Энтони Троллоп – Фремлейский приход (страница 72)

Рука ея с минуту держала ручку двери прежде чeм она отворила ее; но она рeшилась быть храброю, чтобы там ни ожидало ее. Она повернула ручку и вошла в комнату тихо, но с поднятою головой, широко раскрытыми глазами.

— Франк оказал мнe, что вы желаете меня видeть, сказала она.

Мистер Робартс и Фанни оба стояла у камина, когда вошла Люси, и с минуту ни тот, на другая не рeшались заговорить.

— Лорд Лофтон здeсь, Люси, сказала наконец Фанни.

— Здeсь? Гдe? Здeсь в домe?

— Нeт, не у нас в домe, но в Фремле-Кортe, сказал Марк.

— Он обeщался быть у нас завтра утром, послe завтрака, прибавила Фанни, и затeм опять послeдовало молчание. Мистрисс Робартс не рeшалась взглянуть Люси в лицо. Она не выдала ея тайны; Марк узнал все не от нея, а от лорда Лофтона; но она чувствовала, что Люси в душe упрекает ее.

— Что ж, возразила Люси, стараясь улыбнуться,— я ничего не имeю против этого.

— Но, милая Люси... Тут мистрисс Робартс подошла к Люси и обняла ее.— Он приeхал сюда единственно за тeм чтобы видeться с тобой.

— Если так, это дeло другое. Я боюсь, что мнe будет много хлопот занимать его,

— Он все разказал Марку, сказала мистрисс Робартс.

Люси почувствовала, что храбрость ея почти измeняет ей.

Она рeшительно не знала куда ей глядeть. уж не разказала ли и Фанни всего?.Фанни знала много такого, чего лорд Лофтон не мог и подозрeвать. И в самом дeлe Фанни разказала все: как Люси полюбила лорда Лофтона, и по каким причинам она ему отказала, и описала она все это в таких словах, что лорд Лофтон влюбился бы вдвое страстнeе, если-б он мог слышать их.

И тут же, разумeется, Люси задумалась о том, почему лорд Лофтон приeхал в Фремлей, и разказал все это ея брату. Она с минуту старалась заставить себя думать, что она сердится на него за это. Но она не сердилась. Она не могла пока дать себe яснаго отчета в своем чувствe, но ей было отрадно сознавать, что ее помнят, что она не забыта, что она любима. Не была ли она в правe вывести это заключение? Стал ли бы он говорить обо всем этом дeлe с ея братом, если-б он не любил ея попрежнему? Сто раз повторяла она себe, что предложение его было дeлом минутнаго увлечения, и сто раз мысль эта сокрушала ее. Но теперешний приeзд его не мог быть слeдствием минутнаго увлечения. Она думала до сих пор, что ее обольщает собственная ея глупая любовь; но теперь — что должна она была думать обо всем этом? Она не допускала мысли, что она когда-нибудь будет леди Лофтон. Она продолжала упорно отрицать эту возможность. Но тeм не менeе она безотчетно радовалась тому, что лорд Лофтон приeхал в Фремлей, и сам все разказал ея брату.

— Он все разказал Марку, сказала мистрисс Робартс; и в послeдовавшем затeм молчании всe эты мысли успeли промелькнуть в головe Люси.

— Да, сказал Марк,— он мнe все разказал, и он явится сюда завтра утром, чтоб услышать отвeт от тебя самой.

— Какой отвeт? спросила Люси нетвердым голосом.

— Душа моя, кому же это знать, кромe самой тебя? и говоря это, невeстка ея крeпче прижалась к ней.— Ты одна можешь отвeчать на Этот вопрос.

В прежнем длинном разговорe своем с мужем, мистрисс Робартс сильно заступалась за интересы Люси и принимала ея сторону против леди Лофтон. Она говорила, что если лорд Лофтон будет добиваться согласия Люси, то они, ея родственники, не имeют права отнимать у нея то, что она сама приобрeла, из-за того только чтобы доставить удовольствие леди Лофтон.

— Но она подумает, сказал Марк,— что мы интриговали. Она будет упрекать нас в неблагодарности, и весь гнeв свой обрушит на Люси.

На это жена отвeчала ему, что нужно предоставить все волe Божией. Они не интриговали. Люси уже раз отказала любимому ею всeм сердцем человeку, потому только, что не хотeла подать повод подозрeвать себя в ловлe выгоднаго жениха. Но если любовь лорда Лофтона была так сильна, что он приeхал сюда нарочно для того чтобы, по собственным словам его, еще раз попытать свое счастие, муж ея и она, несмотря на всю свою преданность леди Лофтон, по совeсти не имeли права становиться между Люси и любящим ее человeком. Марк все еще не мог совершенно согласиться с нею; он старался представить ей, как неприятно будет их положение, если они теперь станут поощрять виды лорда Лофтона, и если он послe этих поощрений, которыя разссорят их с леди Лофтон, поддается влиянию матери и станет желать разрыва. В отвeт Фаини объявила, что правда прежде всего, и что справедливость требовала, чтобы все было доведено до свeдeния Люси, и чтоб она сама обсудила Этот вопрос.

— Но я не знаю чего желает лорд Лофтон, сказала Люси, не отрывая глаз от пола и дрожа всeм тeлом.— Он уже раз говорил со мною, и я ему отвeчала тогда.

