Энни Вилкс – Запах ночного неба (страница 82)
* * *
Место стоянки было невероятно неуютным: отряд расположился на вершине холма, словно на виду у всего мира. Пространство вокруг было абсолютно пустым, даже кусты и то были низкими, деревьев и крупных валунов, у которых можно было бы присесть, не было совсем. Отсюда, сверху, просматривались бескрайние, укрытые снегом поля, отмеченные частоколами их границы, заросли рябины и смородины, и снова поля, поля… Луна серебрила их, высвечивая нетронутый снег, и это почти слепило измененные заговором глаза.
Даор что-то обсуждал с Робертом. Алана, только что самостоятельно снявшая с Луз седло и теперь аккуратно проходившаяся щеткой по ее темным лоснящимся здоровьем бокам, изредка поглядывала на них: мужчин скрывал едва заметный воздушный полог, глушивший звуки, но было видно, что герцог на чем-то настаивает, а Роберт соглашается. Скорее всего, разговор шел о том, что делать, если к Олеару все же придет Вестер Вертерхард, но что-то было не так. Алана вообще не помнила, чтобы черный герцог так долго беседовал с директором.
Ей нужно было поговорить с Даором, признаться ему, что она, возможно, раскрыла его секрет, но он все никак не освобождался.
А вдруг директор Роберт расскажет ему сейчас?! Тогда герцог решит, что она — дурочка, не умеющая держать язык за зубами.
.
Алана почти уже решилась подойти, как резкая вспышка ослепила ее, словно клинком резанув по глазам, и мир стал черным, как смола. Луз пропала из-под рук, вместо нее по пальцам потекло что-то мерзкое, густое и горячее. Алана вскрикнула, не слыша своего крика, и попыталась сделать шаг вперед, но ей не удалось, словно ее пригвоздили к месту. Что-то билось о невидимый кокон, сотворенный — она знала это, — Даором вокруг нее, но, не находя входа, облепляло его со всех сторон.
Звуки тоже исчезли, словно весь мир пропал.
И в этой тишине она, наконец, услышала далекий, нечеловеческий голос, похожий на завывание ветра в металлической бочке:
— Вот и они, маленький бастард.
60. Даор и Алана
Демон нанес удар неожиданно, сминая все живое на своем пути и тем расчищая себе дорогу. Пущенная им разрушительная волна прокатилась на лиги вокруг. Заверещали, умирая, птицы и звери, закричали, превращаясь в месиво плоти, лошади.
Алана была надежно укрыта, и это дало Даору две секунды на то, чтобы поставить щит между открывшимся порталом и большим шатром, в котором проснулись от ужаса синие герцоги и Сильвиа. Роберт, неуловимо ушедший от заклятия и закрывший второй шатер, уже оказался за портальным проемом, как они и договаривались.
Первым из портала появился Олеар — его Вестер вышвырнул прямо под ноги Даору, как сломанную куклу. Торс его был словно выгрызен громадным зверем, пытавшимся добраться до ребер и перестаравшимся, а в красноте живота, посреди серых кишок, белел край позвоночника. Будь Олеар простаком, он был бы мертв, но так в этом обрубке еще теплилась жизнь, которой захваченный ликованием Вестер не замечал.
Даор убедился, что девочку не видно, и что она не может двинуться с места и тем привлечь к себе внимание. Страх за нее — и ее страх — окатил его дезориентирующей волной, но он успел справиться с собой еще до того, как за Олеаром шагнул из портала Вестер, крепко прижимавший к себе дрожащую то ли от страха, то ли от возбуждения Юорию, не отпускавшую руки Апудо. И за ними выплыл демон — не столп света, а вполне материальное существо, одновременно и похожее, и не похожее на человека. Вид у демона был бесстрастно-скучающий, он устало посмотрел на закрытые шатры и снова поднял руку.
— Подожди, не убивай остальных, — вдруг остановил его Вестер, и Даор отметил для себя его колебание. — Обездвижь его.
Желтые глаза встретились с глазами Даора. Демон широко улыбнулся, показав ряд сверкающих белых зубов:
— Ты не говорил, что твой враг — младший. Это даже интересно.
Он мог знать деда Даора и мог бояться его — а мог не знать и не бояться. В его словах промелькнуло сомнение, но, не дожидаясь, Даор бросился вперед, не давая демону заметить ведущую к Алане связь. Девочка, ослепленная, потерянная, дрожала за его спиной. Никогда еще он не чувствовал в себе столько силы, как когда выдирал из мира кусок, в котором демон находился, и рвал саму ткань реальности, чтобы разрушить его овеществленную оболочку.
Даор вложил в это почти половину сил — и демон с отвратительным скрежетом развоплотился, не выдержав удара, вынужденно обернувшись светом, но в последний миг успев извернуться и пронзить сотней длинных спинелевых шипов место, где стоял борющийся с отдачей мира Даор. Спинель прошла через щиты, сквозь его руки и ноги и торс, обжигая нестерпимой болью, выдирая мясо, и Даор рухнул на землю, изгоняя металл из своего тела.
