Энтони Троллоп – Фремлейский приход (страница 80)

— Я все это видeла, сказала леди Лофтон, тоном глубокой мудрости,— и приняла мeры, чтобы по возможности вовремя прекратить опасныя отношения.

— Да и всe это видeли; это вещь такая естественная, подхватила Люси, одним ударом повергая во прах всю мудрость леди Лофтон.— Да, я его полюбила, сама этого не замeчая, и теперь я люблю его всею душою. К чему буду я увeрять себя в противном? Я завтра же могла бы отдать ему свою руку, с сознанием, что буду ему вeрною и нeжною женой. А теперь, когда он говорил вам о своей любви ко мнe, я в нее вeрю; как в свою собственную.— Она остановилась.

— Однако, дорогая мисс Робартс начала было леди Лофтон.

— Извините меня, леди Лофтон, я тотчас же кончу, и тогда буду готова вас выслушать. Итак; брат пришел ко мнe, и передал мнe слова лорда Лофтона, не уговаривая меня в его пользу, не давая мнe никаких совeтов; он совершенно предоставил меня собственному рeшению, и предложил мнe видeться с вашим сыном на слeдующее утро. если-б я увидeла его, я бы конечно приняла его предложение. Подумайте сами, леди Лофтон: могла ли бы я ему отказать, когда уже давно сознавала в душe, что люблю его?

— Ну? проговорила леди Лофтон, не желая уже прерывать ея рeчи.

— Я не рeшилась его видeть; я не рeшилась на это из робости. Мнe нестерпима была мысль вступить в Этот дом женой вашего сына, и найдти у вас холодный прием. Как я его ни любила, как ни люблю до сих пор, как ни цeню великодушное его предложение, я не в силах была бы вынести ваше презрeние. И потому я поручила сказать ему, что соглашусь выйдти за него только тогда, когда вы сами сдeлаете мнe предложение.

И Люси, оправдав таким образом себя и своего возлюбленнаго, замолчала и приготовилась выслушать сказание о царe Кофетуe, переложенное на новeйшие нравы.

Но для леди Лофтон довольно трудно было начать свою рeчь. Вопервых, она вовсе не была жестокосердою эгоисткой; и если-бы только дeло не касалось ея сына, семейнаго величия и блеска, она бы горячо сочувствовала Люси Робартс. Даже теперь она не могла отказать ей в сочувствии и уважении; она даже стала понимать, что именно привлекло ея сына к этой молодой дeвушкe, почувствовала даже, что если-бы тут не примeшались нeкоторыя злополучныя обстоятельства, дeвушка эта, быть-может, была бы и достойна носить имя леди Лофтон. Люси как будто выросла в ея глазах в продолжении разговора; она уже не казалась пустою, незначащею дeвочкой, какою до сих пор считала ее леди Лофтон. Дeвушка, сумeвшая говорить так прямо и открыто, сумeвшая так опредeлить свое настоящее положение, навeрное и при других обстоятельствах сумeет постоять за себя.

Но, при всем том, леди Лофтон и не думала уступать. В ея руках находилась власть устроить или разстроить Этот брак (власть и по праву принадлежащая ей), и она обязана была употребить ее для блага сына, по своему крайнему разумeнию. Как ни сочувствовала она Люси, она не могла пожертвовать счастьем сына этому сочувствию. Вeдь все же оставались тe злополучныя обстоятельства, которыя в ея глазах дeлали Этот брак невозможным. Люси была сестра человeка, который, по званию приходскаго священника в Фремлеe, вовсе не годился в свояки фремлейскому владeльцу. Никто больше леди Лофтон не любил священнослужителей, никто не мог быть более расположен жить с ними в отношениях самой дружеской короткости, но при всем том она на священника своего прихода отчасти смотрeла как на часть подвeдомственнаго ей быта, как на нeчто от ней зависящее, и ей казалось не совсeм ладным, чтобы лорд Лофтон породнился с ним. Конечно, леди Лофтон не выговаривала себe этого совершенно ясно, но во глубинe души она так смотрeла на вопрос. Притом, воспитание Люси во многих отношениях было недостаточно. Она ни малeйшаго понятия не имeла о свeтской жизни, о свeтских обычаях. Недостаток Этот обнаружился даже в том, как она в настоящем случаe повела разговор. Она выказала ум, энергию, добрый нрав и здравый взгляд на вещи, но в ней не было достодолжнаго спокойствия, невозмутимости. В молодых дeвушках леди Лофтон всего больше цeнила силу инерции, составляющую принадлежность изящной и исполненной достоинства сосредоточенности, а этого-то и не было в бeдной Люси. При том же она не имeла состояния, что хотя и меньшее зло, а все таки зло; не было у нея имени в свeтском смыслe этого слова, а это уже похуже. Наконец, хотя ея глаза так ярко засверкали, когда она признавалась в своей любви, леди Лофтон не была расположена находить, чтоб она обладала положительною красотой. Вот тe злополучныя сопутствующия обстоятельства, которыя утверждали леди Лофтон в рeшении разстроить Этот брак.

