Энни Джокоби – Прекрасные иллюзии (ЛП) (страница 14)

— Да. Я вышвырнул ее вон. Пока мы разводились, я смог оценить объемы грязи, вылитые ею на меня.

— Ничего себе.

Давай, расскажи мне о том, что происходит.

Но он оставил все как есть.

— Да. Эй, послушай, уже совсем поздно. Шоу начинается в семь, нам нужно еще найти хорошие места.

— Конечно.

Я была разочарована, но понимала, что постепенно он будет готов к тому, чтобы рассказать о шантаже. Я осознала, что мне правда не все равно, что происходит, и что я хочу узнать об этом несмотря на то, что уже частично узнала.

Мы направились ко входу в театр. Был уже закат, и цикады звенели в деревьях. Эти насекомые всегда так шумят, но я никогда не видела ни одного. Наверняка их было там несколько миллионов, судя по звуку. Смешно — несмотря на то, что цикады раздражали меня своим стрекотом, я скучала по ним, когда бывала в других городах, где их не было. Я подумала о своем путешествии в Сан-Франциско, по моему мнению, самый волшебный город в мире. Но стоял август, фейерверков не было, цикады молчали, и это заставило меня грустить.

Мы решили не раскладывать кресла, расположившись прямо на газоне, расстелив мое индейское одеяло. Слава Богу, в парке была разрешена выпивка. Мы наполнили пластиковые стаканчики вином и пили его, в то время как наши собаки, утомленные бегом за мячами и фрисби, улеглись рядом. Парк наполнился людьми, шоу было бесплатным. Я старалась посещать такие вечера каждый год.

Когда опустилась ночь, мне стало труднее следить за действием. «Двенадцатая ночь» была произведением, которое я изучала в колледже, но мне всегда было тяжело понять Шекспира. Я изучала «Гамлета» на курсах по творчеству Шекспира в колледже. Я читала эту трагедию, критические статьи о ней и даже посмотрела на удивление хорошую экранизацию Мэла Гибсона. Но мне не хватало решимости для «Двенадцатой ночи», и я чувствовала себя немного растерянно.

Однако, опыт пребывания здесь — под звездами, с тысячами других людей, теплой летней ночью, в компании самого прекрасного мужчины из всех, кого я встречала, был опьяняющим.

Райан лежал позади меня на одеяле, и я расположилась рядом. Собаки находились возле нас, сопя и похрапывая. Я начала замечать, что Райан не смотрит за игрой, зато наблюдает за мной. Я почувствовала себя странно, заинтригованно. Что этот парень увидел во мне? Я попыталась отбросить эти мысли и сосредоточиться на игре, но это было невозможно. Мой разум метался.

— Ты не смотришь, — упрекнула я, в сотый раз обернувшись и увидев, что он смотрит не на сцену, а на меня.

— Ты права, мне нужно посмотреть. Мне вообще-то нравится это произведение. Я считал его потрясающим, когда изучал в университете.

Я засмеялась. Кто я такая, чтобы заставлять его смотреть? Если он не может отвести от меня взгляда… о, хватит, твои мысли звучат, как бред.

— Хочешь еще вина? — спросила я.

— Неа, хватит.

— Тогда ладно.

Шоу закончилось.

— Нам лучше упаковать вещи, — сказала я, поощряя его сделать что-то вместе.

Райан смотрел на меня, его глаза расширились.

— Что-то не так?

Его настроение изменилось на сто восемьдесят градусов. Я ощутила тревогу.

Он не слышал меня, вглядываясь вдаль.

— Она следит за мной?

Он опустил взгляд, на лице — удивление.

Кто следил за ним? Это не могла быть Алексис, ведь он тогда был бы встревожен. Выглядит так, словно просто не верит.

Но к нам подошла женщина. Я почувствовала себя раздавленной. Женщина была супермодельного типа внешности, я обращала на них внимание постоянно с тех пор, как познакомилась с Райаном. Это были женщины, которые в открытую пялились на него, и на меня — но по другой причине. Никогда не упускали возможности дать мне почувствовать себя гадким утенком. Я могла дословно прочесть их мысли: он с ней? Я не думала никогда, что буду так восприимчива к взглядам. Привет снова, университетская жизнь.