— Дядя! — взвизгнула Юория.
Кажется, она начала бить остолбеневшего от неожиданности Вестера, ей даже удалось вырваться, а потом бросилась к лежащему Даору. В глазах ее стояли слезы. Даор прижал племянницу к себе, сосредотачиваясь. Юория обхватила его за кровоточащий пояс и уткнулась в его грудь, что-то крича.
Вестер тоже ринулся за ней, но Даор сбил его с ног и снова ударил по демону, отвлекая внимание. Свет, который только что пытался сформироваться в устойчивую фигуру, взорвался брызгами, опалившими все вокруг так сильно, что снег превратился в воду и мигом испарился, а земля под ним обуглилась, превращая песок в стекло. Этот удар почти не задел привычного к демоническому пламени Даора, но снизу сжег шатры, и люди попадали на горящую землю, крича. Они пытались защититься от испепеляющего жара, но заговоры прорезались пламенем как спинелью. Если бы не щиты, поставленные Робертом, они были бы уже мертвы.
Йорданка первая поднялась в воздух сама, а затем подняла пытавшегося прижаться к земле Сфатиона. Ее воины окружили хозяйку кольцом, принимая на себя брызги испепеляющего света, пока их госпожа не ударила по Вестеру холодной сетью и не прижала его к смертоносной земле. Теа что-то шептала, и в созданном ею круге сжались, воя от боли, целые, хоть и обожженные Ив, Даника и оба синих воина-простака. Лианке и Амен, подхвативший на руки Сильвиа, тоже были в воздухе, как и поднятая их воином Апудо. Лианке пыталась окружить сияние сферой темной тяжелой воды, но это было бесполезно — куда разумнее оказалась продолжавшая удерживать Вестера Йорданка.
Роберт все еще не появлялся, как и было уговорено.
Все черные воины напали на демона сразу, как увидели происходящее с Даором — и демон убил троих из четверых, защищаясь. Четвертый пытался укрыть лежащего на земле Даора от пламени, пока растерянный Вестер не набросился на него. Залло легко увернулся от его атаки и сделал вид, что подставился, пытаясь увести парня за собой.
Пользуясь поднявшимся вокруг смятением и этими путавшими демона и Вестера разномастными ударами, Даор успел незримо для демона накрыть еще одним щитом Алану, должно быть, уже ощутившую слабый жар под ногами. А потом обратился к Вестеру, тоже изо всех сил пытавшемуся проложить тающий воздушный полог между собой и дымящейся почвой:
— Какова ваша сделка?
— Я не скажу тебе! — закричал Вестер. — Не трогай ее!
Вестер все прекрасно понимал, как понимала и Юория, все еще жавшаяся к Даору и покрытая его кровью с ног до головы. Она закричала, умоляя сохранить ей жизнь, и этот крик отрезвил Вестера.
— Я обещал ему моего ребенка и держать дверь три тысячи лет, если он мне поможет.
— В чем именно? — пригнул Юорию к земле Даор.
— Надеть на вас ошейник.
Даор торжествующе усмехнулся.
— Отзови разрешение ему появляться рядом с тобой. Немедленно.
— Я отозвал… клянусь… отпустите ее…
Даор почти не чувствовал запаха паленых волос. Боль ослепляла его, но страх девочки придавал ему куда больше сил, чем он мог представить — спинель плавилась в теле, вытекая из ран, и сами раны понемногу переставали кровоточить. Продолжая отвлекать демона разрывами пространства, он приподнял плачущую Юорию и показал ее Вестеру:
— Отзови еще раз.
— Я отзываю разрешение появляться со мной, если я не позову! — прокричал Вестер отчаянно. — Юория…
И тут же ударил Роберт. Демон, еще борющийся с Даором, не успел ни отследить его, ни поставить дополнительных щитов — Роберт разбил защиту Вестера четырьмя молниеносными атаками. И когда демон бросился защищать своего раба, было уже поздно: Вестер застыл, лежа на земле, без сознания, скованный путами, которые даже Даор вряд ли разорвал бы с первого раза.
Тут же пламя пропало, и ночь снова стала темной и тихой.
Обессиленная Теа упала на еще парящую землю.
Даор отшвырнул от себя Юорию, переводя дух и выставляя еще несколько куполов над собой — Роберт мог напасть, пока он был слаб. Но появившийся директор лишь бросил на Даора быстрый и цепкий взгляд и покачал головой:
— Не тратьте силы, — уважительно кивнул он. — У меня против него не было бы и шанса. Возможно, я пожалею, но я возвращаю долг за Сина. Никакой схватки сейчас не будет.
И кинулся к раненой Теа.
Даор медленно поднялся, стараясь не показывать, как вымотан прямой схваткой с напитавшимся силой демоном. Затем, не полагаясь на слова Роберта, поставил еще один щит-ловушку. Посмотрел на жмущуюся к его сапогам зареванную и окровавленную Юорию — и протянул руку, собирая всю свою кровь в один шар, не сразу, но вспыхнувший по велению его мысли.