Энни Янг – Звёздная девочка (страница 3)

В таких семьях дети нежеланными не бывают. Они словно дождь в пустыне, их ждут независимо от того, думать о них днями и ночами или нет. Благодать она и есть благодать, на нее тайно надеются, но продолжают жить и без нее, раз на то воля божья.

– Знаю, просто было бы здорово… Мой отец смотрит на нас, – торопливо вещает внучка шепотом, резко обрубив предыдущую тему беседы на половине фразы. – Давай сделаем унылые лица. Мы всё-таки тебя хороним, бабушка. Ах, мне так жаль! Так жаль, бабушка, что ты у меня, такая хорошая и красивая, умерла.

Я смотрю на нее с укоризной.

– Что? – беспечно дергает плечом. – Ты же умерла. Или решила сознаться моему отцу, что ты не моя кузина, а его тёща? Живая и чертовски молодая, стоит здесь и слушает собственную панихиду?

– И в кого ты у меня такая? – мои губы дергает едва уловимая улыбка.

– В тебя, Даниэль, – отвечает с гордостью. – В тебя.

Я кидаю взгляд на розовато-серую стелу каменного надгробия, дожидающегося своего часа. На нем выгравирована свежая надпись:

"Даниэль Лабарр"

Издержки бессмертной жизни – время от времени приходится умирать.

Глава 1. Обещала себе не привязываться, но…

Какая я? Разная!

В меру эмоциональная, иногда ироничная, чуточку мстительная и капельку взбалмошная. Большую часть времени уравновешенная и взрослая, но не всегда. Злюсь, обижаюсь, лицемерю, могу нагрубить и выкинуть еще чего-нибудь похлеще, если меня довести и внаглую ходить по моим нервам, как по цирковым канатам. Ошибаюсь, как все люди, и временами делаю то, о чем впоследствии жалею. Как в это утро, когда я просыпаюсь и вижу в своей постели незнакомца!

Обычно я разборчива в связях, но, видимо, прошлая ночь стала не самым приятным исключением. Безбашенная Даниэль – бывает и такое, я не прочь поразвлечься, однако…

– Какого черта?! Ты кто, парень?! – Я тормошу этого Геракла за десятикилограммовый бицепс, но когда тот в ответ лишь поворачивается набок, потянув на плечо край одеяла, и начинает причмокивать губами в сладком сне, я голой пяткой со всей дури отправляю этого соню целовать пол.

Одеяло туда же – мужчина в нем запутался, пару раз обернувшись вокруг себя и завернувшись в кокон. Зато падение смягчило. Хотя с таким-то телосложением вряд ли ему это было нужно. У него все мышцы каменные.

Слышу стон. Однако! Хм, смотри-ка, не каменные.

Пока в спешке натягиваю лиф, пытаюсь вспомнить вчерашний вечер. Похороны днем, разговор с Люцифером – обещала на днях заглянуть к нему в кафе; противный человечек у ресторанчика на углу – налетел, обозвал, сорвался, торопился, дочь попала в аварию, прощен. Идем дальше. Встреча с Молли. Клуб! Я была в клубе, и эта авантюристка подсыпала мне что-то… Нет, исходя из проясняющихся с нечеловеческой быстротой воспоминаний, я в ту же секунду, как стакан оказался в мой руке, интуитивно определила, что в коктейль добавлена травка забвения. Та, что в ходу в клубе Вэнса, в Монреале.

Как эта сладкая дрянь попала в наш город? Да опять студенты Академии Одаренных дилерами подрабатывают, больше некому! Им, выходцам из других миров, вечно приключений на их любопытную веселую задницу не хватает. В стране куча способов заработать местные деньги, а они из города в город скачут по порталам и распространяют эти наркотики.

Вреда, правда, от них нет, и ты почти контролируешь свои действия, только вот сила твоих тайных желаний возрастает в сто крат, и ты делаешь то, что хотел сам, но храбрости в себе не находил. Травку забвения среди обитателей ночных клубов уже называют просто "смельчак", настолько она вошла в массы. Единственная неприятная вещь – это потеря памяти. Человек не помнит, что делал под воздействием дури. Кто-то скажет, что это побочка, можно было бы и без нее, но и так класс! Адреналин гудит в голове еще долго, заставляя в следующие два дня творить приятные безумства уже без забвения и с трезвой головой. Реально раскрепощает и стирает комплексы. Фактически притупляет страх, который в людях копится годами, с самого детства. Люди вечно чего-то боятся, это самая большая проблема человечества.

А кто-то, кто попробовал в первый раз эту штуку, – считает амнезию прекрасным способом борьбы со стыдом. Ведь не каждый осмелится признаться даже самому себе в содеянном им непотребстве. Лучший вариант для таких – не помнить.

А если регулярно принимать – вырабатывается устойчивость, организм привыкает и перестает блокировать память! Ребята уже осознанно выбирают смелость, принимают "смельчак", и на утро память медленно к ним возвращается. Даже самые стеснительные тихони и интроверты-интеллектуалы находят этот препарат полезным в какой-то степени, ибо тот открывает для них новые горизонты, расширяя восприятие мира и рамки дозволенного консервативным умом, который – они сами это признают – мешает им раскрыть весь свой потенциал и выпустить наружу запертые чувства.

