Эно Рауд – Муфта, Полботинка и Моховая Борода (страница 22)
— Здравствуй, чудное явление! — язвительно отозвался он. — И сердечнейшая тебе благодарность за букет цветов в это восхитительное утро. Теперь-то у нас всё в порядке, всё на месте — даже свежие цветы. Да разве же это жизнь — без цветов и гадюки Матильды.
Но Моховая Борода сказал:
— Ты совершенно прав. Без того, что ты называешь цветком, у нас в самом деле не было бы сейчас никакой жизни. Потому что этот цветок не что иное, как чернокорень, первоклассное чудо-оружие против крыс.
Он помахал перед носом друзей растением с красными цветами и продолговатыми листьями и затем продолжил:
— А дело вот в чём, — сказал он. — Крысы не выносят своеобразного запаха чернокорня. Именно поэтому я так легко прошёл сквозь крысиную стаю. Между прочим, известны даже случаи, когда крысы и мыши стаями топились в море, если на корабле появлялся свежий чернокорень.
— Ура! — восторженно закричал Полботинка.
От его недовольства не осталось и следа.
— Я думаю, пора приступать к делу, — решительно заявил Муфта и завёл мотор. — Ведь забраться на верхушку сосны — дело не простое, особенно для меня, вынужденного носить муфту.
— Конечно, — кивнул Полботинка. — И раннее утро — самое подходящее время для захвата сорочьих гнёзд. В дневную жару уже не будет такой охоты идти в наступление.
Муфта подвёл машину к сосне. Моховая Борода вышел и, размахивая чернокорнем, первым делом отогнал крыс. Вслед за ним выйти отважились Муфта и Полботинка.
— Начали! — бодро выкрикнул Полботинка. — Вперёд!
И вот он уже проворно карабкался по стволу дерева, голыми пальцами ног умело отыскивал опору в трещинах сосновой коры.
— Как быстро может меняться обстановка! — покачал головой Муфта. — Только что Полботинка мысленно хоронил себя, теперь же, как молодой бог, рвётся ввысь…
— Твоя очередь, — прервал Муфту Моховая Борода.
Но Муфта вдруг помрачнел.
— Видишь ли… страшновато оставлять машину без охраны, — сказал он. — Как бы крысы в неё не пробрались.
— Гм, — хмыкнул Моховая Борода и задумался.
— Что вы застряли? — раздался сверху голос Полботинка.
И тут же Моховая Борода нашёл решение:
— Мы оставим возле машины чернокорень.
— Думаешь?
— Конечно! — Моховая Борода был в восторге от своего плана. — Чернокорень защитит машину лучше любого замка.
Муфта всё ещё колебался, и Моховая Борода добавил:
— По-латыни чернокорень называется Cynoglossum officinale.
Это решило дело, потому что латинское название чернокорня произвело на Муфту глубочайшее впечатление.
— Будь но-твоему, — сказал он.
Моховая Борода положил чернокорень на капот и вместе с Муфтой полез на дерево.
В сорочьем гнезде
Полботинка уже подбирался к кроне, а Муфта с Моховой Бородой были где-то на полпути, когда до друзей вдруг донеслась возбуждённая трескотня сороки.
— Она возвращается! — испуганно крикнул Полботинка.
С высоты он видел окрестности лучше и поэтому первым заметил сороку, которая строго по прямой приближалась со стороны леса.
— Поспеши! — крикнул Моховая Борода.
— Насмеши! — крикнул Муфта, который от волнения всегда путал слова.
Полботинка, конечно, и сам понимал: гнездо проще защитить, чем захватить. Попробуй ворваться в гнездо, когда острый сорочий клюв каждую секунду может угодить тебе по макушке. Гораздо легче не подпустить птицу к гнезду. Именно поэтому Полботинка изо всех сил старался поспеть наверх раньше сороки и приступить к обороне.
Но видимо, и сороке обстановка была ясна. Каждый взмах крыла с прямо-таки устрашающей скоростью приближал её к гнезду.
— Кто кого? — яростно бормотал про себя Полботинка, цепляясь за очередной сук.
Его колени горели, ладони и ступни ног перепачкались смолой, колючие ветки то и дело хлестали по лицу.
