Энни Янг – Русфея. Прелестное создание (страница 12)

Он моментально меняется в лице. Недовольство проступает в его жестких, хищных чертах.

– Шутишь, да?

– Н-нет, – и сделав шаг назад, утыкаюсь лопатками в дверное полотно.

– Не зли меня! От тебя не пахнет! Я пока в состоянии определить запах феи! – Делает шаг ко мне.

Черт! А ведь вторые духи – аромат лаванды – выветрились, пока я добиралась до этой чертовой Академии!

Я сглатываю застрявший в горле едкий ком.

– Мой запах – это тонкий, едва уловимый аромат лаванды. Очень слабый! Поэтому вы и не чувствуете! – чуть громче, чем следовало бы, заявляю я на свой страх и риск, после чего, лихорадочно нащупав ладонью дверную ручку и навалившись спиной на саму дверь, выбегаю из боевого зала.

Дура! Нужно было заранее всё проверить! До встречи с проницательным вампиром!

Ох, лишить бы вас всех обоняния! Всем было бы куда лучше без вашей способности на расстоянии чувствовать всё и вся!

Уже на лестнице в судорожном порыве достаю духи отца, имитирующие запах фей, брызгаю на себя. На шею и волосы.

Всё, можно выдохнуть. Я спасена.

Оглядываюсь назад на всякий случай, чтобы проверить, не идет ли за мной этот… Черт! Я забыла спросить, кто он. А еще узнать, где королева.

В письме сказано, что она сама найдет меня, но, как погляжу, тетя не очень-то торопится встретиться со мной.

Пока в коридорах тихо, ни души, решаю скоротать время на подоконнике огромного арочного окна, что на первом этаже, прямо возле парадных створчатых дверей, упирающихся практически в потолок, и напротив телепортацонной двери, откуда я собственно и явилась.

Еле забравшись на широкий каменный пласт и отбросив на другой конец подоконника свою ношу с плеча, прислоняюсь лбом к стеклу. Разглядываю придворцовый сад. Кое-где из-за деревьев выглядывают верхушки белесых статуй. Интересно, как выглядит сам дворец снаружи? Ну ничего, у меня еще будет время со всем здесь ознакомиться.

Между тем, рана дает о себе знать: при любом малейшем движении меня словно насквозь пронзает ядовитой безжалостной иглой невыразимой боли, а рубашка минут десять назад безнадежно пропиталась моей же собственной кровью. Ткань в клеточку превратилась в темное бордовое пятно.

Весьма обнадеживающее начало учебного года! Как мне здесь выжить, интересно? Как обезопасить себя?

Так, хватит унывать! С этого момента ты, Делла, будешь тщательнее следить за собой. Быть всегда в режиме готовности к бою. Проверять эффективность своих выполненных процедур по устранению: во-первых, своего запаха, во-вторых, отсутствия этого запаха. Накладывать лавандовый шлейф и каждый час принюхиваться к себе, дабы иным и в голову не пришло усомниться, что с тобой что-то не так.

– Так и будешь здесь сидеть? – внезапно раздается над ухом, и я подпрыгиваю на месте. Чертов вампир! Даже засечь приближение невозможно! – Рана кровоточит, ничего не собираешься с этим делать? – с показным безразличием интересуется мой несостоявшийся убийца.

– А вам какая разница? – с обидой бросаю я, повернувшись к нему лицом.

Тот беспардонно втягивает в грудь воздух рядом со мной и удивленно хмыкает.

– Странно.

– Чего странного? Оставьте уже меня в покое. Я жду королеву. В вашем же обществе не нуждаюсь.

– Не дерзи, фея. Ведешь ты себя странно – вот, что странно. Сколько тебе лет?

Вот ему обязательно быть таким жестким? Проявил бы хоть каплю милосердия, так нет же: давай мы добьем бедную девушку, которая и так настрадалась по его вине.

– Девятнадцать. – Выпрямив ноги на подоконнике, устало откидываю голову на холодный камень и прикрываю веки.

Кажется, у меня температура тела поднимается, чувствую, как меня всю медленно неприятными щупальцами охватывает жар. Дышу уже с трудом.

– Я не вижу отличительных признаков твоего возраста, – подмечает он, оперевшись плечом о стену.

– Это каких же? – со слабой усмешкой. – Юношеского сексуального психоза? По-вашему, при виде мужчины я должна тотчас растекаться перед ним лужицей? Или, что еще лучше, повиснуть на его шее и запрыгнуть с ногами, умоляя заняться со мной животным сексом? Боже, как примитивно! – Презрительно закатив глаза, я делаю вдох и закашливаюсь.

