Эр Ген – Вечная воля. Том 4 (страница 182)

Подумав об этом немного, Бай Сяочунь ощутил сильное нетерпение и предвкушение. Он посмотрел на каменный алтарь и новый огонь, в его глазах вспыхнуло безумие, и он продолжил совершать духовное улучшение.

Двадцать два. С каждым духовным улучшением после двадцатого вокруг раздавался грохот. Лаборатория уже давно оказалась разрушенной, а дерево неистово дрожало. В то же время свет в его глазах становился всё более глубоким, и во взгляде начали проявляться признаки разума. Казалось, что с каждым мигом оно становилось взрослее и мудрее. Снаружи каменная стела сотрясалась так, словно с трудом выдерживала духовное улучшение, проводимое Бай Сяочунем. Что касается светящейся сферы Бай Сяочуня, то её свет уже давно превзошёл свет сферы госпожи Красная Пыль и затмил практически всё в пустоте измерения. К этому времени Чжоу Исин был в полном отчаянии, особенно после того как посчитал, сколько прошло времени.

«Этот Бай Сяочунь просто не человек! Надеюсь, я больше никогда не встречусь с ним лично!» Происходящее оказалось большим ударом по самолюбию Чжоу Исина и во многом лишило его уверенности в своих силах.

Из-за духовного улучшения у Бай Сяочуня каменная стела неистово сотрясалась, поэтому у многих культиваторов в сферах вокруг начали прерываться испытания огнём. Очевидно, что каменная стела не могла поддерживать все испытания огнём одновременно, поэтому многие начали приходить в сознание. Сначала те, кто очнулись, непонимающе оглядывались, но вскоре начали встревоженно восклицать:

— Что происходит?! Эй, что я здесь делаю? Я ещё не завершил испытание огнём!

— Небеса! Посмотрите, как сильно сотрясается каменная стела! Что происходит? И чья это сфера так ярко сияет?!

— Бай Сяочунь!

Каменная стела дрожала, но оставалась целой. Всё больше культиваторов приходили в себя, оказавшись выброшенными из измерений их испытаний огнём; Бай Сяочунь в это время и не думал замедляться в своём безумном увлечении процессом духовного улучшения.

Двадцать три… Когда на дереве появилось три пурпурных узора, то каменная стела затряслась ещё сильнее, ей пришлось прервать испытание огнём для ещё нескольких сотен культиваторов. Но и этого оказалось мало, и вскоре все, кроме госпожи Красная Пыль и Бай Сяочуня, пришли в себя в светящихся сферах. Какой бы прогресс в испытании огнём у других людей ни наблюдался, их всех выдернули из измерений испытаний огнём. Более тысячи человек теперь видели, что происходит вовне, и тут же начались разговоры.

Конечно, когда всех этих людей выдернуло из испытаний огнём, их сферы перестали светиться, поэтому осталось только две сферы, которые ярко сияли. Одна принадлежала Бай Сяочуню, а другая — госпоже Красная Пыль! Сфера Бай Сяочуня сильно превосходила по сиянию сферу госпожи Красная Пыль. В то же время её сфера светилась отнюдь не слабо.

— Это Бай Сяочунь!

— Небеса! Какое испытание огнём проходит Дьявол Бай? Даже дэв не может сравниться с ним!

Тем временем волосы Бай Сяочуня оказались полностью взлохмачены, и он восторженно воскликнул:

— Двадцать четыре!

Теперь с четырьмя пурпурными узорами на дереве в его глазах показался разум, и он осмысленно посмотрел на Бай Сяочуня. И в этот момент на каменной стеле снаружи появилась трещина, повергнув в шок всех наблюдателей. Но это был ещё не конец. Бай Сяочунь бешено прокричал:

— Двадцать пять!

Он уже даже не мог различить цвет пламени, которое бросил в сковороду, но как только оно попало в неё, то вспыхнул мощный пурпурный свет, и пятый пурпурный узор появился на дереве. Тут же лицо на дереве вздохнуло, и теперь создавалось впечатление, что оно существует с незапамятных времён. Эхо этого вздоха, казалось, наполнено свидетельством жизни бесчисленного множества живых существ, и их число только постоянно возрастало. В то же время само дерево начало преобразовываться так, что привело Бай Сяочуня в полный шок. К сожалению, для завершения преобразования ему чего-то не хватало, очевидно, что ему требовались ещё духовные улучшения!

«Мир?.. Только не говорите мне, что после тридцатого духовного улучшения это дерево станет отдельным миром?!» У Бай Сяочуня от этой блестящей догадки голова пошла кругом, и он задрожал всем телом. Однако он снова потянулся за следующим пламенем на каменный алтарь. Как это ни печально, тот не смог произвести двадцатишестицветное пламя и рассыпался в прах… К тому же два остальных алтаря тоже тут же разрушились.

