Энтони Горовиц – Удар Орла (страница 25)
Он прошёл через тяжёлые стеклянные двери и нашёл велосипед там же, где и оставил, – пристёгнутым к перилам. Отстегнув замок, он вдруг замер, почувствовав опасность даже раньше, чем увидев. Этому его никто не учил. Даже дядя, который не один год учил его шпионским хитростям, не смог бы объяснить, откуда у него этот инстинкт – который сейчас сказал, что нужно бежать, и как можно скорее. Алекс огляделся. Широкая, мощённая камнем площадь доходила до самой воды, за ней виднелись огни города. Киоск, в котором торговали хот-догами, был ещё открыт. Над коптильней крутились сосиски, но продавца нигде видно не было. По мостам через канал кое-где прогуливались парочки, наслаждаясь тёплой, сухой ночью. Небо было скорее не чёрным, а тёмно-синим, как на картинах.
Где-то пробили башенные часы, звон разнёсся по всему городу.
Алекс заметил машину, припаркованную так, чтобы удобнее было наблюдать за вокзалом. Машина зажгла фары, и их лучи выхватили Алекса из темноты. Через мгновение зажглись фары у второй машины, потом у третьей. Все три машины были одинаковые: двухместные «Мерседес Смарты». Фары продолжали зажигаться. Перед вокзалом полукругом были припаркованы целых шесть автомобилей, и сейчас их фары освещали каждый уголок вокзальной площади. Все они были чёрного цвета. Короткими кузовами и округлой формой они чем-то напоминали игрушки. Но Алекс с холодной уверенностью понял, что они здесь собрались совсем не для забав.
Открылись двери. Из них вышли люди, тут же превратившись в ярком свете фар в тёмные силуэты. Какую-то долю секунды никто не двигался. Ему всё равно уже некуда бежать.
Алекс протянул большой палец к нелепому звонку на левой стороне руля. Как и полагается, из него торчал маленький рычажок. Если нажать на него, то звонок зазвонит. Но Алекс потянул его на себя. Купол звонка соскочил, и под ним обнаружились пять разноцветных кнопок. Смитерс описал их в инструкции. Цветовые обозначения – для удобства в применении. И сейчас настало время узнать, работают ли они.
Словно почувствовав, что сейчас что-то произойдёт, чёрные тени бросились врассыпную по площади. Алекс нажал оранжевую кнопку, и под его руками что-то вздрогнуло: из обоих концов руля вылетели две крохотные ракеты с тепловым наведением, светясь оранжевым пламенем. Люди из машин остановились, не совсем понимая, что делать. Ракеты взлетели в воздух, потом спикировали; их движения были идеально синхронизированы. Как и подозревал Алекс, самой горячей вещью на площади оказался гриль в палатке с хот-догами. Ракеты врезались в неё одновременно. Раздался громкий взрыв, и в воздухе возник огненный шар, отражаясь в воде канала. Повсюду сыпались горящие обломки дерева и ошмётки сосисок. Взрыв был не настолько сильным, чтобы кто-то всерьёз пострадал, но вот отвлекающий манёвр вышел отличным. Алекс схватил велосипед и затащил его обратно в вокзал. Площадь была перекрыта. Другого пути не оставалось.
На подходе к кассе он увидел, как по вестибюлю в его сторону бегут ещё какие-то люди. В такое позднее время на вокзалах обычно ходят медленно. Если кто-то бежит, значит, у него есть на это очень веская причина, и Алекс не сомневался, что он и есть эта причина. Люди Крэя, должно быть, поддерживали связь по рации. Стоило одной группе увидеть его, и они все узнали, где он.
Алекс запрыгнул на велосипед и, отчаянно крутя педали, попытался разогнать его на плоском каменном полу. Он проскочил мимо касс, газетных киосков, информационных стендов и пандусов, ведущих к платформам, стараясь как можно дальше оторваться от преследователей. Перед ним вдруг оказалась женщина, неторопливо толкавшая моторизованную уборочную машину, и ему пришлось резко свернуть, чуть не сбив с ног бородатого туриста с огромным рюкзаком. Тот выругался на него по-немецки. Алекс понёсся дальше.
В конце главного вестибюля была дверь, но, прежде чем Алекс успел до неё добраться, она распахнулась, и в вокзал вбежали новые враги, перекрывая дорогу. Отчаянно крутя педали, Алекс повернул к единственному выходу из этого кошмара, который увидел, – пустому эскалатору, ведущему вниз. Не до конца осознавая, что делает, он направил велосипед на металлические ступеньки. Велосипед отчаянно подпрыгивал и трясся, его мотало из стороны в сторону. Алекс даже опасался, не отвалится ли колесо от таких нагрузок – или же острые металлические выступы проколют шины? Но потом он съехал вниз, оказавшись – выглядело это очень странно – на станции метро, между кассами и турникетами. Он даже обрадовался, что уже так поздно. В зале почти никого не было. Тем не менее несколько зевак изумлённо повернули головы в его сторону; через мгновение он въехал в длинный коридор и исчез из виду.