И судя по всему, такой препарат выпила вчера я намеренно. Уговоры Молли были безусловно действенными, но, увы, травку я захотела принять сама. Праздник, видите ли. Начало новой жизни и всё в таком духе.

Только вот когда до дна осушала бокал, я не думала, что моей жаждой станет секс с неким подобием божественной сути. Великан, а не человек… Кажется, в беседе упоминалась игра в баскетбол. Ладно, понятно, почему он так вымахал. Непонятно другое – зачем мне он? Зачем мне сто килограмм мускулистого тела? Я люблю баскетбол, это да, но не… ЭТО. Не качков.

Это чудо поднимается и смотрит прямо мне в глаза. С недоумением, типа "не понял, а как я оказался внизу?".

И тут я понимаю, почему из всех людей в клубе я выбрала его. Чистая душа. Не грязная, добрая, голубая. Как у моей подруги Деллы. Один на миллион, да еще и простой человек.

Ох… Вся моя злость испаряется, и я, присев на краешек в легком шоке, неуверенно улыбаюсь, продолжая изучать его изумительно красивые глаза. Серые, с темными крапинками. За которыми скрыт необычайный душевный мир.

– Чай или кофе? – наконец спрашиваю я.

– Эм… чай.

Одеяло валяется в его ногах, а сам он совершенно голый. А когда память подбрасывает то, чем мы занимались этой ночью… нет, я не краснею, не смущаюсь, а откровенно любуюсь этой прекрасной наготой, улыбаясь шире и подумывая о том, что, пожалуй, мне бы хотелось продолжить с этим редким экземпляром тесное общение. Да, он не моя истинная пара, но… я верю, с ним мне будет хорошо.

И как же он горяч в постели! Голову мне вскружил и сладостью наполнил. Ух, а что он вытворял своим языком! Зацеловал меня прямо, ни одного сантиметра нетронутой кожи не осталось.

– Обожаю парней с приличным вкусом. Я тоже люблю чай.

– Да, – чуть озадаченно хмурится он, пройдясь пятерней по взлохмаченным волосам, – ты говорила. Вчера. Когда я предложил тебе мохито.

Говорила? Да-да, точно, вспомнила момент знакомства.

– Да, я помню, – бросаю непринужденно.

Джей Фойзи, небезызвестный фотограф. Он подсел ко мне, когда я сидела у бара и смеялась над тупой шуткой Молли. Заказал мне малиновый мохито, верно. Помню также привкус лимона и мяты. Было вкусно.

Кинув взгляд на свой член, мужчина тут же прикрывает его ладонью, а затем быстро наклоняется и подбирает с пола свои трусы.

– Прости, – усмехается он.

Такой хорошенький, и я ему нравлюсь. Вчера я сорвала джекпот, надо же.

– Ничего, утренний стояк, я понимаю, – говорю, не переставая улыбаться, вставая в одном белье и направляясь к стойке с пластмассовыми плечиками.

– Тебя мне не забыть, – доносится за спиной задумчивое бормотание, и я делаю вид, что не расслышала.

– Ты что-то сказал? – перебирая плечики с одеждой, оборачиваюсь через плечо и вижу, как парень застыл со штаниной, натянутой до колена лишь на одной ноге. Пальцы сжимают ремень в петлях. Взгляд, до того как я обернулась, похоже, позабыв обо всём на свете, изучал мое тело… либо канул в прошлую ночь и наслаждался сценами, где это самое тело очень громко и ярко фигурировало.

"Я держал это тело в руках, – говорят его теплые серо-зеленые глаза. – Всю ночь её касался. Загадочную девушку Даниэль, что так красиво смеялась, когда я её увидел. Совершенно случайно заметил, а ведь уже было собирался уходить… Я влюбился в ее гибкость, влюбился в мудрость глубоких карих глаз. Я не понимаю, что со мной происходит. Словно тормоза отказали. А ведь раньше ни разу ни с кем не сближался так быстро. Всего за одну ночь. Как так получилось?"

– Только то, что ты очень красивая, – отвечает он вместо тысячи слов, улыбнувшись и продолжив одеваться.

Коротко усмехнувшись под нос, я мягко сообщаю:

– Мне нравится твоя тактичность. Но если тебе от этого будет легче, я тоже не из тех, кто спит с первым встречным. Обычно я начинаю с обычного свидания. Кино, рестораны, пикники на крыше. Неспешная прогулка под луной и душевные разговоры. Что-то вроде "узнаем друг друга получше". Но вчера что-то пошло не так. И… – проникновенно смотрю ему в глаза, – знаешь, я не жалею.

Его удивила моя проницательность.

– Я тоже, – слегка робея и прочищая горло, заверяет серьезно.

Нет, я не умею читать мысли, за меня это делает моя интуиция, которая никогда не ошибается и достраивает картину по одним лишь эмоциям, видимых мною в чужих глазах.

– Я это поняла.

Я вновь становлюсь спиной к парню. Выбираю домашнюю одежду. Шелковый халатик приятно обхватывает плечи, струится по телу, заканчиваясь на середине бедра, и я, не оборачиваясь, неторопливо завязывая пояс в легкий узел на животе, иду на кухню.