Бай Сяочунь стоял, словно громом поражённый. Это испытание огнём оказалось чрезвычайно полезно для него, это, безусловно, была большая удача. Он не только улучшил свои способности к духовному улучшению, но, скорее всего, ещё и знал теперь о нём больше, чем кто-либо во всех землях Достигающих Небес. Но легче найти перо феникса или рог кирина, чем кого-то, кто знал бы в этом вопросе больше него.

Что его потрясло больше всего, это то, что теперь он осознал, сколько всего раньше не замечал в духовном улучшении. Оно могло превратить что-то совершенно бесполезное в несравненно чудесное. На самом деле оно являлось самым большим источником сокровищ во всём мире! У Бай Сяочуня громко забилось сердце, глубоко внутри он внезапно ощутил искреннее желание заняться изучением духовного улучшения по той же причине, что когда-то начал изучать перегонку лекарств. Духовное улучшение могло помочь ему жить вечно!

«Жить вечно? Оно может даже превратить тебя в целый мир!» Он понял, что путь духовного улучшения, скорее всего, ещё более короткий путь к его цели, и всё потому, что у него была черепашья сковорода.

«Откуда же взялась моя черепашья сковорода?!» Невероятная способность сковороды без неудачных попыток духовно улучшать предметы сильно заинтересовала Бай Сяочуня. Пока он находился под глубоким впечатлением от всего произошедшего, словно с небес послышался голос:

— Ты занял первое место!

В то же время измерение испытания огнём погрузилось в кромешную тьму, словно это место оказалось запечатано. Что касается Бай Сяочуня, то, прежде чем он успел хоть как-то среагировать, его втянуло в мощную воронку.

556. Третий уровень

Бай Сяочунь открыл глаза в светящейся сфере за пределами каменной стелы. Его взгляд казался растерянным, и, прежде чем он успел прийти в себя, светящаяся сфера превратилась в ещё одну воронку, втянувшую его в себя. Затем воронка исчезла. К этому времени каменная стела уже перестала дрожать, хотя на её поверхности осталась трещина. Более того, духовное улучшение исчезло из списка доступных испытаний огнём… Более тысячи наблюдателей заметили это. У них отвисла челюсть и голова пошла кругом.

— Бай Сяочунь исчез!

— Он правда занял первое место?! Это значит, что сейчас он попал на третий уровень, чтобы заполучить душу дэва.

— Ну почему это он?! Проклятый Дьявол Бай! Как вышло, что именно он занял первое место?!

— Хм! На самом деле хорошо, если душа дэва достанется ему. Если бы она досталась дэву, то у нас бы не осталось никаких шансов заполучить её. Но не может быть, чтобы Дьяволу Баю удалось сохранить её для себя!

— Верно. Теперь Бай Сяочунь стоит больше, чем когда-либо! Если убить его, то можно получить не только полный набор из душ зверей-дэвов пяти элементов, но ещё и душу дэва.

Однако пока все это обсуждали, внезапно люди начали обращать внимание, что сфера госпожи Красная Пыль до сих пор сияет и ещё больше привлекает внимание, чем раньше. Её испытание огнём не только не прервалось, но, казалось, что она близка к его завершению. Теперь стало очевидно, что Бай Сяочунь может оказаться не единственным, кому удастся попасть на уровень с душой дэва. Если он замешкается там, то не только не добудет душу дэва, но может и распрощаться со своей жизнью. В конце концов он окажется заперт вместе с дэвом, которая хочет его смерти. Исход этого дела при подобном развитии событий практически ни у кого не вызывал сомнений. Чжоу Исин дрожал, и его глаза блестели от оживления. «Давай, матриарх Красная Пыль, вперёд! Проберись на третий уровень и разделайся с этим проклятым Бай Сяочунем!»

На третьем уровне лабиринта, где находилась душа дева, располагалась огромная восьмиконечная усыпальница. Там ярко горели лампы и освещали всё помещение, а в каждом углу стояло по статуе. Статуи в длину достигали целых триста метров, что по сравнению с общими размерами усыпальницы казалось незначительным. Пол был сделан из перекрывающихся плиток, схожих с чешуёй дракона, и если приглядеться, то можно было заметить, что на полу было выложено изображение девяти золотых драконов. Все девять драконов располагались вокруг алтаря, словно отдавая ему дань уважения.

И это только пол. В стенах усыпальницы находилось множество отверстий, откуда исходили лучи разноцветного света, кружащие в воздухе и образовывающие форму огромного золотого дракона. Он казался настолько реалистичным, что его можно было принять за настоящего дракона, свернувшегося на потолке и опустившего голову на алтарь. Его глаза были закрыты, словно он спал. Усыпальница была сделана таким образом, что алтарь сразу выделялся. Однако на алтаре не было гроба, а вместо него стояла зелёная каменная стела. Она казалась древней, словно существовала несчётные годы. Её поверхность покрывали письмена, которые явно предназначались для глаз будущих поколений.