Сейчас, конечно, было совсем не подходящее время, но Алекс всё равно не смог не восхититься управляемостью «Плохого мальчика». Алюминиевая рама была лёгкой и послушной, но благодаря сплошной трубе велосипед был устойчивым. Он доехал до угла и автоматически приготовился войти в поворот. Он нажал ногой на внешнюю педаль, перенёс на неё вес тела и пригнулся. Центр тяжести оказался как раз в том месте, где шины контактировали с землёй, и Алекс прошёл поворот, полностью контролируя движение. Этому Алекс научился несколько лет назад, когда катался на горном велосипеде в Пеннинских горах. Но уж чего он не ожидал, так это того, что такую технику доведётся применить на станции метро в Амстердаме!
Алекс поднялся обратно на другом эскалаторе и оказался на противоположной стороне площади, в отдалении от вокзала. Останки киоска с хот-догами всё ещё горели. Рядом стояла полицейская машина; ошеломлённый продавец, громко крича, пытался объяснить кому-то из полисменов, что же произошло. Какое-то мгновение он надеялся, что удастся ускользнуть незамеченным. Но затем послышался визг шин; один из «Смартов» резко развернулся и понёсся в его сторону. Они увидели его! И снова преследуют.
Алекс ехал по Дамраку, одной из главных улиц Амстердама, быстро набирая скорость. Он оглянулся назад. К первому «Смарту» присоединился ещё один, и сердце Алекса ушло в пятки. Как быстро ни крути педали, автомобильный мотор всё равно мощнее. У него есть от силы секунд двадцать, прежде чем они настигнут его.
А затем прозвонил звонок, и послышался громкий металлический лязг. На него с грохотом надвигался трамвай, направлявшийся к вокзалу. Алекс понял, что нужно делать. Позади уже слышался шум двигателей «Смартов», впереди маячила огромная металлическая коробка – трамвайный вагон. В самый последний момент он вывернул руль и проскочил прямо перед трамваем. Алекс увидел перепуганное лицо водителя; велосипед тряхнуло, когда он пересекал рельсы. Но потом он оказался на противоположной стороне, а трамвай превратился в стену, которая – хотя бы на несколько секунд – отделит его от «Смартов».
Одна из машин всё же попыталась последовать за ним. Это оказалось ужасной ошибкой. Машина лишь наполовину пересекла пути, когда трамвай врезался в неё. Послышался оглушительный грохот, и машину отбросило куда-то далеко в сторону. За ним – ужасный скрежет и визг металла: трамвай сошёл с рельсов. Второй вагон трамвая развернуло, и он врезался во второй «Смарт», отшвырнув его, словно надоедливую муху. Алекс въехал на красивый белый мост; за его спиной царил хаос, на месте аварии уже послышались первые полицейские сирены.
Он ехал по узким улочкам, где оказалось на удивление много народу; люди спешили в кинотеатры и ночные клубы. Алекс случайно свернул в знаменитый амстердамский квартал красных фонарей. Интересно, что об этом скажет Джек. Какая-то женщина, стоявшая у дверей невысокого дома, подмигнула ему. Алекс, даже не повернувшись в её сторону, поехал дальше.
В конце очередной улочки его ждали три чёрных мотоцикла – 400-кубовых «Сузуки Бандита».
Алекс застонал. Мотоциклы, молчащие, неподвижные, ждали его – иной причины находиться здесь у них просто не было. Едва заметив Алекса, мотоциклисты тут же завели моторы. Алекс знал, что нужно спасаться – и как можно скорее. Он огляделся.
С одной стороны – освещённые неоновыми лампами магазины, возле которых сновали десятки людей. С другой стороны – узкий тёмный канал. Если он сумеет перебраться на тот берег, то, может быть, даже окажется в безопасности. Но как? Моста поблизости нет.
Но, возможно, способ всё-таки найдётся. В канале разворачивался корабль – один из знаменитых экскурсионных теплоходов со стеклянной крышей, на которых устраивают поздние ужины для туристов. Он стоял в канале наискосок, практически касаясь обоих берегов. Капитан, судя по всему, не рассчитал угол, и корабль застрял.
Алекс тут же налёг на педали и нажал на зелёную кнопку, спрятанную в звонке. Под седлом велосипеда висела бутылка для воды, и уголком глаза он увидел, как на дорогу из неё брызнула серебристо-серая жидкость. Он спешил к каналу, оставляя за собой след, похожий на улиточный. Позади ревели моторы «Сузуки» – судя по всему, они почти догнали его. А потом всё случилось одновременно.
Алекс съехал с дороги, пересёк тротуар и поднял верхнее колесо велосипеда в воздух. Первый мотоцикл как раз добрался до скользкой жидкости. Мотоциклист тут же потерял управление, и его так сильно занесло, словно он специально старался свалиться. Он врезался в другой мотоцикл, и оба полетели на землю. Алекс в эту же секунду приземлился на укреплённую стеклянную крышу туристического теплохода и поехал по ней. Ужинавшие туристы с изумлением глядели на него. Официант с подносом, уставленным стаканчиками, резко развернулся от неожиданности и всё уронил. Кто-то щёлкнул фотовспышкой. А потом он доехал до другой стороны. По инерции велосипед взлетел с крыши, перепрыгнул ряд заградительных столбиков и остановился на противоположном берегу.