Эта женщина была, если честно, просто ослепительна. Мы были одеты по-походному, а она была на высоких каблуках. Одета в обтягивающие брюки и пестрый топ. Макияж, в котором она, наверное, и не особо нуждалась. Эта женщина уж точно привлекала внимание. Я заметила, что многие из мужчины проводили ее взглядом. Она была высокой и тонкой, и блондинкой и ослепительно красивой, и держала в руках сумочку от Hermés Birken.

Сумочка точно стоила дороже моей машины.

Райан застыл на месте как вкопанный. Он не мог не смотреть на женщину, но пытался это сделать.

Женщина была уже в паре шагов.

— Привет, Райан.

Я присмотрелась к ее лицу. Выглядело таким знакомым… Я замерла. Это была женщина с фотографии! Точно.

— Алексис, — сказал Райан спокойно.

Итак, это небезызвестная Алексис. Почему Райан так спокоен?

Она обратила внимание на меня.

— А это кто?

Она выглядела неприятно удивленной. Думаю, Алексис не могла себе представить, что я встречаюсь с Райаном.

Он обвил рукой мои плечи.

— Это Айрис. Айрис, это моя бывшая жена, Алексис.

Я протянула руку для рукопожатия. Она проигнорировала это.

Приподняв бровь, она посмотрела на Райана.

— Ты с ней встречаешься? — выражение на ее лице было смесью недоверия и отвращения.

Если ему нравится такой тип женщин, то что он делает в компании такой, как я?

— Да, встречаюсь, — он повернулся ко мне. — Ты извинишь меня на секунду? — Посмотрел на Алексис. — Давай отойдем, надо поговорить.

Я осталась на месте, держа собачьи поводки и не зная, что делать. Мои инстинкты советовали убираться отсюда. Но в то же время я помнила, как он кричал на нее по телефону и понимала, что оставаться в стороне я не могу. Он не злился на меня, не вываливал на меня свои проблемы, и я надеялась, что так и будет. Но у меня были парни, которые не могли не срывать на мне свои проблемы. Еще раз я спросила себя, хочу ли ввязаться во что-то, что, возможно, причинит мне боль.

Я видела Райана и Алексиса, они не отошли далеко. Я пыталась понять, о чем они говорят.

Я слышала, как Алексис закричала:

— Ну извини меня, но ты не брал трубку!

Райан говорил на пониженных тонах, и я не могла понять, что он говорит.

Алекс по всей видимости, была недалека от того, чтобы устроить сцену.

— Ты знаешь, что мне нужно. Мне нужен ты. А поскольку тебя я получить не могу, я хочу получить Сезанна.

Опять Сезанн. Как же я не увидела его картины в доме?

Я села на землю. Одеяло было свернуто, и мне не хотелось снова расстилать его, так что я уселась на траву. Люди вокруг говорили, собирали свои вещи, двигались к выходу. Дети надували пузыри из жвачки. Собаки бегали вокруг с лаем. Атмосфера была праздничной, и вечер был отличным до этого момента.

Я почувствовала боль в животе.

Я услышала, как Алексис сказала:

— Что ж, может, я должна рассказать твое новой подружке об этом, что скажешь?

При этом Райан встревожено обернулся в мою сторону. Я инстинктивно отвернулась.

Я услышала, как Алексис произнесла «Ник», затем «Бенджамин». Я сузила глаза.

Разве Бенджамин — не имя его отца? Она знает человека по имени Ник?

По-видимому, Алексис хотела сказать мне то, о чем боялся говорить Райан. У нее было оружие, и она намеревалась воспользоваться им.

А теперь он пытался успокоить ее. Я не знала, что там он говорил ей, но вот он уже положил руки ей на плечи в примиряющем жесте.

Он совершенно точно не хотел злить ее. Потом я увидела, что Алексис начала плакать, а Райан обнял ее.

— Я скучаю по тебе, я люблю тебя, — все повторяла она.