Но Полботинка ничего не замечал. До гнезда было рукой подать. Последнее усилие, и настойчивость Полботинка увенчалась успехом — он стоял на краю гнезда. Всего через секунду-другую подоспела сорока и принялась носиться вокруг гнезда с оглушительными криками.
— Молодец! — крикнул снизу Моховая Борода.
— Холодец! — крикнул Муфта, который был ещё ниже.
К сожалению, у Полботинка не было времени порадоваться признанию его заслуг. Он прекрасно понимал, что сорока кружит у гнезда не для собственного удовольствия, а выбирает подходящий момент, чтобы кинуться на наглого захватчика.
Полботинка быстрым взглядом окинул гнездо в поисках палки или сучка, который можно было бы использовать как оружие. И — о чудо! В гнезде лежала рогатка!
Полботинка мгновенно схватил рогатку и теперь осматривался, ища «боеприпасы». Крона сосны была усыпана молодыми зелёными шишками. Прекрасно!
Полботинка выбрал одну небольшую, но достаточно тяжёлую от смолы шишку и сорвал её с ветки. Так-так. Для пробы он натянул резинку и убедился, что рогатка вполне годная. Теперь сорока могла атаковать.
Снизу доносилось пыхтение Моховой Бороды и Муфты. Продвигались они по-прежнему медленно: Моховой Бороде мешала моховая борода, а Муфте — муфта.
— Что нового? — через некоторое время крикнул Моховая Борода.
— Медаль нашёл? — крикнул в свою очередь Муфта.
Но Полботинка, конечно, не мог искать сейчас свою медаль. Всё его внимание было сосредоточено на сороке, так что вопросы Моховой Бороды и Муфты остались без ответа. Вытянув вперёд руку с рогаткой, Полботинка правой натягивал резинку и в то же время бдительно следил за сорокой.
Она всё кружила и кружила вокруг гнезда. И чем дольше она кружила, тем внимательнее становился Полботинка. Не может же сорока кружить так до бесконечности. Было ясно, что с каждым кругом приближается миг, когда сорока приступит к изгнанию незваного гостя.
И вот он наступил, этот миг!
Неожиданно, почти свечой, сорока взвилась над гнездом, чтобы оттуда камнем упасть на Полботинка. Но это было непоправимой ошибкой. В детстве Полботинка ловко сбивал из своей рогатки яблоки и груши с деревьев, он научился целиться как раз снизу вверх. Так и теперь он направил рогатку вверх, изо всех сил натянул резинку и выпустил шишку.
Удар!!! Сорока отчаянно закричала.
— Яблоко от яблони недалеко падает, — сказал Муфта, от волнения не нашедший более подходящей пословицы, чтобы выразить Полботинку своё одобрение.
В этот момент Муфта уже влезал в гнездо. Тут же над гнездом показалась борода Моховой Бороды.
— Прекрасный выстрел, — сказал Моховая Борода. — Да ты же настоящий снайпер, дорогой Полботинка!
Видно, к такому же выводу пришла и сорока, ибо она с жалобной трескотнёй удалялась от развалин.
— Полботинка, ты просто чудо, — сказал Муфта и посмотрел на него так, будто видел впервые, — Но откуда у тебя вдруг взялась рогатка?
— Что, рогатка? — пробормотал Полботинка. — Где-то тут валялась.
Только сейчас Полботинка смог спокойно рассмотреть рогатку. Это было очень добротное изделие. Ясно, что не из любой можжевёловой рогульки попадёшь в летящую птицу, будь ты хоть каким снайпером. Рогатка не была новой. Даже вырезанные ножом буквы почти стёрлись. И несмотря на это…
— Постойте, ребята! — воскликнул вдруг Полботинка, да так, что остальные вздрогнули. — Это же мои собственные инициалы!
Муфта и Полботинка наклонились поближе.
— Нет, вы только посмотрите! — взволнованно продолжал Полботинка. — Мои собственные инициалы. «П. Б.»! Это же я сам вырезал! Я нашёл свою рогатку!
— Значит, это та самая сорока… — покачал головой Муфта.
— Та самая или кто-то из её потомков, — сказал Полботинка. — Да какое это имеет значение! Главное, ко мне вернулись и рогатка и медаль. Нет, это же надо какое совпадение!
— Ну, медаль к тебе, положим, ещё не вернулась, — заметил Моховая Борода. — Её ещё надо поискать, образно говоря, как цветок сирени с пятью лепестками.