Энтони Горовиц – Скорпия (страница 45)
Он вернулся в «Брукленд» и проучился там целых пять дней. Мистер Грэй был одним из первых, кто увидел его на школьном дворе перед линейкой; он опасливо покачал головой, но ничего не сказал. Учитель счёл побег Алекса с венецианской экскурсии личным оскорблением, и, хотя Алекс чувствовал себя перед ним очень виноватым, правды он сказать ему не мог. Том Харрис, с другой стороны, ужасно обрадовался.
– Я знал, что с тобой всё будет хорошо, – сказал он. – По телефону ты был каким-то грустным. Ну, после того, как эта фабрика взорвалась. Но, по крайней мере, ты был жив. А через пару дней Джерри прислали конверт, набитый деньгами на новый парашют. Разве что переплатили раз этак в пять. Сейчас он в Новой Зеландии и передаёт тебе за это спасибо. Спрыгнул с парашютом с какого-то здания в Окленде. Он всегда об этом мечтал!
Том достал из кармана газетную вырезку.
– Это был ты? – спросил он.
Алекс посмотрел на фотографию. Воздушный шар, летящий над Лондоном, и маленькая фигурка, которая за него держится. К счастью, фотографию сделали с достаточно большого расстояния, и разглядеть его лицо было невозможно. Никто не знал, что произошло в церкви Забытых святых. И никто не знал, что он в этом замешан.
– Ага, – признался Алекс. – Но… Том, ни в коем случае никому не говори.
– Я уже рассказал Джерри.
– Но больше – никому.
– Ага. Знаю. Государственная тайна, всё такое. – Том нахмурился. – Наверное, мне надо тоже пойти в МИ-6. Уверен, из меня получится хороший шпион.
Сейчас, стоя перед Аланом Блантом и миссис Джонс, Алекс думал о своём друге. Он медленно опустился в кресло. Интересно, что они ему скажут? Джек вообще не хотела, чтобы он туда ехал.
– Как только они узнают, что ты можешь ходить, они отправят тебя десантироваться в Северную Корею или ещё что-нибудь такое, – сказала она. – Они никогда не оставят тебя в покое, Алекс. Я даже знать не хочу, что с тобой случилось после Венеции. Но, пожалуйста, обещай, что больше такого не повторится.
Алекс был с ней согласен. Он бы с удовольствием остался дома. Но знал, что обязательно должен прийти. Если уж на то пошло, у него должок перед миссис Джонс после того, что случилось у неё в квартире.
– Рад видеть тебя, Алекс, – сказал Блант. – Ты снова проделал очень хорошую работу.
Очень хорошую. В устах Бланта это была наивысшая похвала.
– Я вкратце расскажу тебе, что произошло, – продолжил Блант. – Думаю, не стоит и говорить, что план Скорпии полностью провалился, и я очень сомневаюсь, что они снова попробуют провернуть что-то настолько масштабное. Они потеряли одного из своих лучших наёмных убийц. Его звали Найл, и он упал с воздушного шара. Кстати, как так вышло?
– Он оступился, – коротко ответил Алекс. Ему не хотелось снова вспоминать всё произошедшее.
– Ясно. Возможно, ты захочешь знать, что Джулия Ротман тоже мертва.
Это для Алекса стало новостью. Он думал, что ей удалось сбежать.
Рассказ продолжила миссис Джонс.
– Платформа, висевшая на воздушном шаре, упала прямо на неё, когда она пыталась сбежать, – объяснила она. – Миссис Ротман была раздавлена.
– Я бы тоже был разочарован, – пробормотал Алекс.
Блант фыркнул.
– Самое важное: дети Лондона в безопасности. Как объяснила та учёная, доктор Стивенсон, нанооболочки постепенно выведутся из организма. Должен сказать, Алекс, терагерцовые антенны работали как минимум целую минуту. Бог знает, как близки мы были к ужасной катастрофе.
– В следующий раз попробую работать быстрее, – проговорил Алекс.
– Да. Хорошо. И ещё одно – думаю, тебя это позабавит. Марк Келлнер сегодня утром подал в отставку. Помнишь – директор по коммуникациям премьер-министра? Он сказал прессе, что хочет проводить больше времени с семьёй. Всё бы хорошо, только вот семья его просто не выносит. Да и вообще никто. Мистер Келлнер наделал слишком много ошибок. Никто не мог предвидеть этой хитрости с воздушным шаром. Но кто-то должен был за это ответить, и я рад, что выбрали именно его.
– Ну, если вы меня позвали только за этим, я, пожалуй, пойду домой, – сказал Алекс. – Я опять пропустил занятия в школе, мне надо навёрстывать.
– Нет, Алекс. Боюсь, пока тебе ещё нельзя идти.
Голос миссис Джонс звучал серьёзнее, чем когда-либо. Неужели она собирается наказать его за покушение на её жизнь?
– Простите за то, что я чуть не сделал, миссис Джонс, – сказал он. – Но, по-моему, я более-менее искупил вину…
– Я хотела поговорить с тобой совсем не об этом. Притворимся, что твоего визита в мою квартиру вообще никогда не было. Забудь о нём. Но есть вещи и поважнее. Мы с тобой никогда не обсуждали события на мосту Альберта.