Впрочем эта задача теперь казалась ей гораздо труднeе чeм она сперва предполагала, и она увидeла себя принужденною просидeть молча минуту или двe; мисс Робартс, с своей стороны, не заботилась о продолжении разговора.

— Я не могу не удивляться, показала наконец леди Лофтон,— примeрному благоразумию, которое вы сказали во всем этом дeлe; и позвольте мнe сказать вам, мисс Робартс, я теперь смотрю на вас с совершенно иным чувством чeм недавно еще, когда я выeзжала из Лондона.

На это Люси отвeчала легким наклонением головы, довольно впрочем принужденным, как будто бы она более принимала к свeдeнию прошлое не совсeм лестное мнeние, высказанное намеком, нежели явно сказанную похвалу в настоящем.

— Но все же, в этом дeлe, продолжала леди Лофтон,— всего сильнeе должно говорить во мнe чувство матери. Я не буду теперь разсуждать о том, как бы я поступила, если-бы мой сын точно на вас женился. Но я должна признаться, что такой брак считала бы я весьма... весьма неблагоразумным. Трудно найдти молодаго человeка добрeе лорда Лофтона, человeка с лучшими правилами, более вeрнаго своему слову; но он, более чeм кто другой, способен завлечься и ошибиться в своих видах на будущее. если-б он женился на вас, вы оба были бы несчастливы...

Очевидно, что приближалась давно-грозившая проповeдь; и так как Люси откровенно созналась в своей слабости и всю силу рeшения передала в руки леди Лофтон, то она не видeла надобности, зачeм бы ей выслушивать эту проповeдь.

— Что нам об этом спорить, леди Лофтон, прервала она:— я вам сказала, при каких обстоятельствах могу я согласиться выйдти за вашего сына; слeдовательно, вам нечего опасаться.

— Нeт, я и не хотeла с вами спорить, сказала леди Лофтон почти смиренным тоном,— мнe хотeлось только оправдаться перед вами, чтобы вы не обвиняли меня в жестокости, если я не дам своего согласия на Этот брак. Мнe хотeлось убeдить вас, что я поступаю так для блага сына.

— Я знаю, что вы в этом убeждены, и потому не нужны никакия оправдания.

— Да, именно; конечно, тут дeло убeждения, и я именно так убeждена. Я не могу повeрить, чтоб Этот брак послужил к вашему обоюдному счастию, и потому я поступила бы дурно, если-бы дала свое согласие.

— В таком случаe, леди Лофтон, сказала Люси, вставая с своего мeста,— мы кажется высказали друг другу все что было нужно, и теперь я с вами прощусь.

— Прощайте, мисс Робартс. Мнe бы хотeлось, чтобы вы совершенно поняли, как высоко я уважаю и цeню ваш образ дeйствии в настоящем случаe. Он выше всяких похвал, и я не задумаюсь высказать это, при свидании с вашими родственниками.

Это не слишком то приятно было для Люси. Что ей за дeло до того, как леди Лофтон станет относиться о ней в присутствии ея родственников.

— Прошу вас передать мой дружеский поклон мистрисс Робартс, продолжала леди Лофтон;— скажите ей, что я надeюсь вскорe увидeть ее у себя, вмeстe с мистером Робартсом. Мнe хотeлось бы вас всех пригласить сюда отобeдать; но знаете, лучше мнe прежде повидаться с Фанни и потолковать с нею наединe.

Люси пробормотала что-то похожее на отказ от предполагаемаго обeда, и затeм простилась. Ясно было, что в этом свидании она одержала верх; сознание этого было в сердцe, когда она дала леди Лофтон пожать свою руку. Ей удавалось остановить свою противницу при каждой ея попыткe начать заготовленное поучение; на каждое слово леди Лофтон она отвeчала тремя. Но, при всем том, она возвращалась домой с тяжелым чувством обманутаго ожидания, с каким-то сознанием, что она сама виною своего несчастия. Зачeм ей было поступать с таким романическим, рыцарским самоотвержением? Не пожертвовала ли она и его счастьем точно также как своим? Отчего она так хлопотала, чтоб отдать все дeло в руки леди Лофтон? Не оттого конечно, чтоб она признавала необходимым общественным правилом для дeвушки отказываться от руки любимаго человeка, пока сама мать не будет желать этого брака. По ея мнeнию, дeвушка обязана принять в соображение голос собственнаго своего семейства, а больше ничей. Ею руководило не чувство долга, а только трусость; она не могла утeшать себя сознанием собственной безупречной правоты. Она просто боялась леди Лофтон, и это чувство было подло, недостойно той силы духа, которою она любила одарять себя в своем воображении. Вот в чем она внутренно обвиняла себя, и это убивало в ней всякое чувство торжества.

Когда она вернулась домой, Марк и Фанни ожидали ее.

— Ну что? проговорила она отрывисто и торопливо.— Готов кабриолет? Мнe некогда мeшкать; еще нужно будет кой-что уложить. Что ж, Фанни, как ты рeшила на счет детей?