— А был ли отвeт Этот рeшительный и окончательный? спросил Марк. Вопрос Этот был несколько жесток: никто еще не сказал Люси, что лорд Лофтон повторил свое предложение. Но Фанни твердо рeшалась не допускать несправедливости, и поэтому она продолжала начатой разказ:

— Мы знаем, что ты отвeчала ему, душа моя, но в дeлах такого рода мущины не всегда довольствуются одним отвeтом; лорд Лофтон объявил Марку, что он хочет еще раз говорить с тобой. Он нарочно приeхал для этого сюда.

— А леди Лофтон... чуть слышно и не подымая головы проговорила Люси.

— Лорд Лофтон не говорил с матерью об этом, сказал Марк, и Люси тотчас же стало ясно по звуку голоса брата, что он во всяком случаe не будет доволен, если она благосклонно выслушает предложение лорда Лофтона.

— Сердце твое должно рeшить Этот вопрос, милочка моя, нeжно и ободрительно сказала Фанни.— Марк и я, мы оба знаем, как хорошо ты держала себя во всем этом дeлe: я ему все разказала.— Люси вздрогнула и крeпче прижалась к сестрe.— Я не могла ему не разказать, душа моя; мнe не оставалось выбора. Не правда ли? Но лорд Лофтон ничего не знает. Марк не допустил его до тебя сегодня: он боялся, что ты будешь слишком смущена, и не успeешь всего хорошенько обдумать. Но ты увидишь его завтра, не правда ли? И тогда ты будешь отвeчать ему.

Люси молчала, сердце ея было преисполнено благодарностию невeсткe за ея нeжное участие, за это истинно сестринское желание покровительствовать любви сестры, но в то же время она повторяла себe, что ни за что на свeтe не допустит, чтобы лорд Лофтон явился к ним в дом с надеждой на ея согласие. Любовь ея была сильна, но была сильна и гордость ея; она не могла допустить, что леди Лофтон станет глядeть на нее с высоты своего величия. "Мать его будет презирать меня, это возбудит и в нем презрeние ко мнe," говорила она себe, и она опять рeшилась преодолeть свою любовь, свои надежды, и остаться при своем первом рeшении.

— Не лучше ли нам теперь оставить тебя, душа моя, и переговорить об этом завтра утром до его прихода? сказала Фанни.

— Это будет всего лучше, сказал Марк.— Взвeсь все это хорошенько. Подумай об этом послe вечерней молитвы, а теперь, Люси, поди сюда. И он обнял сестру и поцeловал ее с необыкновенною в нем в отношении к ней нeжностию.— Я вот что должен сказать тебe: я вполнe полагаюсь на твою разсудительность и твое сердце, и какое бы ни было трое рeшение, я буду горой стоять за тебя. Фанни и я, мы оба убeждены, что ты поступила как нельзя лучше, и что теперь также поступишь как слeдует. Что бы ты ни рeшила, мы с тобою будем за одно.

— Милый, добрый Марк!

— А теперь мы не станем больше говорить об этом до завтрашняго утра, оказала Фанни.

Но Люси чувствовала, что замолчать об этом предметe до слeдующаго утра могло означать только то, что она в душe рeшилась принять предложение лорда Дофтона. Тайна ея сердца была извeстна мистрисс Робартс, а теперь также и брату ея, и если она при этих обстоятельствах допустит, чтобы лорд Лофтон явился к ней уговаривать ее, то она не будет в силах противостоять ему. Если она рeшилась не уступать ему, то ей слeдовало теперь же доказать это и принять надлежащия мeры.

— Не уходи еще, Фанни, сказала она.

— А что, душа моя?

— Мнe нужно сказать еще несколько слов Марку. Он не должен допускать, чтобы лорд Лофтон был у нас завтра.

— Он не должен допускать этого? воскликнула мистрисс Робартс.

Мистер Робартс ничего не отвeчал, но чувствовал, что уважение его к сестрe растет с каждою минутой.

— Нeт, Марк должен просить его не приходить к нам. Он не захочет понапрасну заставить меня страдать. Послушай, Марк,— и она подошла к брату и положила обe руки ему на плеча,— я люблю лорда Лофтона. Ни о чем подобном я и не помышляла, когда познакомилась с ним. Но теперь я люблю его, люблю его всeм сердцем, почти столько же, полагаю, как Фанни любит тебя. Ты можешь сказать ему это, если хочешь, ты даже должен сказать ему это, чтоб он мог вполнe понять меня. Но вот что я прошу тебя передать ему от меня: я тогда только пойду за него, когда мать его сама будет просить меня об этом.

— Не думаю, чтоб она на это рeшилась, грустно сказал Марк.

— И я не думаю, твердо сказала Люси, уже успeвшая побeдить свое смущение.— если-б я предполагала возможность, что она может пожелать имeть меня невeсткой, условие мое было бы лишнее. Я дeлаю его именно потому, что она этого не желает, что она считает меня недостойною быть... быть женой ея сына. Она стала бы ненавидeть, презирать меня; и он также начнет тогда глядeть на меня с пренебрежением, и быть-может перестанет любить меня. Я бы не была в состоянии вынести одного ея взгляда, если-б она воображала, что я дурно поступила в отношении к ея сыну. Марк, ты пойдешь к нему теперь, не так ли? и объяснишь ему все это, сколько ты сам сочтешь нужным. Скажи ему, что если мать его будет просить меня, я дам ему... свое согласие. Но так как я знаю, что этого никогда не будет, то он должен почесть дeло это поконченным, и все им сказанное преданным забвению; что бы я ни чувствовала, он имeет на это право.