Алекс похолодел.
– Я не хочу об этом говорить.
– Почему?
– Потому что я знаю, что вы поступили правильно. Я видел Скорпию изнутри и знаю, на что они способны. Если мой отец работал на них, значит, вы были правы. Он заслуживал смерти.
Алексу было больно произносить эти слова. Они так и норовили застрять в горле.
– Я хочу тебя кое с кем познакомить, Алекс. Он приехал к нам сегодня и ждёт за дверью кабинета. Знаю, ты не хочешь провести здесь больше времени, чем необходимо, но, пожалуйста, позволь ему с тобой поговорить. Это займёт лишь несколько минут.
– Ладно, – пожал плечами Алекс. Он не знал, что хочет доказать ему миссис Джонс. Ему не хотелось лишний раз обсуждать обстоятельства смерти отца.
Дверь открылась, и вошёл высокий человек – бородатый, с русыми, начинавшими седеть кудрявыми волосами. Одет он был просто – в потрёпанную кожаную куртку и джинсы. На вид ему было лет тридцать, и, хотя Алекс был уверен, что никогда не видел этого человека, лицо почему-то казалось ему смутно знакомым.
– Алекс Райдер? – спросил он мягким, приятным голосом.
– Да.
– Как поживаешь?
Он протянул руку. Алекс поднялся; рукопожатие было тёплым и дружелюбным.
– Меня зовут Джеймс Адер, – сказал он. – Полагаю, ты встречался с моим отцом, сэром Грэхэмом Адером.
Эту встречу Алекс забудет не скоро. Сэр Грэхэм Адер был статс-секретарём кабинета министров. Он заметил сходство в их лицах. Но Джеймс Адер казался знакомым не только поэтому. Ну конечно! Он сейчас уже заметно старше. Цвет волос изменился, он прибавил в весе, но лицо осталось прежним. Алекс видел его на экране компьютера. На мосту Альберта.
– Джеймс Адер – старший лектор Имперского колледжа в Лондоне, – объяснила миссис Джонс. – Но четырнадцать лет назад он был студентом. Его отец уже занимал высокую государственную должность…
– Вас похитили, – перебил Алекс. – Скорпия взяла вас в заложники.
– Верно. Слушай, может быть, сядем? Я себя чувствую слишком официально, когда вот так стою.
Джеймс Адер сел в кресло. Алекс стал ждать его следующих слов. Этот человек присутствовал при гибели его отца. Можно даже сказать, что именно из-за него погиб Джон Райдер. Зачем миссис Джонс позвала его сюда?
– Я расскажу тебе свою историю, а потом уйду, – сказал Джеймс Адер. – Когда мне было восемнадцать лет, я стал жертвой попытки шантажировать моего отца. Меня похитила организация под названием Скорпия. Они собирались пытать меня, а потом убить, если папа не сделает в точности то, что они потребуют. Но Скорпия совершила ошибку. Мой отец, конечно, мог влиять на политику правительства, но не изменить её. Он не мог ничего поделать. Мне сказали, что меня убьют.
Но потом, буквально в последнюю минуту, планы изменились. Меня познакомили с женщиной по имени Джулия Ротман. Очень красивая, но та ещё стерва. Я думал, ей не терпится потыкать в меня раскалённой кочергой, или ещё что такое. В общем, она сказала, что меня обменяют на кого-то из её людей. Он попал в руки МИ-6. И нас собирались обменять на мосту Альберта.
Меня отвезли туда рано утром. Должен сказать, я был в ужасе. Я был уверен, что это всё обман. Что сейчас меня просто застрелят и выкинут в Темзу. Но всё шло очень спокойно. Прямо как в шпионском кино. С одной стороны моста стоял я и ещё три человека. У них было оружие. С другой стороны я видел силуэт. Твоего отца. С ним были люди из МИ-6.
Адер показал на миссис Джонс.
– В том числе она.
– Продолжайте, – сказал Алекс. История захватила его, он не мог сказать ничего другого.
– Кто-то подал сигнал, и мы пошли навстречу друг другу – словно собирались драться на дуэли, разве что руки у нас были связаны. Должен сказать, Алекс, у меня было такое чувство, что мост длиной целую милю. Казалось, я шёл по нему целую вечность. Но потом мы наконец встретились посередине. Я был ему даже благодарен – в конце концов, именно благодаря нему меня решили не убивать. Но, с другой стороны, я знал, что он работает на Скорпию, а значит, он злодей.
Но потом он заговорил со мной.
Алекс затаил дыхание. Он вспомнил фильм, который показала ему миссис Ротман. Значит, это правда. Его отец говорил с тем парнем. Слов он не услышал, но ему хотелось узнать, что же было сказано.
– Он был очень спокоен, – продолжил Джеймс Адер. – Надеюсь, ты не возражаешь, если я так скажу, но, смотря на тебя сейчас, я вижу его таким, каким он был раньше. Он полностью владел ситуацией. И вот что он сказал мне.
Повисла долгая тишина.
– Папа знал, что в него будут стрелять? – спросил Алекс.