовала, что Дитки нигде нет. Обернувшись, старшая сестра принялась звать девочку, но никто не отзывался на зов. Под ритм сердца Рип выбежала на опушку, позабыв про ленту и про все на свете.

– Дитка! – приставив ко рту скругленные ладони, Рип орала во все горло. – Дитка-а!

Поиски завели Рип на поляну. Солнце палило в зените. Рип ощутила приближение полуденницы, что злодейка из маминых сказок схватила Дитку и уволокла в убежище, а ее старшую сестру заманила в ловушку. И дуб, глубоко вросший корнями в опушку, словно не должен был там находиться. Рип обошла его по кругу, проводя пальцами по волнообразной коре. Ван Винкль услышала звон колокольчика на ветру – Дитка любила играть с бубенцами.