– А ну пойдем в медицинский блок. – Мужчина резким движением снимает меня с подоконника и ставит перед собой.

– Эй, нельзя полегче? Я тебе не мешок картошки!

– Идем, – берет меня за руку и тянет в сторону правого крыла, – затянем тебе твою рану. И жар заодно спадет. А-то на тебя уже смотреть страшно.

Как он может быть таким равнодушным? В голосе звучит лишь безмятежное спокойствие. Разве что раздражение, исходящее от него, неприятно задевает нежные струны души. Ни грамма сочувствия. А мне больно, между прочим!

– Вот и не смотри. Уйди, ради бога, уйди. И без тебя тошно. – Я пытаюсь вырвать свою кисть из сильного вампирского захвата.

– Не могу, теперь ты – моя ответственность, – заявляет он твердо и решительно. – Я твой преподаватель по боевому искусству. А еще куратор. Иными словами, лицо, ответственное за твое пребывание здесь, в стенах этой Академии.

– Чего?

Не обращая внимания на мой вопрос, а главное игнорируя мое сопротивление, продолжает недовольствовать:

– Ну и ректор заодно, пока не переложу обязанности на своего дядю, что так не вовремя женился и свалил в медовый месяц. Бывший ректор тоже некстати скончался. И кому за всех отдуваться? Разумеется, мне! Вот и приходится брать ответственность за таких упрямых феечек, как ты! – с нескрываемым неудовольствием.

– Весело у вас тут, – шепчу я, лишенная всяких сил удивляться. Молодой вампир – и уже ректор? Ну что ж, значит, и такое бывает.

На следующем шаге мои ноги подкашиваются, и я начинаю заваливаться в сторону. Ректор, почувствовав это, стремительно подхватывает меня на руки.

– Ну и беда же ты на мою голову!

На миг наши взгляды встречаются. Его – пронзительная черная ночь, и мой – беспокойное синее море. Узнает? Нет?

– Твое лицо, кажется, мне знакомым.

– Ключевое слово – "кажется".

– Не уверен, – с сомнением тянет он, а после, воспользовавшись вампирской скоростью, долетает за одно мгновение в комнату, оснащенную медицинскими приборами.

– Что случилось? – рядом оказываются чужие старческие руки. Боже, сколько лет этой фее?

– Лили, у нее рана на плече от моего ножа.

– А вот говорила я тебе, Андро, не испытывай студентов на прочность! Ни в чем неповинную девочку чуть не покалечил. Давай, положи ее на кушетку. Сейчас залатаем, девочка, и ты поправишься. Ничего не бойся… Ты обезболил? Не вижу твоих клыков на ране. – Старушка озадаченно тихонько щупает мою рану, что-то колет.

В голове вата, веки смыкаются. Чувствую себя усталой, как никогда.

– Она отказалась. Думаю, принципиально. Фея с характером попалась, – усмехнувшись.

– Да еще и фея! Как тебя угораздило, Андро? Тебе своих подопытных мало? Измывайся над своими, моих не трогай.

– Да не знал я, что фея она, ясно? – отвечает немного раздраженно и отходит от меня. Кажется, к окну. В глаза бросается резкий свет, что ореолом окружает мужчину.

– Как это? – Фея выпрямляется и с недоумением переспрашивает: – Ты не почувствовал ее кровь?

– В том-то и дело, что нет! Лили, со мной что-то не так. Такие странности происходят со мной не в первый раз. Помнишь, два года назад я обратился к тебе со своей проблемой? Я ведь так ни черта и не вспомнил с того вечера!

Кажется, они думают, что я в отключке, а, следовательно, их разговор мне не суждено услышать.

– Потише, – предупреждает его целительница, – даже у стен есть уши, не говоря уж о… больной.

– Она уснула? – спохватывается ректор.

– Да, я вколола девушке снотворное с обезболивающим. Но всё же не стоит обсуждать подобные вещи при посторонних.

Жаль разочаровывать, но русалки отлично владеют своим сознанием, и всё слышат даже сквозь дрёму. А вот за обезболивающее спасибо!

– Как думаешь, Лили, что произошло в тот вечер? – после недолгой паузы, он возобновляет разговор.

– Напился ты со своим дружком, вот и все ответы на твои вопросы.

– Да не пью я!

– Ну тогда не знаю, подшутил кто?

– На меня не действует сила других вампиров. Никакая. Ты же знаешь.

Ого! Такое вообще бывает? Я что, первая, кто зачаровал его? Ой, Делла, по-моему, ты попала в неприятности. Причем еще два года назад.